Титоренко понимал, что, даже если навязать противнику схватку при благоприятных обстоятельствах, выиграть бой будет достаточно трудно. С другой стороны, в пассивной обороне его группа, безусловно, будет уничтожена. Слишком неравны силы. Расклад был неутешительный, однако, нападая на немцев первым, Титоренко все-таки оставлял для себя шанс выйти победителем. Принималось в расчет и известное нахальство вражеских солдат. Немцы, вероятнее всего, не пойдут чащей леса. У них имелись еще мотоцикл и миномет. Тащить их по лесу гораздо труднее, чем по дороге. И наконец, гитлеровцы еще не научились видеть в русских солдатах достойного противника.
Между тем немцев не было. Посматривая на часы, лейтенант стал уже сомневаться в своих прогнозах.
Пилипенко тоже нервничал. Его пушкари почти час раздували фитили, не давая им погаснуть, а противник не показывался. Но прочесать местность, где одну группу немцев фактически уничтожили, а вторую основательно потрепали, противник был обязан, и в этом старшина не сомневался. На всякий случай он заранее свернул колпачки у немецких гранат, лежащих рядком у ствола дерева, и освободил фарфоровые шарики запальных шнуров, слегка вытянув их из длинных деревянных ручек.
Васин и автоматчик Гоша замаскировались с левой стороны лесной дороги, готовые завершить работу пушкарей. Деев с другим автоматчиком устроились на противоположной стороне дороги, но не напротив, а немного дальше, чтобы не попасть под пули Васина и иметь возможность в случае необходимости ударить противника с тыла…
