лица любимых и любящих наши пиры освещаликлимат железный стоял за окномкак часовой или памятник на пьедесталепили – стихи вспоминали не помня об немвот неживой он, железный! а мы как живыекто-то с мороза врывался бутылки цвели на столе –все это было при жизни прожитой впервыевсе это я повторяю – но молча но в памятной мглеи в одиночку с таким же твержу постоянствомкак повторяется под новогоднюю скляньпервохрущевская лента – ее карнавальная пьяньее идиотское искреннее весельесловно бы завтра – ни службы ни дрожи в руках ни похмельяни оцепенелого месяца над бездыханным пространствомДекабрь 1981<p>минотавр</p>символы и выкрутасы рельефато открываясь то прячасьв ажурные скалыморе все время присутствует слеванебо невидимо шествует справараз не дано поселиться на критехотя бы в американском отеледважды в день хоть бы деньги зеленые деньгиокуная в кипридину пену –значит осталась консервная банка легендыминотавр громыхает по горной дорогестолько историй развешано кем-тоу каждого поворотакаждая – недостовернаслева незримое моресправа неслышное скальное небоюжная кромка империиграница мира с немиромграница быка с полубогомпроходит как молния комбинезонапо горлу – и обогнув подбородоквпивается в ротугол морской воды и металлаДекабрь 1981<p>купанье младенца</p>словно кристалл марганцовкибросили в тазфиолетовый легкий дымокзакружился по дну развеялсяи чернильное облако поднялоськруглую воду окрасиввинно-пурпурное моретогда подошло к меловым откосамподступило кипя кораблямирасступилось – и греки сошли на берегздесь купанье ребенка и брызги и плачтам – начало, другое началожизни: брызги и крикитам вырастает над лязгом и шумомраненная в бедро богинястон леденящий душупленных ведут на веревкедраные ленты заглатываются кораблямидети похожие на медвежатпо двое, меховою цепьюулицу пересекаютотовсюду вечерний воздух густеетсловно кристалл марганцовкирастворяясь, виннопурпурным туманомокутал башни домов и скалыи ничего ничего не видноДекабрь 1981<p>Глазами Эдипа</p>вижу глыбы и залежи дремлющей мощивсю в морщинах и складках тектонику снав камнепадах и осыпях звероподобные склоныс фиолетовым кликом кустарникавбитым в ущельявижу – и не могу шелохнутьсянаползает метнулась меня затенивтень горящая сфинкса, шершавая, с зубчатым краемнеужели действительно это всего лишь обрыв –несказанная мысль о величьи?Февраль 1982<p>«победим непременно…»</p>
