А я застыл столбом, не в силах унять ускорившееся сердцебиение от ее близости. Я смотрел на слипшиеся от варенья космы волос, на перепачканное лицо, на исцарапанные руки, на грязное платье... Смотрел и ужасался своим порочным мыслям, на долю мгновения почувствовав себя на месте профессора...
Я заставил экономку подняться к Лидии и заняться ее внешним видом: умыть, причесать и переодеть в чистое платье, привезенное Тенью. Пока я ждал внизу, вернулись Эмиль и Софи. Они оба были странно молчаливы, но зашли вместе. Друг рассеянно кивнул мне, а Софи даже не посмотрела в мою сторону, не сводя с него глаз. Между ними определенно что-то произошло. Я неловко пробормотал извинения и поспешил наверх, оставив их одних. Им надо побыть наедине и в тишине. А судя по раздраженным окрикам экономки и визгу Лидии, покоя в этом доме не предвидится.
Лидия вырвалась из рук экономки и с радостным воплем бросилась ко мне. Куклу она волочила за собой.
- Дядя Кыс! Я умылась! - радостно сообщила она мне и склонила голову набок, ожидая похвалы.
Я кивнул и вымучено улыбнулся. Стало еще хуже. Экономка, словно решив загладить свою вину, постаралась на славу. Расчесанные и заплетенные волосы, чистое безмятежное лицо и скромное синее платье еще больше делали Лидию похожей на девочку-подростка. Демон, она бы еще ей бант нацепила! Я подошел ближе и действительно обнаружил в косе кокетливо вплетенную шелковую ленту. Понимая, что веду себя глупо, я вытащил из ее волос ненужное украшение и достал из кармана шпильку. Лидия застыла при ее виде.
- Ты вспомнила? - спросил я с замиранием сердца.
- Мое! - она выхватила у меня безделушку и сжала ее в кулаке.
- Хриз, ты вспомнила? Ты помнишь, как потеряла ее?
Она раздраженно мотнула головой и надулась.
- Это мое! Не отдам! - повторила она, и больше я ничего не смог добиться.
Голова плохо соображала от недосыпа и усталости. Вывести Лидию на прогулку, чтобы дать Эмилю и Софи время побыть в тишине и поговорить, оказалось плохой идеей. Я понял это сразу же, как только это несчастье наотрез отказалось гулять по берегу моря, чуть не доведя себя опять до истерики. Лидия рвалась в сторону высокого шпиля и хныкала, что хочет забраться на ту башенку. Я лихорадочно раздумывал, как бы ее отвлечь, пока она с упрямством осла тянула меня к воротам Академии. Я пытался уговорить ее, но тщетно. И когда впереди на дорожке возникла знакомая долговязая фигура, я запаниковал. Только этого головореза не хватало для полного счастья. Он явно вознамерился перекинуться парой слов с Лидией, которая, захлебываясь и глотая окончания фраз, выбалтывала мне свои нехитрые детские секреты. Я резко остановился и дернул ее к себе, отворачивая от громилы.
- Хриз, ты ведь уже большая, верно? - быстро сказал я, придерживая ее за плечи. - Давай поиграем?
- Давай, а во что? - с готовностью спросила Лидия.
- Представь, что ты взрослая и важная. Молчи и лишь кивай, когда скажу. Ничего не говори, это тайна, - я попытался распустить ей косу, чтобы придать ее детскому облику немного женственности, но экономка заплела волосы слишком туго.
- Госпожа? - неуверенно позвал громила.
Я развернул к нему Лидию, обнимая ее за плечи и стараясь выглядеть уверенно и надменно.
- Я же просил нас не беспокоить.
- А я не с вами говорить буду, - долговязый развязно улыбнулся мне и перевел взгляд на мою спутницу.
- В твоих услугах больше не нуждаются. Правда, дорогая? - я фамильярно опустил руку на ее талию.
Игра пришлась по нраву, и хитрая улыбка расплылась по ее лицу. Лидия задрала нос и величественно кивнула, явно кому-то подражая. Громила удивленно вгляделся в нее, пошевелил пальцами, недоуменно моргнул, а потом почему-то ухмыльнулся. Так гнусно ухмыльнулся, что мне стало не по себе. А Лидия стала задумчиво ковыряться в носу. Я спешно перехватил ее руку, бросив головорезу:
- Исчезни, - и потащил свое чудовище в противоположную сторону. Небо над нами хмурилось грозой.
Как мы умудрились попасть на рыночную площадь, я не знаю. Я так торопился уйти подальше от громилы, что шел, не разбирая дороги. И когда узкая улочка вывела нас прямиком на площадь, Лидия радостно завизжала, на секунду оглушив меня, а потом вырвалась и нырнула в людской поток. Дальнейшие события слились в один сплошной нескончаемый кошмар. Я его помнил смутно, обрывками.
