Над братоубийством витают виденьяСладчайшего братства — до грехопаденья.Совпали по счастию звездного часаИ лепет поэта, и лозунги класса.Зовите — я вас понимаю без слова.И неизреченностью грозного зоваЯ полон. А слово… А слово — матерьяЛукавая. Слово — преддверье преддверья.О, великолепный сквозняк анфилады —От вечной надежды до вечной расплаты!Я — словоотступник — вы это поймете —Учился безмолвью у птицы в полете,У скорби — свободе,У жеста — простору.А слово, которое в меру и впору…Опять поперек штормового разбегаПодвинется суша пологостью борта,Над берегом взмоет широкое эхоИ смолкнет — нигде — одиноко и гордо.И вы говорите: «Привет разрушенью!»«Аминь», — говорю. Череда созиданийГрядами протяжными облачных зданийОгромное обозначает движенье.Я кланяюсь мальчику Аполлону,Свой обруч катящему по небосклону —С востока Надежды. Но смерть на рассвете —Что это такое? Ответьте!1917<p>112. Не жалуйся на время. <emphasis>Перевод В Леоновича</emphasis></p>Мужайся, человек. Гляди вперед:Ты разогнал колеса маховые.Ты возбудил прогресс — тебя несетНоворожденная стихия!Не жалуйся на время — и потерьНе числи. Адским пламенем и паромВ младенчестве ты обдан. Что ж — поверь,Что с дьяволом спознался ты недаром.И всё недаром. И утраты — впрок,И красное и белое каленье —Чтобы когда-нибудь ты превозмогПозор и ужас самоистребленья.1917<p>113. Обращение к Солнцу. <emphasis>Перевод В. Леоновича</emphasis></p>Солнце июня. Вечные плиты.Немощный речью,Я на коленях — очи открытыСвету навстречу.Словно подернут беглою теньюЛик милосердный.Словно томится чуткое зреньеКровью вечерней.Близится смута — дань роковая —Рядом же с неюИмени милого не называю,Будто не смею.Только б лучи твои осияли,Солнце, молю я,Ту, что навеки — рыцарь Грааля, —Ту, что люблю я.Знаю, ослепну — ярости правойДушу открою! —Ты ж облеки ее ранней зарею,Тенью полдневной,Ты обойди ее этой кровавойБлизкой бедою!Солнце июня. Вечные плиты.Немощный речью,Я на коленях — очи открытыСвету навстречу.1917<p>114. Статуэтка женщины. <emphasis>Перевод Е. Квитницкой</emphasis></p>По стопам комет астральных, астрономы, путь мой смерьте.Я взрывной волной столетья брошен к призрачным мирам.Я единожды и дважды выздоравливал от смерти.Верной гибели не ведал: от любви не умирал.Там, на приисках небесных, я решал бы дело миром,Жизни, смерти и бессмертья познавал бы торжество,Если б только не белел бы, не царил в моей кумирнеБелый камень, белый идол, наважденье, божество…
