Звезды мерцали, как мерцает марганец,если осветить его спичкой.Сквозь проломы крыш мерцали звезды,малиновые, как марганец,мартен трудился и гудел,как миллион пчел.Сталевар Дюк и подручныеподбрасывали в мартен химикаты.Железные лопаты лязгали!Они змеились, как железные знамена!Уже согнали сталевары четыреста потов.Уже подсохла брезентовая одежда.На дымном брезенте хрустела соль.Кристаллы.Шла небывалая плавка.Директор завода собственными ногамиприбыл в цех.Длина территории завода равнялась 800 м.Директор завода ездил по цехам на машине.Один раз в годсобственными ногами прибыл директор.Беловолосый,с элегантным позвоночником,с очаровательным носом цапли,директор собственноручно похлопывал всех по плечам.Умный,он вынашивал под своим пернатым челомцелые связки ключей и отмычекот сердец рабочего класса.— Ребята! — продекламировал директор.— Не Москва ль за нами? —подхватил Витька Кардемский.Расширил директор улыбку,не замечая иронии.Он-то знал, за кем Москва.Кому необходимы в министерствевыдающиеся руководители предприятий.— Перевыполним план! — призывал директор. —Победит в соревновании наш Ленинград!— Ленинград — город-герой! —Оживленно выкрикнул слесарь-электромонтажникАндрей Гагарини повел свою бригаду прочь.Гагарин был из другого цехаи вообще мало дисциплинированный бригадир.— Перевыполнение плана! — призывал директор. —Этот символ приобретает звучание песни!Убежден, что мы споем эту песню! —Это была песня, древняя, как «Шумел камыш».Она состояла из четырех куплетов.Первый куплет: перевыполним план.Второй куплет: два-три месяца платили чуть ли не двойные оклады. За перевыполнение.Третий куплет: директора переводили в министерство.Четвертый: перевыполненный план становился просто планом, и — вкалывали! вкалывали! — чтобы дотянуть до обыкновенного оклада.Литейщики выжидающе смотрели на Дюка.Директор смотрел на Дюкамаленькими, но правдивыми глазамии доверительно сообщал:— Мы перегоним… широким шагом…Радость Труда…Все наилучшие слова сообщал директор,проникновенно улыбаясь.— Я — верю! — призывал директор.Ты веришь, ты, Дюк? —Излишние вопросы.Директор верил.Директор улыбался.Дюк верил.Дюк улыбался.За 27 лет работы17-ый директорсообщал Дюку эти слова.Перед уходом в министерство.Дюк обучилсятак непреклонно верить,что на подобном этапевыжимал из директоров все невероятное.Не требовал Дюк.Он предлагал.Выдать литейщикам новую одежду.И обеспечить мартен оборудованием.Выдавали. Даже рукавицы. Обеспечивали.Дюк предлагал непреклонно.Обеспечить всю бригаду жилой площадью.По 15 лет литейщики стоялина очереди за жильем,а на подобном этапе получали комнатыв течение недели.— Если вы не согласны перевыполнять, —разъяснял директор, —заставлять не будем.Не будут.Снизят расценки,и треть зарплаты запоет песню о ветре.Директор дошел до точки.Точнее до точки зрения.Его сравнения стали эпичны.Он привил себе точку зрения,выращивая ее,как мичуринец необходимый саженец.Чтобы попасть в «самую точку»,то есть туда,куда директору необходимо было попасть,выращивать необходимую точку зрениядиректору было — необходимо.— Перевыполним… я — верю… радость труда…Он стоял, как цапля,на одной ноге,нацелив клюв в одну точку —в точку зрения!..______А звезды мерцали, как марганец!Миллионы малиновых звезд!Мерцали вновь проломы в крыше цеха —недвижимое имущество печи.На звезды падал отсвет мартена,и с нашей точки зрениязвезды стали малиновыми.И не мерцали звезды,а расточали рваное пламя!И не были звезды недвижны.Онинаращивали мускулы,рожали,разгоняясь по орбитам,с орбит рушась!
