Я вышел в ночь (лунатик без балкона!).Я вышел — только о тебе (прости!).Мне незачем тебя будить и беспокоить.Спит мир. Спишь ты. Спят горлицы и псы.Лишь чей-то телевизор теноравысвечивает. Золото снежится.Я не спешу. Молений-телеграммне ждать. Спи, милая. Да спится.Который час? Легла ли, не легла.Одна ли, с кем-то, — у меня — такое!Уже устал. Ты, ладно, не лгала.И незачем тебя будить и беспокоить.Ты посмотри (тебе не посмотреть!),какая в мире муть и, скажем, слякоть.И кислый дождь идет с косой, как смерть.Не плачу. Так. Как в камере. Как с кляпом.Ночь обуяла небо (чудный час!).Не наш. Расстались мы, теперь — растаем.Я вышел — о тебе. Но что до насвекам, истории и мирозданью?В такие вот часы ни слова не сказать.А скажешь — и зарукоплещут ложи.А сердце просит капельку свинца.Но ведь нельзя. А то есть — невозможно.Не подадут и этот миллиграмм.Где серебро моей последней пули?О Господи, наверно, ты легла,а я опять — паяц тебя и публик.Мои секунды сердца (вы о чем?!).Что вам мои элегии и стансы?Бродяги бред пред вечностью отчет —опавшим лепестком под каблуками танца!Нет сил у слов. Нудит один набатне Бога — жарят жизнь тельцы без крови!Я вышел вон. Прости. Я виноват.И незачем тебя будить и беспокоитьбыло…
«Когда асфальт расставит розы…»
Когда асфальт расставит розыв белых снегах,я выхожу на улицы морозас никем, с никак.Я выхожу и вижу: девы в масках, —фигурки тех,египетских. Но пресный привкус мясав очах у дев.Увлажнены у юношей все уши, —в звездах орда!Тверды театры. В перепонках лужи.Ответ — октябрь.И только сердце так висит, шатаясь,как на суке.В куда, вокруг за тридевять шагаюс никак, с никем?
«Выхожу один я. Нет дороги…»
Выхожу один я. Нет дороги.Там — туман. Бессмертье не блестит.Ночь, как ночь, — пустыня. Бред без Бога.Ничего не чудится — без Ты.Повторяю — ни в помине блеска.Больно? Да. Но трудно ль? — Утром труд.В небесах лишь пушкинские бесы.Ничего мне нет — без Ты, без тут.Жду — не жду — кому какое дело?Жив — не жив — лишь совам хохотать.(Эта птичка эхом пролетела.)Ничего! — без Ты — без тут. Хоть так.Нет утрат. Все проще — не могли мыни забыться, ни уснуть. Был — Бог!Выхожу один я. До могилыне дойти — темно и нет дорог.