<p>Моей машинке</p>Нищецы Неба, баловцы Библий, церковцы Цели, —за хлебок хлеба как нам пульс били по сердцам цепью,по перстам Таинств, по губам Божьим — двум! — по темЦарствам! —Где ж ты был — не был, кровенос боя, Зверь мой швейцарский?<p>В больнице</p>1Что читает вслух воронадля дерев?Лошади пасутся на веревкево дворе.Без одежд, как девы-жрицы клада(в ноздрю — серьгу!)о губами, лунными от хладаклевер стригут.Диски звезд — классическая форма(как ты, с кем?)Фонарь стоит в фарфоровомкотелке.В одеялах я — мораль-улитка:диагноз дан.Медсестра, как мумия, мурлыкает.Спит. Диван.Что тебе, моё в медузах тело:тут ли ты, не тут?Темя — ты лить пульс души, лишь тематемператур.Пересмешник, церковка паскудства,и не так я, время, умирал…Лошади — пожалуйста! — пасутся!Я боюсь. Два глаза у меня.2Я сижу в сумасшедшем доме.Я записываю на соломе:«Нет гетер, кораблей, расчески.Нет баллад. На стеклах решетки.Одеяльце-то поросячье.А сказали, что здесь — предсчастье.Где же счастье?» — я говорю.И глазами уже горю.«В смерти ли? Но там — не у дел.Не глаголят. Никто. Нигде.Демоны в антимир замуруют.Двойники с анти-я зарифмуют».Я чело к стеклам поднимаю.Я записываю, но понимаю:Мир мой — здесь. Я мое — на соломе.Это — зрелость. Ее семена.Я сижу в сумасшедшем доме.И никак не сойти с ума.<p>Легкая песенка на мосту</p>Как зверь в звездах — уже заря.Ресницы роз у фонаря.Вот девушка. С душой. Одна, —все движется. О не обман.Вот юноша. Не педераст, —и он с душой. И не предаст.Но лучше бы: вот водоем,чтоб эти двое бы — вдвоем!Я б отгадал глоток их мук.Был бы сочувствен мой мяук.А так — ни с кем и ни о комгрущу с глазами: где мой Холм?<p>Все как всегда</p><p>(лубок с монголом)</p>
