Ученикам Пифагор и горох и боб густолистныйЕсть запретил и колоть жирных свиней не велел,Ибо от влаги плохой все тела вздуваются наши,Также ума остроту губит такая еда.А у богемцев земля один лишь горох производитС салом свиным: не постичь вам Пифагора, глупцы!<p><emphasis><strong>72. О мясных рынках пражан</strong></emphasis></p>Что твой, Прага, живот прожорлив, а чрево бездонно,Рынок длиннейший в мясных длинных являет рядах.<p><emphasis><strong>73. О первосвященнике богемцев</strong></emphasis><a l:href="#n571" type="note">[571]</a></p>Был Винцентин от рожденья евреем по крови, которыйРимскую веру приняв, стал их богов почитать.Он, диадему надев, к иллирийским явился народам,Чтобы себе на корысть делать святыми мужей.Но лишь почувствовал он, что его кошелек не полнеет, —Уж и не римлянин он, и не обрезанный стал.Он и к богемцам пришел, побужденный лишь к злату любовью,И из корысти одной продал он римских богов.<p><emphasis><strong>74. О двух сферах</strong></emphasis><a l:href="#n572" type="note">[572]</a></p>Чтобы небес и земли тебе облик соделался ясным,Эти поверхности две я описал для тебя.В первой Олимп лучезарный со звездами ты обнаружишь,И в положенье каком каждой летать суждено;Но из второй ты сумеешь всю землю познать совершенно,Все, что скиталец собой может объять Океан.<p><emphasis><strong>75. О Винцентине</strong></emphasis><a l:href="#n573" type="note">[573]</a></p>Не было ни одного изгнанника в целой Европе,Кто бы порочить дерзнул курии Римской главу.Но вот приходит италик, к деньгам охваченный страстью,Сердце его до краев алчности древней полно.О святой золотой, что беречь подобает с любовью, —Чтит италиец его больше, чем вышних богов.<p><emphasis><strong>76. О нем же</strong></emphasis><a l:href="#n574" type="note">[574]</a></p>Первосвященник не смог говорить латинскою речью,Но на латинский манер смог он богов запродать.О богемцев народ, кто ученого пастыря стоит,Кто по-латыни не мог даже и слова сказать!Если ж не речью одной святыни латинские славны,Первосвященником там может быть каждый мужик.<p><emphasis><strong>77. Увещание</strong></emphasis><a l:href="#n575" type="note">[575]</a></p>Ясное Феба светило опять не напрасно восходит,Каждого к делу его так призывает оно.<p><emphasis><strong>78. Об Августине Винцентине</strong></emphasis><a l:href="#n576" type="note">[576]</a></p>Не было ни одного у богемцев жреца в их поместьях,Вот и возникли везде и заблужденье и грех.Ты, отец Августин, святынями обогатил их,И твой легкий кошель толще от этого стал.Значит, отец Августин, свое имя ты носишь по праву,Кто надувательства был непревзойденным творцом.<p><emphasis><strong>79. О силе доблести</strong></emphasis><a l:href="#n577" type="note">[577]</a></p>Тертая только горчица обычно свой дух источает,Также и доблесть, — блестит средь утеснений она.<p><emphasis><strong>80. О Рее и Марсе</strong></emphasis><a l:href="#n578" type="note">[578]</a></p>Илия с двойней своей была невинной весталкой.Вот и коснеют в святых мужи святые грехах.<p><emphasis><strong>81. Об италийцах в Богемии</strong></emphasis><a l:href="#n579" type="note">[579]</a></p>
