<p>261. РОССИЯ
<a l:href="#c_298"><sup>{*}</sup></a></p>Плыви, бессонница, плыви, воспоминанье…Я дивно одинок. Ни звука, ни луча…Ночь за оконницей безмолвна, как изгнанье,черна, как совесть палача.Мой рай уже давно и срублен, и распродан…Я рос таинственно в таинственном краю,но Бог у юного, небрежного народаРоссию выхолил мою.Рабу стыдливую, поющую про зорисвои дрожащие, увел он в темнотуи в ужасе ее, терзаньях и позорепознал восторга полноту.Он груди вырвал ей, глаза святые выжег,и что ей пользы в том, что в тишь ее равнинпольется ныне смрад от угольных изрыжекЕвропой пущенных машин?Напрасно ткут они, напрасно жнут и веют,развозят по Руси и сукна, и зерно:она давно мертва, и тленом ветры веют,и всё, что пело, сожжено.Он душу в ней убил. Хватил с размаху о полмладенца теплого. Вдавил пятою в грязьживые лепестки и, скорчившись, захлопалв ладоши, мерзостно смеясь.Он душу в ней убил — всё то, что распевало,тянулось к синеве, плясало по лесам,всё то, что при луне над водами всплывало,всё, что прочувствовал я сам.Всё это умерло. Христу ли, Немезидемолиться нам теперь? Дождемся ли чудес?Кто скажет наконец лукавому: изыди?Кого послушается бес?Всё это умерло, и всё же вдохновеньеволнуется во мне, — сгораю, но пою.Родная, мертвая, я чаю воскресеньяи жизнь грядущую твою!5 (18) марта 1919<p>262. АКРОПОЛЬ
<a l:href="#c_299"><sup>{*}</sup></a></p>Чей шаг за мной? Чей шелестит виссон?Кто там поет пред мрамором богини?Ты, мысль моя. В резной тени колоннкак бы звенят порывы дивных линий.Я рад всему. Струясь в Эректеон,мне льстит лазурь и моря блеск павлиний;спускаюсь вниз, и вот запечатленв пыли веков мой след — от солнца синий.Во мглу, во глубь хочу на миг сойти,там, чудится: по млечному путибылых времен, сквозь сумрак молчаливыйв певучем сне таинственно летишь…О, как свежа, благоговейна тишь…в святилище, где дышит тень оливы!7 июня 1919; Англия
