2
{*}Целиком в мастерскую высокуювходит солнечный вечер ко мне:он как нотные знаки, как фокусник,он сирень на моем полотне.Ничего из работы не вышло,только пальцы в пастельной пыли.Смотрят с неба художники бывшиена румяную щеку земли.Я ж смотрю, как в стеклянной обителизажигается сто этажейи как американские жителитам стойком поднимаются в ней.<Ноябрь 1953>3
{*}Всё, от чего оно сжимается,миры в тумане, сны, тоскаи то, что мною принимаетсякак должное — твоя рука;всё это под одною крышеюв плену моем живет, поет,но сводится к четверостишию,как только ямб ко дну идет.И оттого, что — как мне помнится —жильцы родного словарятакие бедняки и скромницы:холм, папоротник, ель, заря,читателя мне не разжалобить,а с музыкой я незнаком,и удовлетворяюсь, стало быть,ничьей меж смыслом и смычком.—«Но вместо всех изобразительныхприемов и причуд, нельзя льодной опушкой существительныхи воздух передать и даль?»Я бы добавил это новое,но наподобие кольцасомкнуло строй уже готовоеи не впустило пришлеца.Август 19534
{*}Вечер дымчат и долог:я с мольбою стою,молодой энтомолог,перед жимолостью.О, как хочется, чтобытам, в цветах, вдруг возник,запуская в них хобот,райский сумеречник.Содроганье — и вот он,я по ангелу бью,и уж демон замотанв сетку дымчатую.Сентябрь 19535
{*}Какое б счастье или горени пело в прежние года,метафор, даже аллегорий,я не чуждался никогда.И ныне замечаю с грустью,что солнце меркнет в камышах,и рябь чешуйчатее к устью,и шум морской уже в ушах.28 декабря 1953; Итака6. СОН
{*}Есть сон. Он повторяется, как томныйстук замурованного. В этом снекиркой работаю в дыре огромнойи нахожу обломок в глубине.И фонарем на нем я освещаюслед надписи и наготу червя.«Читай, читай!» — кричит мне кровь моя:Р, О, С, — нет, я букв не различаю.19537
{*}Зимы ли серые смылиочерк единственный? Эхо ли —всё, что осталось от голоса? Мы ли поздно приехали?Только никто не встречает нас. В домерояль — как могила на полюсе. Вот тебеласточки. Верь тут, что кроме пепла есть оттепель!Ноябрь 1953
399. «Минуты есть: „Не может быть, — бормочешь…“»
{*}
Минуты есть: «Не может быть, — бормочешь, —не может быть, не может быть, что нетчего-то за пределом этой ночи»,и знаков ждешь, и требуешь примет.Касаясь до всего душою голой,на бесконечно милых мне гляжусо стоном умиленья; и, тяжелый,по тонкому льду счастия хожу.27 декабря 1953