Вы думаете, я влюбленный поэт?Я не более как географ…Географ такой страны,которую каждый день открываешьи которая чем известнее,тем неожиданнее и прелестнее.Я не говорю,что эта страна — ваша душа,(еще Верлен сравнивал душу с пейзажем),но она похожа на вашу душу.Там нет моря, лесов и альп,там озера и реки(славянские, не русские реки)с веселыми берегамии грустными песнями,белыми облаками на небе;там всегда апрель,солнце и ветер,паруса и колодцыи стая журавлей в синеве;там есть грустные,но не мрачные места,и похоже,будто когда-тобеспечная и светлая странабыла растоптанаконями врагов,тяжелыми колесами повозоки теперь вспоминает пороюзарницы пожаров;там есть дороги,обсаженные березами,и замки,где ликовали мазурки,выгнанные к шинкам;там вы узнаете жалость,и негу,и короткую буйность,словно весенний ливень;малиновки аукаются с девушкой,а Дева Мариявзирает с острых ворот.Но я и другой географ,не только души.Я не Колумб, не Пржевальский,влюбленные в неизвестность,обреченные кочевники, —чем больше я знаю,тем более удивляюсь,нахожу и люблю.О, янтарная роза,розовый янтарь,топазы,амбра, смешанная с медом,пурпуром слегка подкрашенная,монтраше и шабли,смирнский берегрозовым вечером,нежно-круглые холмынад сумраком сладких долин,древний и вечный рай!Но тише…и географу не позволенобыть нескромным.<p>«Похожа ли моя любовь…»<a l:href="#comm003002005002"><sup>*</sup></a></p>Похожа ли моя любовьна первую или на последнюю,я не знаю,я знаю только,что иначе не может быть.Разве Венерина звездаможет не восходить,хотя не видная,за тучей,каждый вечер?Разве хвост Юнониной птицы,хотя бы сложенный,не носит на себевсе изумруды и сафиры Востока?Моя любовь — проста и доверчива,она неизбежна и потому спокойна.Она не дасттайных свиданий, лестниц и фонарей,серенад и беглых разговоров на бале,она чужда намеков и масок,почти безмолвна;она соединяет в себенежность брата,верность другаи страстность любовника, —каким же языком ей говорить?Поэтому она молчит.Она не романтична,лишена милых прикрас,прелестных побрякушек,она бедна в своем богатстве,потому что она полна.Я знаю,что это — не любовь юноши,но ребенка — мужа(может быть, старца).Это так просто,так мало,(может быть — скучно?),но это — весь я.Разве можно хвалить человеказа то, что он дышит,движется, смотрит?От другой любви мне осталасьчерная ревность,но она бессильна,когда я знаю,что ничто —ни она,ни даже Вы сами —не может нас разделить.Это так просто,как пить, когда жаждешь,не правда ли?<p>«Бывают мгновенья…»</p>
