Нападающего выкрали!Тени плоские, как выкройки.Мчится по ночной Москветело славное в мешке.До свидания, соколики!В мешковине, далека,золотой своей наколочкойудаляется Москва…Перекрыты магистрали,перехвачен лидер ралли.И радирует радар:«В поле зрения вратарь».Двое штатских, ставши в струнку,похвалялись наподдавшие:«Ты кого?» – «Я – Главконструктора».«Ерунда! Я – нападающего!»«Продается центр защитыи две штуки незасчитанные!»«Я – как братья Эспозито.Не играю за спасибо!»«Народился в Магаданефеномен с тремя ногами,ноги крепят к головепо системе „дубль-ве“».«Прикуплю игру на кубок,только честно, без покупок».Умыкнули балерину.А певица на мели —утянули пелерину,а саму не увели.На суде судье судьяотвечает: «Свистнул я.С центра поля, в честном споренападающего сперли».Центр сперт, край сперт,спорт, спорт, спорт, спорт…А в подлунном странном мире,погруженный в дефицит,в пятикомнатной квартиренападающий не спит:…«Отомкните бомбардира!Не нужна ему квартира.Убегу!Мои ноженьки украли,знаменитые по краю,я – в соку,я все ноченьки без крали,синим пламенем сгораю,убегу!»«Убегу!» Как Жанна д’Арк он, —ни гугу!Не притронулся к подаркам,к коньяку.«Убегу» – лицо как кукиш,за паркет его не купишь.«Когда крали, говорили —„Волга“. М-24…»Тень сверкнула на углу.Ночь такая – очи выколи.Мою лучшую строку,нападающую – выкрали…Ни гугу.1972<p>«Приди! Чтоб снова снег слепил…»</p>Приди! Чтоб снова снег слепил,чтобы желтела на опушке,как александровский ампир,твоя дубленочка с опушкой.1972<p>«Отчего в наклонившихся ивах…»</p>Отчего в наклонившихся ивах —ведь не только же от воды, —как в волшебных диапозитивах,света плавающие следы?Отчего дожидаюсь, поверя —ведь не только же до звезды,посвящаемый в эти деревья,в это нищее чудо воды?И за что надо мной, богохульником, —ведь не только же от любви, —благовещеньем дышат, багульникомзолотые наклоны твои?1972<p>В непогоду</p>
З. Б.
В дождь, как из Ветхого завета,мы с удивительным детинойплечом толкали из кюветазабуксовавшую машину.В нем русское благообразьешло к византийской ипостаси.В лицо машина била грязьюза то, что он ее вытаскивал.Из-под подфарника пунцовогобрандспойтово хлестала жижа.Ну и колеса пробуксовывали,казалось, что не хватит жизни!Всего не помню, был незряч яот этой грязи молодецкой.Хозяин дома близлежащегонам чинно вынес полотенца.Спаситель отмывался, терся,отшучивался, балагуря.И неумелая шофершабыла лиха и белокура.Нас высадили у заставыНа перекрестке мокрых улиц.Я влево уходил, он вправо.Дороги наши разминулись.1972<p>Мелодия Кирилла и Мефодия</p>
