В домике садовника было холодно, и я пожалел, что не прихватил с собой пальто. Джорджия и Август уже ждали нас, сидя в углу комнаты. Август нетерпеливо выстукивал барабанную дробь по столешнице, а Джорджия потирала руки, чтобы согреть их.
— Вы задержались, — недовольно бросил Август.
— Я не располагаю временем, — в тон ему ответил я.
— В таком случае, обойдёмся без прелюдий, — он выбросил на середину стола толстую папку. — Присаживайтесь и изучайте.
Аспен подошёл ко мне, и я открыл папку. Чтение заняло целый час, за который я пришёл в дикий ужас. Я с недоверием поглядывал на Августа с Джорджией. Аспен тоже находился в не меньшем замешательстве, но на лице Джейка я видел неистовый восторг, когда он откладывал очередной лист в сторону.
Здесь было всё! Абсолютно всё, что так или иначе касалось моего отца. Все его договоры и соглашения, счета, теневые сделки, покупки и продажи. Здесь был список всех его любовных пассий, но это были только цветочки. Я с недоверием смотрел на лист, где значились убитые люди по его приказу. Дыхание сбилось, когда среди имён я обнаружил имя Америки. Руки непроизвольно сжались в кулак и мелко подрагивали, а глаза заволокло красной пеленой. Еле взяв себя в руки, я продолжил изучать документы. Я никому не позволю увидеть, какой сильный удар принесло мне это известие.
Большая часть страниц была посвящена тайному сотрудничеству короля с южанами. Всё это время мой отец вёл двойную игру и, в конце концов, поставил не на ту карту.
— Кто это? — я поднял фотографию. Она была ужасного качества, но я мог разглядеть на ней отца, но второй человек был мне не знаком.
— Предполагается, что это Матиас Хоул, известный как призрак, — ответил Август. Я потёр лоб, переваривая информацию.
— Из всего, что я здесь прочёл, выходит, что большей части дворцовой прислуги и гвардейцев нельзя доверять, — Аспен бросил приличного размера список с именами южан на стол. — Половина служит мне, потому что северяне, другая половина — королю. Выходит, все те, кто был под его крылом — предатели? Что мне с ними делать? — опустошённо спросил он. — Если я начну зачищать ряды, то мы скомпрометируем себя.
— Боже, нам грозит полномасштабная революция, — произнёс я, устало проведя рукой по лицу. — Если кто-то узнает об этом, то отца свергнут, и нас в придачу.
— Заставь его отречься от престола, — прямолинейно заявил Август. — Тогда все эти бумаги продолжат пылиться на полке.
— Ты не посмеешь это обнародовать, — процедил Аспен.
— Имею полное право, — рявкнул Август. — Все эти годы король вгонял страну в хаос. Никому не нужная тайная война с югом… Никакой войны не было вовсе! Это всё фарс! Кларксон обворовывал казну и отдавал деньги южанам, только чтобы те держали всех в страхе, и народ не смел даже плохо подумать о короле, потому что он их якобы защищал. Он использовал всех! — Август сделал глубокий вдох, а потом уже спокойно добавил: — Мне не нужен трон. Я не хочу свергать действующую монархию. Я требую только отстранить короля. Пусть Максон найдёт нужный рычаг давления на Кларксона. Если всё пройдёт гладко, через сутки у Иллеа будет новый король.
— Это всё равно, что переворот, — опустошённо вздохнул я.
— А ты хочешь, что бы на троне сидел такой человек, как твой отец? — спокойно спросила Джорджия. — Он не достоин короны. Это лживый, насквозь прогнивший человек, который умудрился осквернить все ценности Иллеа, только прикоснувшись к ним.
Она была права. Мой отец был ужасен. Все эти годы он скрывал всю эту гниль, а мы не замечали. Я знал о многих его грехах, но даже не подозревал как далеко он зашёл в погоне за властью. У него было всё, но он продолжал требовать чего-то ещё. У нас под носом творились страшные дела. Многие беды страны были его рук дела. Он осознанно вгонял нас в застой. Чего он добивался? Я столько лет задавался вопросом, почему он до сих пор не передал мне корону, теперь же ответ был ясен. Он ни с кем не хотел ею делиться. Все его обещания были пустым звоном. Война бы никогда не закончилась, и я бы ещё не скоро взошёл на престол.
— Здесь есть люди, которые должны знать всё это, — я ткнул пальцем в папку. — Я не могу принять решение в одиночку. Это касается не только меня.
— Ты можешь им рассказать, но найди такое место, где не будет лишних ушей. И лучше пока оставить Оливию в тюрьме под охраной. Только пусть Аспен поставит своих людей, чтобы защищали её. Нам не стоит трясти красной тряпкой перед быком. Мои люди сообщили мне, что Матиас ещё не покинул Анджелес. Есть вероятность того, что он вспомнит о ней, потому что когда-то не смог закончить начатого. - Я кивнул, признавая его правоту. Имя Оливии тоже было в одном из списков.
— Джейк, — позвала Джорджия. — Ты обычно очень многословен, а сейчас ты не обронил ни слова. Неужели тебе нечего сказать?
