Услышав, как кто-то крикнул «Робинзон!», а это имя вызывало у него определенные ассоциации, он оглянулся, и был приятно удивлен. Прямо к нему спешила Элеонора. Но шла она как-то странно, оглядываясь, как будто желала кого-то опередить. Но тут из-за поворота, примыкающего к тротуару, появился стройный высокий парень в белом костюме. Он что-то интенсивно обсуждал по мобильному телефону. Тони с Элеонорой успели только поздороваться, когда мужчина в белом костюме, закончив говорить, подошел к ним. Элеонора была этим раздосадована, но старалась не подавать вида.
– Дорогой Тавинье, познакомься! Это тот самый Робинзон, о котором я тебе рассказывала.
Поздоровавшись за руку с Тони, Тавинье разглядывал его, оценивая как потенциального соперника. Взвесив, все «за» и «против», он успокоился, совершенно не учитывая непредсказуемую логику капризной красавицы.
– Тебя ищет мадам Браун, – улыбаясь, Элеонора протянула ему свою визитку. – Позвони! – попросила она его, едва моргнув глазом.
Сообразив в чем дело, Тони назвал свое настоящее имя.
– У тебя такое сексуальное имя, – обрадовалась Элеонора.
Было непонятно, шутит она или не может что-то сказать.
– Робинзон должно быть еще сексуальней, – предположил Тони, улыбаясь.
– Я не знаю, это надо спросить у наших девушек, – сказав так, она с любовью посмотрела на своего парня. – Ну все, Тони, нам пора ехать, а ты обязательно позвони.
Грациозно сев за руль Феррари, она со своим парнем рванула с места, оставив на асфальте следы шин своей машины.
Тони было приятно, что он запомнился Элеоноре. «Да, именно такой автомобиль и подходит ей, она сейчас в своей стихии», – думал он, улыбаясь, совсем забыв Кэрл.
В какой-то момент он не помнил куда шел.
У входа в отель его поджидал Кокито. Поздоровавшись с ним как со старым приятелем, Тони поинтересовался о его жизни.
– Сеньор, сейчас Кэрл, вместе с другими аккредитованными журналистами в вестибюле, получает разъяснения о предстоящих дебатах между кандидатами. Не все будут на месте, с некоторыми наладят телемосты, многие кандидаты не пожелали покинуть своих избирателей.
Тони сразу заметил Кэрл среди журналистов, толпящихся вокруг администратора отеля. Кэрл была одета в красный костюм, как в прошлый раз при их первом знакомстве, и хотя она стояла к нему спиной, это не помешало узнать ее. Эти переливающиеся пышные волосы, волнами скатывающиеся на плечи, могли послужить рекламой всяких шампуней и бальзамов.
Тони стоял и смотрел на нее, думая, что ему делать дальше. Внезапно Кэрл повернулась к нему лицом, как будто почувствовала на себе его пристальный взгляд.
Встретившись с ним глазами, она улыбаясь, поздоровалась с ним, показывая рукой, что сейчас подойдет к нему. Выражение ее лица было такое, словно они разминулись двадцать минут назад. На Тони нахлынуло странное душевное состояние уставшего путника, который наконец-то дошел до конечной цели в жизни, найдя убежище, и ему больше некуда идти и не к кому спешить. Он не мог понять, что происходит с ним. Все те мысли, с которыми он шел на встречу, стали быстро отдаляться. Тони не без удивления для себя заметил – ему не хочется отходить от нее, к кому-то идти и давать какие-то объяснения. Он был в полном смятении. Подсознательно он понимал, что предстоит трудный разговор с Карлой.
Отойдя от своих коллег, Кэрл пошла в его сторону.
– Здравствуй, Тони!
Он молча смотрел на нее.
– Тони, я слышала, ты занимаешься предвыборной кампанией одного из кандидатов?
Но он, как будто не слышал ее, и был увлечен какими-то воспоминаниями.
– Почему ты так на меня смотришь? – спросила Кэрл.
– Да, вот, думаю, мы с тобой всего один раз встречались, а у меня такое ощущение, как будто мы знакомы очень давно. Возможно, мы были знакомы в прошлой жизни.
У Кэрл сердце сжалось от его слов. Улыбаясь своей коронной улыбкой, она загадочно спросила:
– Тони, ты веришь в прошлую жизнь?
– Нет, Кэрл, конечно, нет, но так обычно говорят, когда что-то кажется знакомым. Скорее всего, эти странные воспоминания связаны с тем происшествием в банке. Общая трагедия объединяет людей.
– Тони, через пять минут начнутся дебаты. Ты мог бы меня подождать?
– Разумеется, а что касается твоего вопроса, Кэрл, я не занимаюсь политикой, но люди мне все равно не верят и теперь их не переубедить. Ты же знаешь, как легко я могу влипнуть в какое-нибудь недоразумение, большой специалист по таким вещам, – виновато улыбаясь, оправдывался перед ней.
Поцеловав его в щеку, она вернулась к своим коллегам, взяв с него слово, что он объяснит подробнее, в чем дело.
Кэрл со своими коллегами пошла в конференц-зал при отеле, Тони и Кокито расположились в баре вестибюля, откуда можно было наблюдать за дебатами на большом мониторе, расположенном на первом этаже отеля.
Вначале пошла реклама, затем показали дюжину соревнующихся кандидатов. Когда появился Барони, Тони почти закричал как мальчишка от радости:
– Это он, это он, я болею за него!
Радостное возбуждение передалось и Кокито, у того сегодня был выходной. Купив несколько бутылок пива, он подсел к Тони, и стал болеть за его кандидата.
