Подвинувшись на край широкой кровати, она улыбаясь, укуталась в простыню. Он с детским озорством встал с постели, отойдя, приготовился к разбегу. Кэрл смотрела на него улыбаясь, и удивлялась себе. Если бы раньше кто-нибудь ей сказал, что будущий ее жених будет таким, она бы ни за что не поверила. Многих родственников и знакомых интересовало, каким он должен быть, чтобы соответствовать ей. Сейчас она хорошо знала ответ. Вот таким, большим ребенком.
Разбежавшись, Тони плюхнулся на матрац, и не успел отпружинить, как Кэрл оказалась на нем. И качка на волнах любви началась с новой силой.
Как только, самолет приземлился на родине Тони, Кэрл с Карлой позвонили и доложили о благополучном перелете через океан.
Проводы в аэропорту Рио были очень теплыми и трогательными. На семейном совете в доме Карлы, где присутствовали Кэрл вместе с Тони, решили, что Тони ни в коем случае не должен лететь вместе с ними. На этом настаивала Кэрл, приведя веские доводы, она убедила Тони.
Хотя прошло много лет, но обвинения в дезертирстве и предательстве еще не сняты с него. Она звонила в Нью-Йорк, консультировалась с адвокатами. Те, в свою очередь, связались с посольством.
Им объяснили – есть большая вероятность того, что Тони могут арестовать как только он появится на Родине, прямо в аэропорту. Никто не отменял старый приговор.
Учитывая новые отношения, сложившиеся между державами, пересмотреть это обвинение будет нетрудно. Всего лишь дело времени, сначала должны поработать юристы. И к тому же, по иронии судьбы, человек, из-за которого обвиняют Тони, в настоящий момент работает с дипломатической миссией на Родине Тони.
Адвокаты, ознакомившись с его делом, были возмущены и тронуты его судьбой. И сами предложили свою безвозмездную помощь. История Тони каким-то образом дошла до одного известного сценариста из Голливуда. Они связались с Кэрл и предложили снять фильм о его жизни, но Тони категорически отказался. Ссылаясь, что он предпочитает жить по основному закону социализма. Вначале, Кэрл никак не могла понять его, и в чем этот закон заключается? Она пыталась вспомнить, чему их учили в университете, на кафедре социологии. Но, безуспешно.
Когда Тони объяснил ей, что главный закон социализма в представлении некоторых людей – «не высовывайся», она долго смеялась.
Обняв его, как будто хочет укрыть его от всех, Кэрл выразила сомнение, что удастся это сделать. Иначе им вдвоем придется уйти в монастырь.
Пересев в другой самолет, при содействии работников американского посольства, они прилетели в город, где жили родители Тони с его братом. Он был на юге страны, и в какой-то мере напомнил Карле ее Родину. Такое же теплое море и очень много похожих людей.
Когда они связались с Тони, он не мог скрыть волнение. Кэрл пыталась его успокоить, мол, они все объяснят деликатно. И только севший аккумулятор в телефоне прервал бесконечные опасения Тони.
Такси подвезло их к нужному месту. Выйдя из машины, они оказались на улице, по обе стороны которой бесконечной вереницей, прижавшись друг к другу, располагались двух – и одноэтажные дома. Карла не переставала удивляться схожести жизненного быта по другую сторону океана. Она ощущала себя на удивление легко, чего нельзя было сказать о Кэрл. Но как только они позвонили в домофон, расположенный на стойке калитки, их обеих охватило волнение.
Услышав знакомый щелчок электронного замка, Кэрл открыла калитку небольшого сада перед домом родителей Тони, пропустив вперед Карлу. Закрыв за собой дверь, она посмотрела на часы в надежде, что родственники Тони будут дома. Было два часа дня по местному времени.
Осматривая лужайку с аккуратно подстриженной травой, любуясь красивыми разноцветными кустами роз, посаженными по всему саду, они с нетерпением ждали кого-нибудь, из хозяев дома.
Карла, чтобы скрыть волнение, вспомнила:
– Кэрл, теперь я знаю, почему Тони любит розы. Он мне даже объяснял, что его мама делает из цветов варенье.
Кэрл внимательно смотрела на нее, слушала, но не слышала. У нее сильно билось сердце. Это дом Тони! Здесь прошло его детство. Заметила через ограду соседский дворик, где играл маленький мальчик в коротких штанишках. Представила себе и улыбнулась, как такой же маленький Тони играл здесь, мечтая о путешествиях в дальние страны, о несметных богатствах.
Наконец, из открывшейся двери дома вышла на крыльцо пожилая седая женщина невысокого роста. У нее были добрые грустные глаза. Она с удивлением внимательно разглядывала двух молодых женщин, предполагая, что те заблудились. Вместо того, чтобы зайти к соседям, забрели к ним.
Девушки сразу узнали в женщине по чертам ее лица, что это мать Тони, очень много схожего было у них. Переглянувшись, они улыбнулись. Женщина тоже улыбнулась в ответ. Кэрл первой поздоровалась с ней по-английски. Мать Тони не сразу поняла ее. Тогда поздоровалась Карла, после этого она среагировала, ответив на английском.
