– Ты как-то слишком уверенно говоришь, – пробормотал Сиэй.
Он-то как раз во всем этом сильно сомневался, судя по выражению лица.
Мне почему-то захотелось взъерошить ему волосы. Наверное, ему бы понравилось – природа взяла бы свое. Но знай он, почему мне захотелось это сделать, – рассердился бы. Потому что Сиэй был и оставался ребенком в главном – он так и не понял, как устроены мы, смертные. Он жил среди нас веками, да что там, тысячелетиями, но так и не стал одним из нас. Он так и не узнал, какая эта великая сила – надежда.
– Я абсолютно уверена в этом, – сказала я. – Но я буду признательна, если ты пойдешь со мной.
Он удивился, но тут же вцепился в руку:
– Ну конечно пойду! Но зачем?
– Моральная поддержка. Слыхал про такую? Мало ли, вдруг я чудовищно ошиблась?
Он довольно заулыбался, и перед нами открылась стена в коридор, по которому мы пошли в комнаты Релада.
Апартаменты Релада соперничали в размерах с комнатами Симины. И в три раза превышали площадь моего скромного обиталища. Если бы я в первый день увидела, как живут кузены, то сразу бы поняла, что никакой я не претендент на трон Декарты.
Кстати, апартаменты Релада разительно отличались планировкой от комнат Симины: большой, просторный зал, у задней стены виднелась лестница, выводящая на чердак, в середине зала в полу красовалось приличных размеров квадратное углубление, в котором цветной мозаикой выложили карту мира. А так все на удивление аскетично: мебели всего ничего, зато на барной стойке выстроилась целая батарея бутылок. Ну и одинокий стеллаж с книгами притулился у стены. У карты стоял Релад – с очень официальным видом, весь напряженный и – на удивление – трезвый как стеклышко.
– Приветствую, кузина, – сказал он, как только я вошла.
И смерил злым взглядом Сиэя:
– Я, между прочим, приглашал только Йейнэ.
Я невозмутимо положила руку Сиэю на плечо:
– Он беспокоится – вдруг ты решишь что-нибудь со мной сделать? Что скажешь, кузен?
– Что?! Да я!.. Да я никогда!
Релад настолько удивился, что я поняла: и впрямь, он – никогда. По правде говоря, все выглядело так, словно кузен собрался очаровывать меня. А тех, кого хочешь убить, нет надобности очаровывать.
– Да с какого Вихря? Мертвая ты мне без надобности!
Я надела на лицо улыбку и решила, что пропущу бестактную реплику мимо ушей.
– Очень приятно это слышать, кузен.
– Да вы не обращайте на меня внимания! – предложил Сиэй. – Я-то что? Так – мушка на стене.
Релад сделал над собой усилие и не обратил на него никакого внимания.
– Кузина, тебе что-нибудь налить? Или ты предпочтешь чай?
– Ну, раз уж ты спрашиваешь… – начал было Сиэй, но я крепко сжала его плечо.
Не надо злить Релада – во всяком случае, пока.
– Спасибо, нет, – ответила я. – Хотя я признательна за предложение. Еще я признательна тебе, кузен, за то, что ты за два дня до этого пришел ко мне с новостями.
И я погладила Сиэя по голове.
Релад долго – секунды три, не меньше – думал над ответом. Потом неуверенно пробормотал:
– Н-не за что.
– Зачем ты меня сюда позвал?
– У меня есть одно предложение. Для тебя.
И он неопределенно повел руками и ткнул пальцем в пол.
Я посмотрела на карту мира у его ног, инстинктивно обращая взгляд к Дальнему Северу и крошечному его уголку под названием Дарр. Вдоль даррских границ выстроились четыре полированных плоских белых камушка – по одному от трех королевств, которые, судя по всему, вступили в союз против Дарра, плюс еще один камень для Менчей. А в сердце нашей страны лежал кусочек серого мрамора – он, похоже, представлял нашу жалкую армию. А вот к югу от Менчей, вдоль берега моря Раскаяния, лежали три бледно-желтых камня. Интересно, что обозначали они?
– Дарр сейчас заботит меня более всего, – сказала я. – Симина предложила мне жизни наших людей. А что предлагаешь мне ты?
– Побольше, чем просто жизни.
Релад шагнул вниз, на блестящую мозаику карты. И подошел прямо к Дальнему Северу, встав ровно в середине моря Раскаяния, – м-да, смешно. И некоторым образом символично.
– Белые камушки – это ваши враги. Но ты и сама уже догадалась. Они на стороне Симины. А те, – и он ткнул пальцем в желтые камни, – они на моей стороне.
Я нахмурилась, но Сиэй не дал мне ответить – он громко и нагло фыркнул:
– Да ладно тебе, Релад. Откуда у тебя союзники на Дальнем Севере? Тебе на этот континент плевать было – всегда. Так что победа Симины – результат твоего небрежения!
– Без тебя знаю! – огрызнулся Релад, но все-таки повернулся и посмотрел мне в лицо. – Да, у меня нет друзей на Дальнем Севере. Это правда. И даже если бы были – без разницы, все тамошние королевства – враги Дарра. Они вас ненавидят, кузина. Симина просто разрешила им сделать то, что они и так порывались устроить в течение столетий.
Я лишь пожала плечами:
– Дальний Север когда-то был варварским краем, а мы, дарре, из варваров славились как самые варварские. С тех пор прошло много времени, и жрецы приложили массу усилий, чтобы нас цивилизовать, но прошлое так легко не забудешь…
