Полицейское управление Стокгольма
Беседа с информатором «Мариной», 20 декабря 2010 года
Вел беседу Йоаким Сунден
Место: Хёгдален-центр
ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА 6 (часть 4)
Запись беседы
М: Двенадцать дней назад… Себбе должен был с кем-то встретиться в Старом городе. Что-то там у этого кого-то принять. Вообще говоря, такими делами занимался Максим или кто-то другой, но Максима с нами уже не было. Исключительный случай. Мне велено было сидеть в машине и ждать. Когда Себбе вернется, еще куда-то его отвезти. Я не задавал лишних вопросов. Не мое дело.
ЙС: А почему Себбе сам не вел машину?
М: Он сломал руку… в той же автокатастрофе. Максим погиб, а Себбе сломал руку. И ребро.
ЙС: Да-да… я упустил из виду.
М: Как бы там ни было… середина дня. Не знаю, почему выбрали именно Старый город. И именно это время. Может, потому, что в эти часы там полно людей.
Я припарковал машину. Машина прокатная, «Рендж-Ровер».
Себбе вылез из машины. Прошел и встал под одним из голых деревьев. Направо – кафе. На море – тонкий серый лед, ледостав в этом году ранний, как вы знаете. Я ждал. Себбе стоял там и курил. Время тянулось медленно – я так и не понял, почему он меня торопил. Ничего не происходило.
Сидел и думал о Беньямине. Ему недавно исполнилось шестнадцать, и в предыдущий уик-энд я разрешил ему и его приятелям устроить пирушку у меня в квартире. Когда вернулся домой в два часа ночи, очень удивился: идеально прибрано. Беньямин спит на тахте в гостиной. Сколько же их было, шестнадцатилетних гуляк, что все так мирно и гладко?
Себбе зажег четвертую сигарету. Он не оглядывался по сторонам, не нервничал – стоял спокойно и ждал. Уже больше получаса.
Я даже подумал: не смыться ли мне? Потихоньку завести мотор и смыться. Поехать в «Клару» и дожидаться, пока появится Себбе и спустит на меня всех собак. Зачем он меня вовлек в эту историю? Работа в поле – не мое дело. Мое дело – цифры и схемы. И переговоры с финансовыми тузами.
Но мысль удрать исчезла так же быстро, как и возникла.
Дело даже не в том, что я не решался, зная, какой короткий запал у Себбе. Себбе сгоряча может натворить дел, о которых сам потом будет жалеть. Нет, если быть честным… я к Себбе привык. Он по-своему порядочный парень. И даже сердечный. Да и смерть Максима нас всех не только выбила из колеи, но и сблизила.
Но на этот раз что-то не склеивалось. Прошел час. Себбе прислал эсэмэску:
Может, он и перепутал, но у меня появились нехорошие предчувствия. Почему так долго? И дело даже не в том, что долго: мое внимание привлекли двое. Один, в кокетливо намотанном шарфе, сидел в кафе на той стороне улицы; я видел его через большое витринное окно. Сидел и говорил с кем-то по хендс-фри. Другой, в камуфляжной куртке, стоял под деревом в десяти метрах от Себбе. Он тоже говорил по телефону.
Итак: двое. Уже больше часа торчат на одном месте и ведут с кем-то бесконечные переговоры. Постоянно косятся на Себбе. Переглядываются. Или, возможно, мне показалось.
Через пятнадцать минут послал Себбе эсэмэску:
Он не ответил. Зажег восьмую сигарету и поглядывал в сторону Слюссена.
События разворачивались. Себбе повернулся. К нему подошел парень в кепке «Оливер Твист» набекрень и с наплечной сумкой, которая почему-то висела у него на животе. Я решил, что это один из наших смурфов, рекрутов Максима.
Они обменялись несколькими словами и пошли по Малой Нюгатан. Одновременно парень в шарфе покинул свое место в кафе, а камуфляжный вышел из-под дерева. Они пошли за Себбе и его спутником.
Сомнений больше не было. Я позвонил Себбе. Он не ответил. Послал сообщение:
Никакой реакции. Я вспомнил, как он примчался мне на выручку в стрип-клуб. Надо признать – он нас тогда спас. Если не от смерти, то от серьезных увечий. И меня, и моих покерных друзей.
Я открыл дверцу и вышел из машины.
Старый город… исторический центр. Сердце Стокгольма. Странно – меня с ним ничто не связывало. Разве что воспоминание, как в девятом классе нас водили на экскурсию и гид рассказывал о стокгольмской кровавой расправе, когда датский король Кристиан Тиран приехал со своей свитой вроде бы в гости и перебил на площади несметное количество шведов. Это было почти пятьсот лет назад. Такие же вещи происходят чуть не каждый день в мире и сейчас – то там, то тут. Швеция много столетий кипела, бурлила и постепенно превратилась в надежную и безопасную страну. Настоящий «Народный дом», как считают многие.
Страна беспримерной социальной справедливости, какой никогда в истории не видывали.
Может, так оно и есть. Не знаю. Единственное, что я знаю точно, – это страна беспримерной лопоухости, где черные деньги превратить в белые – как два пальца облизать.
И еще – если ты стоишь достаточно высоко на социальной лестнице, можешь делать все, что тебе вздумается.
Я пошел за Себбе.
Они шли с «Оливером Твистом» и о чем-то болтали. Свернули в какой-то из бесчисленных узких старинных переулков. Те двое шли за ними метрах в двадцати-тридцати. Я не мог взять в толк – как же Себбе их не видит? Всегда думал – он как Максим. Тот за километр чувствовал опасность.
Они остановились. «Оливер Твист» перекинул через голову ремень и отдал свою наплечную… или, скажем, набрюшную сумку Себбе. Парень в шарфе поднял что-то. Камеру. Они документировали передачу вещественного доказательства.
Сделав несколько снимков, он двинулся вперед.
С другой стороны приближался камуфляжный.
Так… теперь они его задержат.
Они побежали к Себбе, а из-за моей спины выскочили еще двое.
Но они меня не видели. Я все еще мог предупредить Себбе, он же явно ничего не замечал.
Пылающая кухня… Себбе с бейсбольной битой в стрип-клубе. Его осунувшаяся физиономия, когда он рассказывал про гибель Максима. Деревянный гроб…
– Себбе! – заорал я что было сил. – Беги!
Он повернулся ко мне. В ту же секунду сообразил, что происходит, и побежал. У него были шансы.
Кстати: я совершенно уверен, что в сумке, которую ему передали, наркотиков не было. Себбе этим не занимался.
Через пять секунд я лежал лицом на брусчатке, чье-то колено уперлось в спину. Они надели на меня наручники и отвезли в отдел. Остальное вы знаете.
ЙС: Да.
М: А Себбе не взяли.
ЙС: Нет. Он ушел. А вы могли бы нам помочь?
М: Послушайте… я рассказал вам все. Но тут я вам помочь не могу. И не могу, и не стану.
ЙС: Хорошо, хорошо… возможно, мы вернемся к этому позже. Но я хочу от души поблагодарить вас, Матс. Вы поделились с нами огромным количеством бесценной информации. И наш договор остается в силе, мы будем держать вас в стороне. Но помните: вы остаетесь моим секретным агентом по кличке Марина.
