- Ты права. Но бывают моменты, когда ступени готовы, а наверху тебя ждет изящный лифт. Знаешь, такой, как в самых смелых мечтах человечества. Лифт, который должен прорезать своим блестящим металлическим телом нежную кожу небес, вознести выше, чем солнце, показав лишь мир, где правят боги – Макс замолчал на несколько секунд, а затем, продолжил – Но бывает так, что твои этажи рушатся, трос не выдерживает веса психиатрических расстройств, памяти, боли. И ты срываешься в железной коробке и летишь вниз, минуя ступени великолепной лестницы, что выстроил своими усталыми руками. Проваливаешься под землю, туда, где нет ада, нет чувств, лишь раскаленные слои грунта и бесконечное одиночество. Понимаешь?!
- Я хочу узнать твою историю – девушка прислонилась спиной к изуродованной стене – Какой ад ты испытал?
- Зачем тебе это?
- Потому что мне кажется, что я уже не увижу теплого неба, не почувствую на своей коже капли дождя, не услышу пения птиц. Ведь, так? Ты не выпустишь меня отсюда, Макс
- Я не знаю, Мелисса. Но, что изменит моя история?
- Смысл этого всего – девушка провела пальцем по щеке, размазав капельку туши, которая смешалась со слезой, оставив свой след на идеальной коже – Я хочу узнать, что движет тобой, Макс. Понимаешь?
- Нет. Знаешь, мой ад начался еще с той поры, когда я только начал жить в утробе. Иногда мне кажется, что я до сих пор помню, как сильные руки моего отца били в живот матери, как я захлебывался выделениями и кровью. Наверное, я должен был умереть тогда, но боги не всегда дают нам право выбора
- А если бы у тебя был выбор?
- Я не знаю – Макс опустил голову
- Как так? Люди должны знать ответы на вопросы своей души. Это и отличает нас от животных
- А разве я не животное? Закрыл тебя тут, позволил Фрэнку сделать это – парень замолчал, заметив в глазах Мелиссы огонек страха – Я не знаю, хотел бы я умереть еще в утробе или нет. На этот вопрос у меня нет ответа. Прости
- Значит, твоя жизнь не полный ад, раз ты не хотел бы оставить ее. Так?
- После ада, наступил рай – Макс привстал – Я сейчас вернусь, хорошо?
Мелисса одобрительно качнула головой.
Крепкий аромат виски пачкал собою два бокала. Напиток так сильно искрился внутри, словно чей-то разум взрывал звезды в великолепном ночном небе. Каждый пузырек, вызванный невероятным потоком, имел свои слова, которые впитает Макс, чтобы вынести наружу, в красивые уши своей пленницы. Так долго эти тайны оставались где-то глубоко в душе, там, куда не проникнут даже самые опасные скальпели опытных хирургов. Этот диалог, который вскружит память, разнесется на несколько суток, чтобы поведать ей свою историю, так скоропостижен, подобно Фениксу сгорит дотла, оставив налет пепла. Интересно, а он опять восстанет? Когда умрет Мелисса. И умрет ли она вообще?
Виктория сидела на небольших качелях около стеклянной двери со стороны лужайки. Пижама с изображением разных животных покрывала ее тело. Девочка держала в руках потрепанную тетрадь, что-то выводя чернилами. Она, то смотрела куда-то в лес, то вновь возвращалась к листам. Нет, не так. Ее глаза видели одно. Они смотрели куда-то глубже реальности, туда, где начинаются коридоры тусклых грез. И что может увидеть ребенок в этих потухших мечтах? Тысячи надежд, которым не суждено сбыться? Жизнь, заканчивающуюся траурными лентами на мраморных памятниках? Кубики морфия, что вводят больным, лаская вены совершенной иглой, чтобы унять капельки липкой боли? Наверное, взрослым никогда не понять этого. Ведь, память тает с годами, а они, подобно ледникам, растворяются в соленой воде, как в календарных числах. И невозможно помнить детализированные сюжеты детства. Лишь общий план, как собранный пазл, словно законченная картина. И нам не поймать процесс, не увидеть механизмы, мелочи. Хотя, именно в них заключается холодный смысл жизни. Виктория продолжала рисовать, царапая листы, подписывая даты и тонкие слова. Макс даже не вышел к ней. А смысл? Зачем стараться увидеть то, что она никогда не покажет? Пусть это останется очередной тайной планеты.
- Ты когда-нибудь чувствовала, как умирает животное? – спросил Макс, усаживаясь напротив Мелиссы – Хочешь выпить?
Парень протянул бокал, наполненный до краев горьким напитком. Девушка медленно приняла его в свои ладони. Наверное, алкоголь успокоит ее боль, воссоединит сотни мыслей, которые бродят по измученному разуму, выискивая выход в реальный мир. Она сделала глоток. Ее лицо скорчилось в гримасе отвращения. Капельки виски заблестели на пухлых губах, смывая остатки безупречной помады. Влага обволакивала ее уста, подчеркивая маленькие трещинки. Казалось, капельки попадают прямо внутрь, смешиваясь с кровью, принося боль, наполняя губы алкогольным теплом. Превосходность момента, как самый тяжелый груз для рыбацких удочек. Он тянул прямо на дно наслаждения. Макс вновь был возбужден, но старался скрыть это за глупой улыбкой, которая разлилась на его лице.
- Виски? – недовольно спросила Мелисса – А больше ничего нет?
- Ты не любишь этот напиток?
- Нет
- Почему?
