Перед машиной раскинулся густой лес. Две тропинки вели в разные стороны. Одна к части, вторая к дому Макса. Парень закрыл глаза, сделав глубокий вдох. В машине вновь осталось только двое. Сердце бешено билось, а дыхание со временем пришло в норму.
- Вправо – парень показал пальцем на узкую тропинку
- А мы там проедим?
- Не знаю. Давай так, я пойду пешком отсюда – молодой человек слегка приоткрыл дверь машины – А ты поедешь по своим делам дальше. Спасибо большое, что помогла добраться до дома. Правда, спасибо
- Нет, стой. Я обещала довезти тебя – девушка резко нажала на педаль, и машина сорвалась с места – А значит, довезу. Понял?
Парень без лишних слов захлопнул дверь.
Наверное, в мире должны быть добрые люди, которые будут балансировать чашу весов. Две части людской души в разрезе планеты. Своеобразная матрешка. Это, как война, где победителя нет. Невозможно уничтожить зло и истребить добро. Остатки будут всегда, как осколки разбитого зеркала, такие маленькие, но не одинокие.
Мелисса припарковала машину около дома Макса.
- Ты не будешь против, если я зайду к тебе и попью воды? – спросила девушка
- Конечно, нет. Ты мне очень помогла. Зачем задаешь такие вопросы?
Парень повернул ключ в замочной скважине и пропустил девушку. Едкий запах пороха и табака ударил ей в нос. Мелисса смотрела на стены, искала глазами нечто особенное.
- Можешь не разуваться – тихо произнес Макс – Кухня сразу за дверью. Видишь?
Девушка скрылась за стеной. Парень слышал, как льется вода из крана, превращаясь в симфонию пианино, самую прекрасную и восхитительную. Перед глазами опять побежали кровавые разводы на стенах. Макс знал, что Мелисса уйдет, он примет таблетки. А завтра? Завтра будет новый день. Сутки в одиночестве, без тепла и любви. Они так сильно въелись в обыденную жизнь молодого человека. Все те же карие глаза смотрели с фотографии на стене. Они начали моргать, что-то шептали губы. Как же это все достало Макса.
- Это она? – раздался вопрос из пределов кухни – Макс!
Парень направился в помещение. Доски под ногами ломались, из-под них лезли страшные гнилые руки, стараясь схватить молодого человека за ноги, утащить в бездну звуков и криков, в океаны бурлящей крови, чтобы он пытался дышать, но багровое моря забивало его легкие, пока не закроются глаза. Макс так к этому привык.
- Что? – спросил парень, переступив порог кухни
- Я говорю, это она?
Мелисса держала в руках фотографию жены Макса. И лишь парень видел, как она улыбается, как оживает поблекший снимок, как из ее глаз сочится черная смола, пачкая изящный объектив фотокамеры. Дрожь побежала по телу.
- Да
- Красивая. Как ее звали?
- София
- Красивое имя. Мне пора. Пойдем, закроешь за мной дверь. Хорошо?
Мелисса положила фотографию на стол. Из нее полезли черви, пожирающие плоть Софии. Они выдирали ее глаза, наслаждаясь ядовитыми соками. Злость в душе Макса становилась все сильнее. Он шел сзади Мелиссы. Она закроет дверь, а парень останется в одиночестве, бесконечной грусти и помешательствах. Нет!
Макс резко схватил бейсбольную биту, стоявшую около входной двери. Мелисса не успела даже развернуться. Тяжелый удар. Сильный хлопок. Капли крови разлетелись из ее затылка. Девушка рухнула на твердый пол без сознания. Нет, Макс не убил ее. Мелисса дышала, но не видела уже этот мир. Ее разум отправился в бесконечные коридоры мыслей, где нет боли и зла. Кровь медленно сочилась из затылка, пачкая прекрасные русые волосы. Макс бросил биту на пол. Он и сам не понимал, зачем сделал это.
Капли крови зависли в воздухе. Словно попали на невидимый лист совершенного стекла. Они приклеились к атмосфере большими кляксами, невесомые, готовые сорваться в любой момент. Макс медленно начал трогать их пальцами, выводя какие-то слова. Он размазывал кровь по воздуху, чувствуя ее теплоту, жар. Восхитительное чувство проникало в его душу, заполняя ее невероятной легкостью, волшебством, если угодно. Парень понимал, что он теперь не будет одинок, никогда. Макс продолжал выводить слова на воздухе кровавой краской. А вскоре, забросил Мелиссу на плечо и медленно спустился в подвал, оставив в коридоре лишь багровую надпись, кипящую, подобно грешникам в недрах ада, - «Никогда!».
Глава 3. «Неприятное знакомство».
