Стокгольмское дело полностью

«Пальмовая долина, Тай Вок»: любимый ресторанчик Роксаны. Она часто ездила туда на велосипеде заказать тайскую еду для себя и Зета; там же встречалась с Николой. Владелец – швед, женатый на тайке. Очень симпатичная женщина по имени Суни, выглядит лет на двадцать моложе, только рот почему-то все время приоткрыт. Собственно, рестораном занималась она, а не он. Роксана каждый раз болтала с ней – главным образом, хотела помочь с языком: шведский у Суни, мягко говоря, оставлял желать лучшего.

Почти подружились.

Суни ничего против не имела – согласилась сдать им полуподвальное помещение, которое все равно пустовало.

– Что подвал делать? – спросила она в десятый раз, когда Роксана, как могла, в девятый раз объяснила: они делают особую муку, от которой не полнеют.

– Муку, – Роксана заставила себя набраться терпения. – Ты знаешь, мука, из которой пекут хлеб, – она изобразила руками: вот я намазываю бутерброд. – Но это не обычная мука, в ней нет никаких молотых зерен. От зерен толстеют, – Роксана опять показала на себе минусы излишнего веса: сцепила руки в полуметре от живота и запыхтела. Суни просияла:

– Ребенок будем?

Роксана тоже не удержалась от смеха и все же кое-как втолковала добродушной Суни, зачем им ее подвал.

– Я поговорю с Лелле, – она позвонила мужу и заговорила, к удивлению Роксаны, по-тайски.

Оказывается, Леннарт в виде исключения выучил язык. Тогда понятно, почему ее шведский застыл на самом примитивном уровне.

Разговор продолжался довольно долго. Роксана изнемогала от нетерпения.

Наконец Суни повесила трубку и улыбнулась.

– Гр-ра, – сказала она. Роксана с трудом догодалась, что она имела в виду: шведское går bra. Пойдет. Тысяча крон в месяц.

Как с неба упало.

Зет купил четыре подержанных газосварочных аппарата, баллоны с бутаном, противни и водяную баню. Раздобыл у кого-то из знакомых два промышленных вентилятора.

– Неохота огорчать Суни. Ресторан разнесут. Как узнают, чем тут пахнет…

И захохотал. Роксана тоже.

Эйфория.

Перчатки, белые комбинезоны, маски, пипетки, реторты – настоящая лаборатория. Роксана сдержала слово: заказала через Интернет менструальную чашу.

Наконец все расставлено, соединено и подготовлено. Последними Зет подключил вентиляторы, вышел и принес еще одну коробку.

– Тада! – он издал фанфарный клич и торжественно растерзал упаковку: беспроводная колонка. – Surprise! Самое главное на сладкое. Лучшая из того, что есть у Bose. Можем приступать.

На подготовку ушло время.

Они приступили к производству через два дня после того, как Суни дала им ключ.

Шкала производительности по сравнению с первым опытом: десять к одному.

Теперь все всерьез: Роксана и Зет выглядели, как чокнутые ядерные физики из голливудского фильма. Они выпаривали кеталар литрами. Слушали Аксель Бумана, Корнеля Ковача и собственную продукцию Зета. Обжигались, заходились кашлем от дыма и хохота, когда, к примеру, Зет на третий день объявил, что у него начали выпадать волосы.

– Даже не знаю отчего… возможно, от кетика, а скорее – от экологического шампуня, который мне навязала Билли.

После Бумана и Ковача настала очередь Линды Пира и First Aid Kit, и опять же собственной продукции Зета, которой полагалось восторгаться. Что Роксана и делала – с удовольствием, хотя музыка ее не задевала. Обсуждали бесчисленное количество красок для волос у Билли, Роксана рассказывала о домашних вечеринках в Тегеране. Пожимали плечами – националистская, если не нацистская партия «Шведские демократы» набрала при опросе двадцать два процента, хотя один из их вождей призывал к беспощадной борьбе с «глобалистами» и, как он выразился, «обжимальщиками осин». Читай: с евреями и партией зеленых.

Работали до поздней ночи, но почему-то не уставали. Постоянная эйфория. Пританцовывали вокруг растущей кучки кристаллического порошка. Возможно, действовали минимальные дозы вдыхаемого кетамина. Зет притащил компьютер. Не отрываясь от работы, смотрели шестой сезон «Девчонок». Даже Зет похвалил, хотя обычно он критиковал Роксанин вкус.

От долгого стояния болели ноги. Зет смотался в ИКЕА и купил две барные табуретки на колесиках.

Они гонялись по подвалу друг за другом, изображая ралли на го-картах.

Кеталар булькал, как лава в кратере.

Слушали Туве Лу, Асафа Авидана – и, конечно же, собственную продукцию Зета.

Роксане надоело восхищаться. Она молчала. Даже головой не качала в ритм.

Менструальная чаша, скорее чашечка, держалась, как влитая, – и в самом деле замечательное изобретение. Кто-то думает и о женщинах тоже.

Поднимались к Суни, улыбались, заказывали рисовую лапшу с соевым сыром тофу, орехами кэшью и кисло-сладким острым соусом.

Первая партия была готова на четвертый день. Семьсот граммов кетамина, взвешенного и расфасованного в пакетики по одному грамму.

Они вышли из своей самодельной лаборатории, и в лицо им ударило веселое майское солнце.

– Здравствуй, солнышко!!! – завопила Роксана.

Количество и скорость изготовления: если продать все, можно расплатиться с отморозками. Шанс есть.