– Нет, пока не нашел. Зато узнал имя единственного человека, кто мог следить за всеми перемещениями Шамона. Через приложение «найти устройство». Его телефон был подключен к мобильнику Шамона.
– Ничего себе… Кто?
У Николы в груди полыхал пожар.
– Юсуф.
Исак прикрыл глаза.
Юсуф. Самый приближенный к нему человек за последние восемь лет. Вместе выросли, Исак на пару лет старше. Если Никола и Шамон были как братья, Исак и Юсуф – близнецы.
– Не хочу в это верить.
– А ты подозревал, что Юсуф замешан?
– Не хочу говорить, – мгновенно отрезал Исак. Задумался и добавил: – Впрочем… да.
– Почему?
– Потому что как раз перед тем, как эти суки явились в ММА, у Юсуфа схватило живот… вообще, нервничал, как новичок, я не мог понять, в чем дело. Тогда я и внимания не обратил, а сейчас понимаю: он знал. Знал, что они придут.
– Но почему? – опять спросил Никола, на этот раз он немного растерялся. – Зачем ему?..
– Понятия не имею.
Дверь за спиной Николы открылась.
– Ваше время кончилось… – пропел надзиратель.
Исак встал и пошел к двери. Когда он сравнялся с Николой, наклонился слегка к его уху – быстрое и даже изящное для его комплекции движении. Охранник не мог слышать, что он сказал, – еле слышный шепот.
– Погаси эту суку, Никола.
По расчетам Эмили – девятая неделя. По традиции, посторонним сообщают о беременности не раньше двенадцатой. Но ведь это не касается отца и матери, какие же они посторонние… У них наверняка есть глубоко запрятанное биологическое право следить и заботиться о продолжении рода. Встроено в какой-нибудь ген. Конечно, право у родителей есть, только Эмили сама еще не знала, что делать: сохранить ребенка или прервать беременность.
И даже если она решит рожать, вряд ли мама и папа примут участие, они по горло заняты сами собой.
Чтобы не было искушений, она отложила поездку в Йончепинг. К тому же разбитая башка – не лучший гостинец для родителей.
И главное: можно как угодно назвать ее жизнь, но слово «стабильность» приходит на ум последним.
Позвонила Нине Лей, та обещала любую посильную помощь. В тот же день явились мрачные парни с несколькими чемоданами инструментов на каталке.
– Мы из отдела персональной охраны.
Больше всего похожи на «Рассерженных плотников»[51].
Быстро смонтировали дублирующую дверь металлическую решетку, установили сигнализацию и вручили ей браслет с большой красной кнопкой. Встроенный джи-пи-эс, если что-то случается. Нажимаешь кнопку, бумс! – полиции тут же известно, где ты есть.
Если успеешь нажать.
Но сказать, что она чувствует себя в безопасности, было бы явным преувеличением. Нина сама сказала: в их организации не все в порядке.
Через несколько дней позвонила в женскую консультацию.
– А что за спешка? – спросила секретарша. – Можно спокойно подождать несколько недель.
Нет. Ждать она не будет. Надо встретиться с акушеркой
Она взяла такси и поехала в консультацию на авось – бывает, кто-то заказал время, а прийти не смог.
Женская консультация в Старом городе.
Она толкнула дверь, вошла в приемную и поразилась, как изменилась атмосфера. Не то чтобы на улице царила особая суета – нет, в этих узких, выложенных брусчаткой старинных переулках всегда было спокойнее и уютнее, чем в сверкающем и бурлящем деловом центре Стокгольма.
Но здесь было не просто тихо, а
– Инга, – представилась акушерка и спросила, как Эмили себя чувствует.
Акушерка тоже шептала. Эмили подивилась, как ей удается так тихо нажимать кнопки на клавиатуре компьютера – еле слышный шорох. А может, заказывают специальные беззвучные клавиатуры. Кто их знает.
– Страдаете вы или отец ребенка хроническими заболеваниями? Принимаете ли какие-нибудь лекарства?
Про себя Эмили могла сказать точно: нет.
Надо говорить правду.
– Я никаких лекарств не принимаю. А вот что касается отца… надо узнать. Я отвечу позже.
Инга тихо и неторопливо расписывала риски, связанные с курением и выпивкой во время беременности.
– Вы должны пересмотреть свой рабочий ритм, снизить обороты. Это очень просто: работайте, как привыкли, но поменьше. Тошнота – да, очень типично в ранней фазе беременности, но к середине срока непременно будет лучше.
Почему она не позвонила Тедди и не попросила тоже приехать? Ради ребенка, разумеется. Важно, чтобы медики досконально знали, с чем имеют дело. И в то же время: какое он имеет к этому отношение?
Ребенок пристроился не у него в животе, а у нее. Именно она целиком отвечает за его благополучие и комфорт.
И самое главное: она еще не приняла решение.
Инга смерила давление и отправила ее со специальной баночкой в туалет – нужен анализ мочи. Попросила взвеситься, сводила в лабораторию.
– Анализ крови очень важен. Группа крови, резус-фактор. Иммунитет к красной волчанке. Сифилис, хламидиоз, ВИЧ.
