Сняв с верёвки с трепыхающимся на ветру сохнущим бельём футболку и спортивные шорты, Вадим быстро оделся. Прежде, чем уйти в дом, вездесущая Наталья успела наметать на стол нехитрую снедь к чаепитию: варенье, конфеты, печенье и пирожки с яйцом и луком, одуряющий запах которых заставлял вожделенно трепетать ноздри и наполняться слюной рот.
— Здравствуйте, Александр Владимирович! — несколько оторопело промолвил Вадим, с трудом узнав в молодом парне генерала Санина.
— И вам подобру-поздорову, Вадим Михайлович! Эля, Эльгранд, — раскланялся помолодевший генерал. Хотя через несколько секунд Вадим изменил первоначальное мнение о «цветении и запахе» у обретшего вторую молодость человека. Глаза Санина остались по-прежнему стариковски-блеклыми. Внимательный цепкий взгляд пронизывал присутствующих насквозь. Хватки генерал не утерял, что не могло не радовать. Да и печать не проходящей усталости никуда не выветрилась, её следы читались на горизонтальных складках, оккупировавших лоб и носогубный треугольник, проглядывали в полопавшихся капиллярах глаз и набрякших мешках под ними. Ещё вчера посторонний наблюдатель, если бы застал генерала и Вадима рядом мог принять их за братьев, благо ночь и водные процедуры в компании с сэттажем убрали все следы с лица Белова.
— Молодость не в радость, — помимо воли вырвалось у Вадима.
— Верно подмечено, Вадим Михайлович, а вы ещё добавляете, — укоризненно ответил Санин. — Только-только расслабился, жить, можно сказать, начал.
— Оправдываться не собираюсь, не дождётесь, — заскрипел табуреткой по полу Вадим, между делом придвигаясь к столу и протягивая руку к чайнику. — А вот относительно шифрованной связи и закрытых каналов хотелось бы особо поинтересоваться. К чему секретность, Александр Владимирович? От кого по углам прячемся? Прошу извинить меня, — смутился он, — даже не есть, жрать хочу невообразимо, просто не могу удержаться. Но я вас внимательно слушаю, извините ещё раз.
— С чем хоть пирожки? — печально вздохнул Санин, провожая взглядом румяный бочок лакомства, исчезающий во рту Белова.
— С луком и яйцом.
— Заморили червячка, Вадим Михайлович? — отечески осведомился Санин, Вадим смущённо кивнул и вытер руки о рушник. — Вот и ладушки, перейдём ближе к делу и вашей эскападе с представителями Гардара. Не хорошо получилось, ребятки. Совсем не хорошо. Скандал, господа, разгорается изрядный. Подставили вы нас, Вадим Михайлович…
— Он всё правильно сделал! — Ши материализовала голограмму девушки-механика.
— Ши! — Вадим легонько пристукнул ладонью по столу, но виртуальной даме было, что с гуся вода. — Александр Владимирович, позвольте представить вам ещё одного участника нашей беседы. Ши, мой стальной ангел-хранительница, она же честь, совесть и язва, и главный компонент биомеха, без которого тот оставался бы простой машиной. Прошу отнестись к моим словам серьёзно, Ши не робот и не простой ИНК, она разумна и являет собой самостоятельную личность. Ши, с генералом Саниным ты заочно знакома, так что прошу вас друг друга любить и, не побоюсь этого слова, жаловать.
— Хм, — задумался Санин, — это многое объясняет. Интересно… Ладно, об этом потом, вернёмся к нашей проблеме, как говорится своя рубашка ближе к телу. Правильно или неправильно вы поступили, мы обсудим чуть позже, а пока зайдём издалека и затронем волнующую присутствующих секретность.
Обречённо покосившись на новый пирожок в руке Вадима, и мысленно махнув рукой, генерал продолжил приоткрывать завесу. Если присутствующие не забыли, сколько ему стукнуло годков, то по всем признакам ему давно было пора на покой, обживать кресло-качалку и нянчить внуков, а там и до свидания с апостолом Петром — ключником, хранящим ключи от врат рая и ада недалеко, а там уж куда определят Гавриил и Уриил. В рай или в ад. Но случилась накладка, генералу, приготовившемуся отойти в мир иной, споили кровь дракона. Последствия интенсивной терапии налицо. Резко помолодевший и набравшийся сил Санин моментально встал некоторым господам-товарищам поперёк горла и самим фактом омоложения поломал кучу планов. Не будем показывать пальцем на заинтересованных лиц ведь вполне можно ошибиться и обвинить честного законопослушного гражданина в голове которого даже в страшном сне не возникало мысли подсидеть престарелого генерал-лейтенанта или посадить на его место нужного человека и сделать карьеру. Обидно другое — никто не секунды не сомневался в наличии публики, не скованной моральными принципами и запретами. Да, грустно признаваться, но в верхах ещё тот клубок друзей. Куда ни плюнь, в змею попадёшь. Печальное в этой ситуации то, что заклятые друзья и коллеги сумели спеться с иномирными змеюками, с первого захода найдя в Гардаре тварей одной с ними крови. Рыбак рыбака видит издалека. Враги генерала буквально на коленке сляпали многоходовую операцию, ударив по нему и, как это не покажется странным, по Великому Князю. Не углубляясь в дебри и тонкости завязывающегося клубка, генерал поведал основной расклад.
