Началось всё с того, что Ирина раза три тревожила эфир телефонными трелями, напоминая супругу об обеде, на котором тот обещал быть как штык. Жена ещё ждёт скрывающихся в иномирном лагере блудного мужа и ветреную товарку, но её терпение на исходе. Для кого она готовила, спрашивается? Гулёнам дается последние китайские тридцать минут. Не явятся, борщ и азу по-татарски перекочевывают в фонд голодающих дроу. Душа хозяйки обливается горючими слезами от жалости к истекающей слюной охране. И, вообще, в большой семье не принято щёлкать клювами. А в завершение разговора, в целях дополнительной мотивации скорейшего принятия решения, жена официально доводит до сведения любимого Владыки ультиматум, заключающийся в отлучении от тела, если он не внемлет скромным запросам и не желает по-хорошему. На Элиэль бегающий поганец тоже роток пусть не разевает, ибо спать ему придётся в бане… сообщает мужу.
Последний вызов прозвучал в момент, когда Вадим задал животрепещущий вопрос, ответ на который мог прояснить назойливость интереса Хазгара, но тот ловко воспользовался заминкой и ускользнул от вопрошающего ока.
Сославшись на приказ командования, он быстро ретировался с полянки, облюбованной Вадимом и его стальной подругой. Высверливая взглядом в спине удаляющегося императора дыры метрового диаметра, Вадим внимательно прислушивался к ощущениям и бродящим внутри мыслям. Его зацепил занятный факт, годный занять достойное место на полке личных козырей. Император обладал гигантским опытом, здесь и сейчас, как магу ему не было равных, но дроу и ему давали фору в некоторых специфических аспектах. Заслуживает внимания тот факт, что дроу-секьюрити из замаскированных секретов выпали из поля зрения дракона. Маскировались ушастые на редкость виртуозно. Как подозревал Вадим, которого не обманывали мимикрирующие и камуфлирующие латы миур, Хазгар тоже владел даром видеть невидимое, благо жизненный и магический опыт, включавший в себя не одно тысячелетие, но умения дроу порой вводили в ступор не только противников. Например — миллионы тончайших, как грибница, корешков мэллорнов сигнализировали Владыке о старом трухлявом пне. На деле перед взглядом представал егерь с размалёванной физиономией в буро-зелёной «лохматке», притулившийся в узкой ложбинке за кустами дикой малины. Сделав мысленную зарубку взять у виртуозов маскировки несколько уроков, Вадим, почёсывая подбородок, задумался.
— Так и оставишь? — Ши всегда демонстрировала яркие грани таланта влезать в размышления на самом интересном месте, когда выстраданная мысль крутится на расстоянии вытянутой руки и ты её вот-вот ухватишь за верткий хвост, но чужое вмешательство и синяя птица удачи превращается в птицу обломинго.
— Что?
— С кем я разговариваю, прости господи?! — всплеснула руками голограмма. — Милый, сдаётся мне, нас опять прокинули.
— Да ну?
— Не «да ну», а так и есть. Делать что будешь, спрашиваю?
— Подключать административный ресурс. Владыка я, в конце концов, или погулять вышел? Ира на обед зовёт, значит, у нас есть повод пригласить этого милого и мужественного офицера и тихо, в домашней обстановке, выбить из него признание.
— О! Слова не мальчика, но мужа! Иди, Ирину я предупрежу сама.
— Предупреди, будь ласкова.
— Не учи учёную, разберусь как-нибудь. Кстати, медовый мой, пока ты не запряг коней, а скажи на милость, ты продумал линию поведения, и на что будешь давить? Император чай, не колхозник. В интригах не первую тысячу лет варится, не как ты без году неделя.
— Тут ты права, бронелифчиковая моя, умеешь правдой-маткой по глазам зарядить. Честно-честно, иногда прям обнял бы твой корпус и жал, жал… Только вот размаха рук не хватает.
— Хе, испугал ежа голым задом, — ощерила зубки Ши. — И всё же?
— Ничего, прорвёмся! Мы — русские, стало быть, сильны импровизацией.
— Ещё один Алёша Попович на мои процессоры нашёлся. Силой так себе богатырь, но напуском смел. А теперь слухай сюды, — поманила пальчиком Ши. — ты думаешь, почему император изображает эдакого рубаху-парня? Анализируя его поведение, я пришла к единственному, на мой взгляд верному выводу, он, как и ты, эмпат. Считывая эмоции, Хазгар интуитивно подбирает линию поведения, наиболее импонирующую другому лицу.
— Хочешь сказать, что я выставил себя полной деревенщиной? — оттопырил нижнюю губу Вадим.
— Не хочу — говорю! Да, именно так, но тот есть мелкий нюанс.
— Зная тебя, ты уже обсосала его со всех сторон, — ерническая улыбка скользнула по губам Вадима.
— У кого из нас мозги работают быстрее? Я следующая ступень эволюции, так что слушай и мотай на ус, что тебе от моей великой мудрости отломится.
— Ладно-ладно, спорить с тобой равносильно ходьбе «до ветра» против ветра. Излагай.
— Будь собой.
— Что? — Вадиму показалось, что он ослышался.
