Большая часть территории Европы, пережившая на себе тысячи ядерных ударов, перестала быть пригодной для обитания человека. Радиоактивные облака и осадки расползаясь по всему миру, еще не успели дать своих смертельных последствий, но выкрики отдельных стран, на чьей территории вдруг многократно вырастал радиоактивный фон уже начинали требовать прекратить применять боеприпасы подобного рода. Это все не проходило мимо ушей Дика. Он уже не управлял своим Братством в той мере, в какой это было изначально. Их было слишком много и многие из них, прошедшие сильнейшее радиоактивное излучение погибли как сознательные члены его паствы, поскольку человеческие клетки под действием радиации не могли восстанавливаться в той мере, в какой они должны были бы быть, даже при положительном воздействии вируса. Человеческие клетки, не занятые вирусом разрушались в ДНК, тут же восстанавливались и копировались, но уже измененные, мутировавшие, безобразно меняя форму и назначение, также претерпевал изменения и геном вируса. Из миллионов, облученных зомби, потерявших человеческую сущность, под действием не дававшего прекратить жизнедеятельность носителя вируса, лепились новые, страшные, непредсказуемые формы, истощавшие друг друга в попытке выжить на мертвых радиационных площадях и… у них получалось. То, что штурмовало бастионы Турции, то что билось с турелями, тяжелыми, громоздкими дизельными роботами, в бетонных, быстро возведённых лабиринтах Испании, то что черной полосой медленно ползло и выжигало зеленый склоны Италии, разлетаясь в клочья от ракет ударных группировок оставшихся военных сил НАТО, не было Братством. Это были сплошные комья безжалостно фонящего, слипшегося друг с другом человеческого материала, высасывавшее жизнь из всего, что не может им дать отпор. Эти кадры не показывали всему миру. В тех местах бились и погибали от перегрева, поджигались и размалывались тяжелыми ударами существ, роботы всех моделей, среди которых половину составляли ДПР127, медленные и тяжелые дизельные собратья первых ПР, имеющие ту же компоновку, наскоро сколачиваемые по всему миру, сбрасываемые самолетами на парашютах на переднюю грань линии фронта. Из свидетелей этих сражений были только операторы беспилотников и боевых роботов. Человек не мог участвовать там по нескольким причинам. Во-первых, он был целью каждого зомби, из миллионов, стремившихся протиснуться на свежую землю с зеленой травой, деревьями и микрофлорой в почве. Во-вторых, опасно завышенный радиационный фон, приносимый этими существами, иногда лишь отдаленно напоминавших человека, слипавшихся по двое, трое, иногда просто в ужасные мясные шары с торчащими оттуда руками, ногами и головами, не поддающиеся стрелковым калибрами, уничтожаемые только управляемыми ракетами. Такие шары, выкатывающиеся из дыма, называли танками. Их первое появление на камерах заставило поседеть не одного оператора, а рвотный спазм вызвала практически у каждого. В– третьих, невероятно высокие температуры и задымление, делавшие нахождение человека в рядах, сражающихся бесполезным. Большинство роботов, кроме раздутых запасов разрывных боеприпасов снабжались баллонами с горючей смесью, дававшей стабильный результат по нейтрализации существ, опять же за исключением «танков», давивших железо своей массой, имеющего слишком много жизненных сил и способных прорваться через наземную линию оцепления. Такие мясные «танки» впервые появились на линии между Итальянскими городами Сиенна и Ареццо близ местечка Валдарно, поэтому к ним среди очень узких кругов уже пришивалось название Валдарнийские танки. Пока что, подобные не были отмечены в других местах, несмотря на то что радиоактивные кляксы, тянувшиеся от эпицентров взрыва были рассеяны по всей Европе.
