Редкие вспышки ядерных бомб на горизонте, уносили тысячи и десятки тысяч в один миг, но они не значили ничего для империи Старшего Брата. Единственно чего стоило ему опасаться, это очутиться в крупном скоплении движущейся техники или потока обращенных, чтобы не оказаться в центре возможного ядерного удара. Именно поэтому Дик двигался в нескольких десятках километров позади огромных орд, а его свита, состоявшая целиком из бывших военных, двигалась на отдалении, на разных машинах, в разные периоды суток. Было странно наблюдать, как умудряется выживать человек, такой несовершенный, хрупкий и слабый. В каждом городе находились сотни и тысячи людей, переживших волну обращения, вышедшие из своих укрытий в надежде на спасение, заслышав шум двигателей, а также нарочито устроенную стрельбу в небо, стены и стекла. Даже если они прятались за стенами, подглядывая в щели за прибывшими, солдаты Братства безошибочно находили их. Часто это смешило Дика и он беззвучно смеялся, запрокинув голову вверх, видя отчаяние, страх и растерянность в глазах этих глупцов. Территория по которой двигался Старший Брат и его свита не разговаривала на его привычном языке, а переводчика как назло среди спрятавшихся не находилось. Ему было бы очень любопытно узнать где можно спрятаться от обращенных в бетонных джунглях. Он понимал еще, когда в самом начале, когда он лично принимал участие в каждой операции, застигнутые врасплох деревенские жители прятались в речках, озерцах или деревянных туалетах, высунув наружу для дыхания лишь трубку. Там их действительно не сразу можно было угадать, но здесь на территории Европы, в каменных домах и многоэтажках? Но это было больше любопытством, основное же, что интересовало его, это то как растет захваченная Братством территория и что происходит там, далеко за горизонтом. Дик изучал попадающие ему в руки карты военных баз. Он расставил свои глаза и уши там, где видел новую возможность расширить свое влияние и преуспел в этом. К нему пришли сообщения, что новые братья могут использовать боевые самолеты, чтобы нести истинную веру дальше, туда, куда они не скоро прибудут пешком или на машинах. Дик благословил, обязав их помнить Старшего Брата. Он разрешил любые способы распространения, по всем направлениям, с его именем на устах и долгом перед Братством. В воздух поднялись самолеты. Были и те, кто мог управлять танками, самоходными артиллерийскими установками, но он приказал не показывать этого. Это было не нужно, сил было больше чем достаточно. Сейчас ему нужны были только сведения о том, что люди могут противопоставить ему, если они все еще настолько неразумны, чтобы продолжать бороться с Братством. Он остановился в столице Швейцарии – Цюрихе. Место было прекрасно, не подвергшееся атомному огню с множеством живых и перевоплощающихся людей и озером, через которое в случае необходимости можно было незаметно уйти. А новости c экранов маленьких устройств приходили примерно такие как он и ожидал.
Сотня военных самолетов вылетела с территории Франции в разных направлениях. Несколько упали на территории Великобритании. Два F16 разбились в Лондоне, летчики катапультировались, но нашли только обрезанные стропы парашютов, сами тела обнаружены не были. Десятки самолетов сбиты над Турцией, еще несколько рухнуло в Африке. Противовоздушная оборона РФ засекала воздушные суда над Европой, и сбивала их сразу несколькими ракетами. США запоздало начала бомбардировку военных аэродромов, но смысла в этом не было. Взлетевшие не планировали садиться обратно, они летели сколько хватало топлива и падали либо катапультировались, когда система сообщала о приближении ракеты. Кого-то сбивали над морем, кого-то над океанами, в любом случае частица Братства семенем оседала в новом месте, обещая в скором или отдаленном будущем принести щедрый урожай. Гнус расправил свои крылья.
Глава 15. Линии обороны
– Так значит мы открываем наши карты? – спросила она, доверчиво положив голову ему на грудь.
Ее шелковистые волосы пахли ночным воздухом, несмотря на то что они снова находились в подземельях.
– Да… – задумчиво ответил Лука, слегка приобнимая ее за талию.
– Ты уверен? – негромко спросила она, замерев на секунду.
Лука обернулся и, не обнаружив посторонних ушей его свиты, которая незримо сопровождала его, но имела понимание что надо удаляться, когда они остаются наедине с Королевой, ответил:
– Нет.
– Но мы не можем остаться в стороне, верно? – спросила она, заглядывая в него своими бездонными чарующими глазами.
– Верно, – подтвердил он.
– Мне хочется плакать, – тихо сказала Лилит, снова доверчиво спрятав голову, прижав ее к груди Псараса.
– Это страх, детка. Это страх… – негромко сказал Лука, поглаживая ее волосы.
– Я думала, я перестану бояться, – также тихо, почти шепотом сказала она, не поднимая головы, замерев словно испуганная птичка под его ладонью.
Лука хохотнул, чем вызвал ее удивление и вопросительный взгляд.
