Он схватил ее, сжал в ладонях, встал на колено и приложил ко лбу, не в силах сказать ни слова. Послышались еще шаги, неравномерные и тяжелые. На грани видения показался какой-то странно одетый в грязный костюм демон, с густой бородой и лысым сверху черепом. Яна подпрыгнула на месте и, схватив бородатого, потащила к Лилит, показывая на нее пальцем и радостно тараторя, постоянно смеясь и восторженно дергая того за рукав. Бородатый глянул на королеву склонился и замер, закрыв глаза. Память возвращалась к ней.
– Лука, где Лука? – спросила она. Ее тело едва слушалось ее, она хотела встать, но онемение было настолько сильным, что она с трудом шевельнула пальцами ног.
– Мы не смогли спасти его, Королева, – ответил Ворон. – Бесята вытащили тебя оттуда по частям. Они сумели обмануть роботов и почти умерли, чтобы жизнь не покинула тебя окончательно.
– Ты… Первый из Первых… почему ты жив? – спросила она слабым голосом, чувствуя однако, как гнев разливается в ее теле.
– Хозяин запретил мне появляться на поле боя. Он приказал мне оставаться в тени и сделать все возможное если… – Ворон смолк, не в силах совладать с горечью поражения и предательства.
Лилит встала. Тонкая белая простыня, которой она была накрыта, слетела с тела и упала на пол. Она была нага и заметно потеряла в весе.
– Королеве надо набраться сил, – по-прежнему находясь в почтительном поклоне подал голос бородатый.
– Кто со мной говорит? – не оборачиваясь спросила Лилит.
– Хозяин дал назначение – Чёрт. Я был хозяином мусорной горы, – все так же из поклона ответил демон.
– Это дядя Жена, он хороший, – подала голос Яна, по-прежнему державшая его за рукав.
Лилит встала, не оборачиваясь прошла по деревянным полам избы и открыв дверь, вышла наружу. Желтая крона Рыжего Леса, дышащая покоем и величием, заискрилась под утренними лучами солнца, вышедшего из-за обложных облаков. Забытый всеми деревянный сруб, чья крыша была присыпана высохшими бурыми листьями, покосившийся, а местами рухнувший плетенный из веток забор, почерневшая от сырости и плесени скамейка, низкий столик, сделанный из плотно пригнанных друг к другу и кое-как стесанных рубанком бревен. Покой и запустение.
– Где мы? – спросила Лилит.
– Мы в Зоне. В Рыжем Лесу, – ответил Ворон. – Хозяин заставил меня выучить все места, все приметы и тайники. Он…
– Довольно! – отрезала Лилит.
Неуверенно ступая босыми ногами по земле и траве она, нагая как есть пошла к, начинающемуся в десятке метров от рухнувшего забора лесу, собирая жизнь, но не убивая полностью. По мере того как силы возвращались к ней, возвращалось и восприятие. Луку убили. Ее тоже. Убили всех, наверняка всех, за исключением может быть единиц, разбросанных на сотни и тысячи километров друг от друга. Лука знал что такое могло случится, поэтому он оставил Ворона вне боя, доверив ему последний шанс. Поэтому в его последнем взгляде было сожаление и… прощание.
