запно передумала, решив, что за этот час, проведенный наедине, сможет на-
конец поставить все точки над «i».
Супруги ушли уже в тот момент, когда на землю стремительно накаты-
вался пряный крымский вечер. Сергей зажег лампу над столом и, внезапно
осознав, что остался один на один с Софией, испугался. Он не мог понять,
чего он боится, но язык окончательно и бесповоротно присох к гортани, и по-
трясенный этим, Шадрин молча плюхнулся на стул и в напряжении замер.
– Сереженька, ну что ты молчишь?
София села даже не напротив него, а рядом, закинув красивые ноги одна
на другую, и края ее сарафана легли на колени офицера.
– Давай выпьем за нашу встречу!
Рука девушки легла на ладонь Сергея, и он заметно вздрогнув, попытал-
ся ее убрать. София нервно скривилась, но, взяв себя в руки, налила по бо-
калу вина и протянула Сергею. Он молча взял.
– За то, что мы в конце концов встретились… За тебя, Сережа…
Звякнули бокалы, и на миг показалось, что и Сергей, и София потяну-
лись друг к другу, но Сергей неожиданно залпом опрокинул бокал в рот,
и встал.
– Я… я… Сейчас сигареты возьму…
И тут Софию прорвало.
– Послушай, ты… Военный здоровенный! Ты что, и правда ребенок, или
как? Сереженька… Да что же это такое-то?! Ты же за весь вечер трех слов
не сказал! Я, как дурочка… Сейчас приедет… Вот он… Не такой, как все… це-
лый год над твоими письмами… Да пропади все пропадом! Ну и сиди здесь,
бирюк недоделанный… Хотя бы… Ай… Я ухожу домой! Так Катьке и передай!
Что ты, что она, да и я дура полнейшая… Сказку выдумала сама себе!
Она подхватила сумочку и решительно развернулась к воротам дачи.
И тут Шадрин осознал, что если сейчас, в этот самый миг, он не остано-
вит эту красивую и желанную девушку, то вряд ли больше ее увидит, и что
надо что-то делать. Взгляд его упал на бочку с водой, на которой стоял вну-
шительный кувшин, судя по всему, наполненный доверху.
– Софья! Подожди, я…
432
Часть вторая. Прощальный полет баклана
Он шагнул с крыльца и как бы случайно, в размахе, задел рукой кувшин,
который целиком и полностью плесканул на остановившуюся из-за его кри-
ка Софию. Та ахнула. Трехлитровый сосуд точнехонько и прицельно, не за-
дев ее, пронесся мимо, а вот все его содержимое так же аккуратно вылилось
на белоснежный сарафан девушки. Он был до того тонок, что мгновенно об-
лепил чудную фигурку онемевшей Софии и рельефно проявил сквозь невесо-
мый материал и красивую грудь, с небольшими темными сосками, и тонкую
талию, и дивные породистые ноги наследницы греческих переселенцев.
– Олух! Медведь безрукий! Откуда ты свалился на мою голову?! Гово-
рила мама, держись подальше от голландеров! Отвернись! Отвернись сей-
час же! Господи, связалась же… Ой…
София, размахнувшись со всей силы, заехала сумочкой в плечо Ша-
дрину.
– Отойди! Уйди, ради бога!
Она влетела в домик и захлопнула за собой дверь.
– Не заходи!
Сергей присел на стул и, вздохнув, налил полный стакан вина. Он уже
понял, что своей дуростью испортил все, что только возможно, и теперь оста-
лось только выслушать до конца, то, что о нем думает София, и попрощать-
ся. Сергей залпом опрокинул стакан и закурил.
– Эй! Ромео!
Дверь распахнулась. В проеме стояла укутанная в простыню София,
и протягивала Сергею мокрый сарафан.
– Повесь… Рядом тут… Пусть сохнет.
Сергей молча взял сарафан и повесил на одну из веревок, висящих
во дворе.
– Господи… Ну что же ты такой дундук-то… Бестолковый… Или у тебя
всегда так с девушками, а? А может, ты просто… У тебя хоть когда-нибудь
была девушка-то? Или у вас там, на Волге, только сети и удочки в почете?
Да… Повезло мне… Слов нет… Скорее бы сарафан высох, пока последний
автобус не ушел… Ты…
София говорила и говорила, выплескивая все накипевшее за вечер, да
и, наверное, за целый бестолковый год, а Сергей угрюмо дымил сигареты,
одну за одной, принимая все слова как справедливую кару за собственную
дурость и беспомощность.
– Молчишь? Ну и молчи тут один! Позовешь, когда высохнет! Думаю,
в такую жару минут за десять готово будет!
Она хлопнула дверью, и Сергей снова остался один во дворе. Было уже
темно, на землю опустилась крымская ночь. Где-то трещали цикады, где-то сме-
ялись и играла музыка, а Сергей все сидел и сидел, раз за разом опрокидывая
бокалы с вином, которое, к сожалению, совершенно его не брало. На улице
и вправду было жарко: до Максимки, где находилась дача, не долетал освежа-
ющий ветер с глади Черного моря, и воздух остывал неспешно и лениво.
– Ау! Ромео… Как там мой наряд?
Сергей очнулся от дум. София кричала из комнаты, даже не пытаясь
подойти к двери.
– Сейчас…
Он встал и подошел к висящему сарафану. Он был уже практически сух.
Но Шадрину так не хотелось ее отпускать! Он знал, что если сейчас отдаст ей
платье, то вряд ли снова ее увидит, а так хотелось все же набраться потеряв-
433
П. Ефремов. Стоп дуть!
шейся где-то смелости и сказать ей, что она самая лучшая и самая красивая
девушка на свете и что она ему нужна, такая как есть, вся и навсегда. Сергей
оглянулся, нашел глазами злополучный кувшин, наполнил его водой из сто-
