Пузырёк с какой-то жидкостью. Эмиль открыл его, вдохнул. Так пахла когда-то Адель, он откуда-то чётко это знал. Закрыл баночку, поставил её рядом с кейсом.
Какие-то схемы, платы.
Даже старая футболка и брелок с бейсбольным мячом.
Думать стало тяжко.
Когда Вернон вновь вернулся, на улице было совсем уже темно — Эмиль потерял счёт времени, разглядывая свою жизнь, внезапно вывалившуюся из маленького чемоданчика. Он знал, что сделает этот шаг.
Спустя неделю, когда Вернон сам во всём разобрался, Эмиль был максимально беззащитен. Риск всё ещё был, старик прекрасно это понимал. Однако, делая первый надрез, он сам надеялся, что всё пройдёт успешно.
========== Эпилог ==========
Без Майкла убежище было уже не тем. Люди потеряли не просто хорошего человека, но и талантливую личность. Он находил общий язык с любым ребёнком, ведь относился к детям как к равным. Его жена в глубине души понимала, к чему приведут супруга поиски, но не отпустить не могла. Да, ей стало тяжело, да и было непросто. Однако она была мужу благодарна за его отважное решение, ведь дети теперь были вместе.
Говоря о спасённых детях, нельзя отрицать, что их жизнь станет прежней. Они пережили определённо не самый лучший момент своей и без того крошечной жизни. Каждый родитель буквально молился, чтобы чадо росло ребёнком. Чтобы след, который на психике их отпрысков оставили суровые пустоши, постепенно сглаживался.
Джон всё чаще вспоминал, каким было его детство. Он из кожи вон лез, чтобы убежище оставалось закрытым, но время шло, продолжать так было невозможно. Постепенно открывались новые торговые пути, снаружи были заинтересованы в действительно чистых товарах. Однако детей Джон всё же выпускать на поверхность не рекомендовал, хотя сам периодически выбирался, признавая, что с радостью встретился бы с Эмилем вновь.
Несмотря на старания Акайо рассказать всем об опасностях старого города и восхвалить Мегаполис, отклика он так и не нашёл. Просьбу Эмиля он выполнил, а значит перед собой был чист.
Мучитель так и продолжил восседать на своём троне. Он держал на коротком поводке каждую душу, которая осмелилась явиться в Джанкярд, прекрасно понимая, что он — единственный и бессменный лидер тамошнего хаоса. Мужчина строил планы по захвату иных территорий, но лишь на бумаге. В реальности ему мешала Адель.
Появление Эмиля в жизни женщины толкнуло её к переосмыслению ряда ценностей. До сего момента она не была уверена, что он в принципе жив. Однако эта встреча, спустя некоторое время, дала ей чёткое понимание: любовь действительно имеет срок годности. Чувства, которые она испытывала некогда к Эмилю, загорелись снова при их первой встрече по просьбе Вернона, но так же быстро они и утихли. Не любила она и Мучителя, сбежать от которого могла в любой миг. Но не хотела — Джанкярд вполне удовлетворял её потребности, а власти в нём было куда больше, чем у Вернона.
Старый город продолжал стоять на своём месте. Мегаполис за его пределы выбираться не спешил. Путники продолжали обходить проклятое место десятой дорогой, не желая на своём пути встретить даже поганую арахниду.
Вернон испытывал при операции с Эмилем ряд проблем. Мужчина был для него пациентом крайне нетипичным. Теория о том, что случайный гость оказался киборгом подтвердилась, но… Всё равно было не легче. Как само тело Эмиля, так и его «железо» имело весьма странное строение. Вернону требовались часы, чтобы с этим только разобраться, и это всё несмотря на явную помощь Эмбер. Риск ошибки был велик. Но старик справился.
Мир как стоял на одном месте, так и продолжал стоять. Он постепенно оживал, оправляясь от ужасающего прошлого, но движение в сторону прогресса было настолько медленным, что создавалось впечатление, будто мелкий сдвиг будет заметен лишь спустя столетия. Исчезали одни твари, а на смену им приходили новые. Эволюционировала растительность. Кто-то брал на себя ответственность и двигался «воскрешать» забытые технологии, кто-то подавался в религию. Одно можно было сказать точно: люди не менялись. Они любили, ненавидели, воевали, влипали в неприятности и не могли из-за гордости просить помощи.
Эмиль, как только смог оправиться, взял в руки винтовку. Воспринимать информацию стало легче. Кейс он попросил спрятать, а сам выдвинулся в путь, а шёл куда глаза глядят. Ему надо было осмыслить многое, в том числе ответить на вопрос: кто я?
Эмиль был уверен, что это займёт не один день. Возможно, и не один год.
