Центральным фактором этого киберсдерживания должны были стать вооруженные силы США, включая ядерное оружие. Боссерт любил говорить и регулярно повторял, что это оправдывает применение любого элемента государственной военно-экономической мощи. Некоторые кибератаки могли привести к катастрофическим последствиям для Соединенных Штатов. Боссерт так часто повторял эту мантру, что, похоже, сумел убедить президента, однако эта тема — ядерное оружие как фактор киберсдерживания — так и не стала частью публичных дебатов.
«В чем дело?» — наконец спросил Трамп.
«Я уже приходил к вам с этим вопросом, — сказал Боссерт. — Хочу предупредить, что собираюсь выступить на ТВ» в ближайшем воскресном ток-шоу This Week на канале ABC. «Там будут обсуждать торговлю с Китаем». И кибербезопасность.
«Ты и твоя киберкоманда, — раздраженно проворчал Трамп, — доведете меня до войны со всем вашим кибердерьмом».
«В этом-то и дело, сэр. Я пытаюсь задействовать все элементы нашей военно-экономической мощи, чтобы предотвратить опасное поведение в Сети. А это напрямую связано со всеми решениями, которые вы принимаете. Вот почему я здесь. Сейчас вы ведете личные переговоры с президентом Си. Вы только что подняли планку тарифных угроз до $150 млрд» в торговле с Китаем. «Хорошо. Но как вы хотите, чтобы я представил это на ТВ? Я не хочу сказать что-то такое, что вам не понравится».
То, что к нему обратились за советом, как следует вести себя в телеэфире, какой генеральной линии придерживаться, явно польстило Трампу. Он пришел в возбуждение.
«Итак, вот что ты скажешь, — начал Трамп, взмахнув рукой. — Том, ты готов? Запоминай! Ты приходишь туда и говоришь… — Он пытался подобрать правильную формулировку. — Ты скажешь им, что никогда не видел… нет, погоди. Сначала ты скажешь им: “Трамп настроен серьезно”. Вот что ты им скажешь. Запомнил?»
Он снова зажестикулировал: «Ты скажешь им про $150 млрд. Нет, постой! Ты скажешь им, что $150 млрд — это мелочь. Он готов пойти на $500 млрд, потому что ему надоела вся эта нечестная возня с торговлей. Так и скажи!»
Трамп поднял вверх указательный палец. «Запомнил? Вот что ты должен им сказать».
«Окей, — сказал Боссерт, — вы хотите, чтобы я был жестким?»
«Да, будь жестким! — произнес Трамп с энтузиазмом. — Ты должен быть таким жестким, что, если бы не воскресенье, ты бы обрушил на хрен все рынки!»
Его руки снова взлетели вверх. «Не торопись! Погоди! Потом ты скажешь: “Не беспокойтесь об этом”. Смотри сюда, наблюдай, что ты должен сделать. — Трамп поднял одну руку вверх, чтобы акцентировать внимание Боссерта, и дал несколько советов, как лучше обставить эту сцену. — И затем ты говоришь: “Все будет в порядке, потому что отношения Трампа с Си настолько…” Делаешь паузу. Потом продолжаешь. “Они лучшие”. Погоди. Дальше говоришь: “Вы никогда не видели таких хороших отношений между двумя президентами. Никогда в своей жизни. Может быть, вообще никогда”. Запомнил?» — снова спросил президент.
Боссерт подумал, что запомнит это шоу с Трампом в главной роли на всю оставшуюся жизнь. Послание Трампа было предельно ясным: президент настроен жестко, он готов идти до конца. К нам относятся несправедливо.
«И пусть не волнуются о сое», — сказал Трамп. Китайцы объявили, что введут ответные тарифы на американскую сельхозпродукцию и другие товары. Говоря о себе в третьем лице, президент продолжил: «Если понадобится, Трамп купит больше этой чертовой сои. Он будет покупать сою у своих фермеров, чтобы китайцы не сели ему на голову. Но потом ты им скажешь: “Все будет в порядке. Он и Си договорятся. Это будет превосходная сделка. Лучшая сделка, которую вы когда-либо видели”».
«Значит, вы хотите, чтобы я был одновременно жестким и мягким?» — спросил Боссерт. Жестким, когда говорю о вашей решимости, и мягким, когда говорю о ваших отношениях с Си.
«Да».
Боссерт снова затронул тему кибербезопасности.
«О, ради всего святого, — сказал Трамп, — если ты хочешь говорить об этих кибервещах, то говори».
Боссерт видел, что Трамп хотел вернуться к вопросу торговли. «Босс, вот как я это представлю: это торговый спор, а не торговая война. Существует проблема торгового дефицита. В 1980-е гг. у нас был торговый спор с Японией, но это не мешало нам быть близкими союзниками».
«Отлично! — похвалил его Трамп. — Ты уловил. Сначала ты подбросишь им этого приятного дерьма, оно хорошо звучит, а потом преподнесешь то, что я тебе сказал. Тогда ты будешь молодец, — и, словно желая успокоить своего советника перед предстоящим телеэфиром, добавил: — Ты справишься, Том».
После встречи Боссерт из любезности заскочил в кабинет Келли и сообщил, что только что был у президента и готовился вместе с ним к выступлению на телевидении. Глава аппарата от него отмахнулся. Боссерту уже давно казалось, что Келли как-то сник, смирился и по большому счету опустил руки.