– Надеюсь, вы понимаете, что Гремлев таким образом скрывается от всех?
– Наверное. – Люда обреченно вздохнула.
– Думаю, Валентин будет вам периодически звонить на служебный или домашний телефон, чтобы следить за ходом расследования. В следующий раз скажите, пожалуйста, что задержан убийца Анны. – Я вкратце рассказала про Дроздова.
– Вы знаете, Таня, а ведь такое было на самом деле, – припомнила Люда. – Отец рассказывал, что к нему на прием пришел какой-то уволенный работник, причем под хмельком. Размахивая руками и матерясь, он требовал восстановления, а когда получил отказ, то стал посылать в адрес отца и всей нашей семьи какие-то проклятия. Про дочку того человека, попавшую под поезд, он нам ничего не говорил. Но знаете, что самое ужасное?
– Что?
– Вскоре после того Анна потеряла ребенка, а потом и мама умерла от инфаркта. Так, может, это действительно тот железнодорожник убил мою сестру, а не Валентин? – обрадовалась Люда, ведь эта мысль позволяла ей надеяться, что Гремлев не убийца. С остальными его грехами она, кажется, была готова смириться. Я даже пожалела, что взяла Крайнову в союзники. Она все еще была влюблена в Валентина, а потому могла поступить вопреки здравому смыслу.
– Конечно, такая вероятность имеется, но очень небольшая. Чем скорее Гремлев объявится, тем быстрее мы узнаем, что он делал в Поликарповке. Да, еще обязательно скажите, что ваш отец разорвал со мной контракт, поскольку убийца найден. Люда, ау! – Я провела рукой перед затуманенным взором Крайновой. – Вы меня слышите?
– Слышу, – произнесла она, почти не шевеля губами.
– Вы сможете донести до Гремлева эту информацию так, чтобы он поверил в нее?
– Думаю, что смогу. Но зачем это нужно? – спросила Люда, продолжая мысленно находиться где-то в другом месте.
– Чтобы он понял, его никто не подозревает в убийстве вашей сестры, а посему ему можно «вернуться». Я думаю, что он не покидал Тарасова, а отсиживается в какой-нибудь норке, например, у своего приятеля, того, что столкнул меня в котлован. Люда, может быть, Валентин что-то рассказывал вам о своих друзьях?
– Нет, он мне только про свою жену и дочку говорил и даже показывал, в каком доме они живут.
– В каком?
– В новостройке недалеко от торгового центра «Триумф Плаза». Он сказал, что оставил им свою квартиру в этом престижном районе, чтобы дочка школу не меняла, она тогда как раз в первый класс пошла. А себе он еле наскреб на малогабаритную, совершенно разбитую квартиру на краю Тарасова.
– А вы можете объяснить мне, как найти бывшую жену Гремлева?
– Вы хотите с ней встретиться?
– Еще не знаю. Нет, я, конечно, могу пробить ее по базе…
– Да ее дом легко найти, – сказала Люда и стала объяснять мне, где он находится. – Квартиру я не знаю. Если честно, то мне даже интересно было, если бы вы встретились с этой женщиной, а потом рассказали мне, какая она. Валя говорил, что она алчная, неряшливая, совершенно не умеющая готовить и… к тому же изменяла ему.
– Проверим, – кивнула я.
– У меня заканчивается обеденный перерыв, – сказала Людмила, взглянув на наручные часы очень престижной марки. – Мне пора. Если Валентин созвонится со мной, я передам ему, что убийца Ани найден, а потом свяжусь с вами.
– Спасибо за понимание.
Люда попрощалась со мной и направилась в сторону библиотеки. Я смотрела ей вслед и думала, что ее чувства к Гремлеву могут взять верх над разумом и она признается ему, что я подозреваю его в убийстве Анны. Тогда он еще глубже заляжет на дно, а Люда, как верная подруга, будет носить ему продукты и чистое белье. А потом возьмет и погасит весь его долг. Неизбывны женские надежды на то, что благодарность может привести к любви! Жизнь уже многократно доказывала, что не может! Но этот миф упорно живет в сознании некоторых женщин, как раз таких как Людмила. Тем не менее другого способа притупить бдительность Валентина, кроме как с ее помощью, у меня не было. Оставалось надеяться на благоразумие Крайновой.
Благоразумие? О чем это я? В мою голову стремительно ворвалась одна волнующая догадка. А если Люда даже и не думала мне помогать? Она ведь уже столько мне врала! Может быть, именно она укрывает своего жениха? Женщина, прошедшая через суровую школу одиночества, может пойти на все ради любимого. Не исключено, что в тот самый момент, когда я увещевала Людмилу помочь мне найти Гремлева, он хозяйничал с ведома своей невесты в ее просторной трехкомнатной квартире.
