– Да, он звонил мне недавно. – Крайнова выдержала небольшую паузу, после которой добавила: – Валя предупредил меня, что задержится на несколько дней в Ульяновске, потому что хочет морально поддержать тетку, помочь ей по хозяйству. Кроме него это сделать совершенно некому.
– А тем, как продвигается расследование, Гремлев случайно не интересовался? – спросила я.
– Да, он спросил, не искали ли вы снова встречи со мной. Я сказала, что нет… Знаете, Таня, Валентин разговаривал со мной так, что я почти поверила, что он действительно уехал из Тарасова по семейным обстоятельствам. А если все так и есть? Может, вы зря его в чем-то подозреваете? – Голос Крайновой был полон надежды.
– Люда, а вы знаете, сколько детей у Валентина?
– Он говорил мне только про дочку, Дашу, обещал после нашей свадьбы с ней познакомить. А что? Что-то не так?
– Да, многое не так! Мне не хотелось бы говорить об этом по телефону, поэтому я предлагаю встретиться.
– Знаете, библиотека – не очень подходящее место для этого. Здесь столько любопытных ушей и глаз. Меня уже забросали вопросами, кто вы такая, о чем мы с вами так долго разговаривали? Татьяна, приходите вечером ко мне, – предложила Крайнова. – Я буду дома после шести.
– Мне хотелось бы встретиться с вами пораньше. Может, в обеденный перерыв в каком-нибудь кафе?
– Хорошо, можно в обед поговорить, но не обязательно в кафе. Знаете, у меня что-то совсем нет аппетита…
– Я подъеду к библиотеке. Когда у вас обеденный перерыв?
– С часу, – сказала Людмила.
– До встречи! – Я отключила связь.
Люда вышла из научной библиотеки в начале второго и стала оглядываться по сторонам. Я посигналила ей, и она направилась к «Ситроену», который мне удалось втиснуть в небольшое свободное место на краю парковки. Когда Крайнова села в салон моего авто, я поняла, что треволнения последних дней не прошли для нее бесследно. Она выглядела уставшей, лицо ее было болезненно бледным, под глазами появились припухлости. Наверное, умелый макияж мог бы как-то освежить ее, но Люда почему-то не воспользовалась декоративной косметикой.
– Таня, вы меня сильно озадачили. Неужели у Валентина еще есть дети, но он почему-то ничего мне не сказал об этом?
– Да, у него как минимум трое детей, причем в разных регионах – в Астраханской области, в Башкирии и в Тарасове.
– Не вижу в этом ничего предосудительного. – Люда виновато улыбнулась.
– А в том, что он никому не платит алименты?
– С чего вы это взяли? – Улыбка превратилась в недовольную гримасу. – Почему я должна вам верить?
– Я догадывалась, что вы можете засомневаться в моих словах, поэтому сделала вот это. – Я протянула Людмиле распечатки. – Эти сайты судебных приставов и судебных производств общедоступны, так что при желании вы сами можете туда заглянуть.
– Валентин говорил мне, что у него долги, но я даже не думала, что такие… Он говорил только про одну жену, которая обобрала его, как липку. Неужели и другие… – Люда замолчала, вероятно, осознав всю нелепость своего предположения.
– Люда, надеюсь, вы не думаете, что он трижды наступал на одни и те же грабли?
– Но я просто не понимаю, как можно накопить такие долги? У него еще и задолженность по квартплате…
– Вот именно! Люда, мне совсем не приятно это говорить вам, но Гремлев, похоже, хотел вас использовать, чтобы выбраться из долговой ямы.
– Использовать? – Губы Крайновой задрожали. – Я же не какая-то бизнес-вумен, чтобы оплатить все его долги! Я живу на скромную зарплату старшего библиотекаря, и он знает об этом. Папа, конечно, немного помогает мне, но я стараюсь не злоупотреблять этим. Он оплачивает «коммуналку», иначе она съедала бы всю мою зарплату. И потом, квартира ведь наша общая, в ней и Анина доля тоже была, теперь ее Валерий унаследует.
– А Гремлев знал о том, что вы не единолично владеете трехкомнатной квартирой?
– Да, я как-то обмолвилась об этом… И что с того?
Я подумала, что Валентин понял, что квартира, в которой проживает Людмила, находится в долевой собственности, поэтому ее будет очень сложно прибрать к рукам, вот и стал искать другие варианты.
– Скажите, а про дачу вы с ним говорили раньше, до того вторника, когда Аня предложила ее продать?
– Я точно не помню. Но даже если говорила, то ведь это не значит…
– Люда, не стоит тешить себя иллюзиями. Даже если вдруг окажется, что Гремлев не убийца, но то, что он незаконопослушный человек и лгун, это не подлежит никакому сомнению. Помогите мне найти его, – попросила я, проникновенно глядя Людмиле в глаза.
– Но как?
Крайнова не стала возражать. Пусть она пока не понимала, как это сделать, но противодействия с ее стороны не было.
– Я хотела с помощью биллинга определить местонахождение Гремлева, у меня есть знакомые, которые могли бы мне в этом посодействовать, но он и новый телефон тоже отключил.
– Да, это так. Я вчера пыталась дозвониться до Валентина, но не смогла. Сегодня он звонил мне в библиотеку на служебный телефон. Он сказал, что у него из-за роуминга обнулился баланс, поэтому он не будет пользоваться своим мобильным телефоном, пока не вернется в Тарасов.
