Вернувшись домой, я, по своей неизменной традиции, сварила крепкий кофе и села за ноутбук. Попивая мелкими глоточками кофеек, я стала пробивать Людиного жениха по разным общедоступным базам. На сайте судебных приставов я обнаружила крайне любопытную информацию. Оказалось, что в трех различных регионах против Гремлева были возбуждены исполнительные производства по факту неуплаты алиментов. Выходило, что у Валентина были несовершеннолетние дети, причем не только в Тарасовской, но и в Астраханской области, а также в Башкортостане, которым он не платил алименты. На сайте судебных актов не только подтвердилась эта информация, но к ней еще и новая добавилась. Я обнаружила решение суда о принудительной оплате задолженности по квартплате. Жених у Крайновой оказался в долгах, как в шелках. Было бы счастьем, если бы кто-нибудь увел у нее такого. Аня хоть и была знакома с Валентином, но вряд ли он ей мог настолько понравиться, что она решила увести его у сестры. У Анны был и муж, и любовник… Но ведь что-то должно было их объединять! Консультация по выбору птички для племянника – не в счет! Это явная отговорка для любопытных сотрудниц зоомагазина.
Я налила из кофейника новую порцию уже слегка остывшего напитка, поднесла чашку ко рту и поняла, что в этот раз инициатива встреч за Людиной спиной исходила не от ее младшей сестры, а от ее очередного жениха. Возможно, он решил провернуть какую-то махинацию с дачей, которая принадлежала сестрам на равных долях, но Аня разоблачила его, и тогда Валентин ее убил. Если бы не Радченков, который по случайному стечению обстоятельств оказался на даче и увидел в окно Гремлева, я, возможно, никогда бы не вышла на Валентина. Но он засветился и теперь ударился в бега.
Валентин был знаком с Анной, но не говорил об этом Людмиле. Он был на даче в день убийства, о чем тоже не признался своей невесте. Прятался Гремлев, похоже, именно от нее. Валентин неожиданно сменил номер своего сотового телефона. Это именно он посоветовал Людмиле встретиться со мной в кафе, около которого на меня напал злоумышленник. Гремлев не позволил Крайновой впустить меня в воскресенье в квартиру, дабы мы с ним не встретились. И наконец, он скоропалительно взял на работе отпуск, сославшись на то, что ему надо ехать на похороны дяди. Смерть родственника в другом городе – это безотказно действующая на начальство причина отпустить сотрудника в незапланированный отпуск. Только Валентину и одной недели за глаза бы хватило, чтобы схоронить в Ульяновске родственника и вернуться обратно. Зачем ему вторая понадобилась? Замести следы преступления?
Все эти обстоятельства казались мне неоспоримыми доказательствами вины Гремлева, пока я не задала себе один вопрос. Какой им двигал мотив? Я не смогла найти ответ на этот вопрос, и все мои аргументы стали рассыпаться в пух и прах. А что, если Валентин просто хотел помирить сестер? Однако, познакомившись с Анной, он понял, что это в принципе невозможно, как невозможно соединить лед и пламень в одном сосуде. Когда же Люда позвонила своему жениху и рассказала про неожиданное, но интересное коммерческое предложение сестры, он сразу сообразил – это какая-то подстава, и стал отговаривать невесту от опрометчивого поступка. Догадываясь, что Люда все равно поедет на дачу, он тоже отправился туда, дабы ее подстраховать, и стал наблюдать за развитием событий со стороны. Впрочем, Анна его заметила и стала зазывать в дом. Он предпочел, чтобы Люда его там не увидела. Номер он сменил, потому что действительно нашел более выгодный тариф у другого оператора связи. Почему это произошло как раз после убийства Плотниковой? Допустим, это случайное совпадение по срокам. Как и нападение на мою скромную персону на одной из центральных улиц города сразу после встречи с Крайновой. Как и смерть родственника в Ульяновске. Не слишком ли много совпадений?
Я стала мысленно прокручивать свое расследование от начала и до сего момента. Когда я узнала, что вдовец крутил роман с Оксаной, сотрудницей своей жены, к тому же эта парочка в день убийства ездила в Поликарповку, мне казалось, что преступление раскрыто. Но открылись новые обстоятельства. Оказалось, что перед самой смертью Анна встречалась со своей старшей сестрой, с которой была не в самых лучших отношениях. Мои подозрения переметнулись на Людмилу. Потом в деле появился новый фигурант – Валентин Гремлев. Очевидное при детальном рассмотрении вполне может оказаться совсем не очевидным. Вот дубковский следователь, например, пришел к выводу, что преступник был жителем Дубковска. Так кто же из нас заблуждается?
После завтрака я позвонила Людмиле.
– Да, Татьяна, – ответила она с придыханием, будто ждала моего звонка. – Я вас слушаю.
Мне нечем было ее порадовать, зато было чем огорчить. Но я не спешила с плохими новостями, начав разговор с банального приветствия:
– Здравствуйте, Люда! Как ваши дела? Валентин не объявлялся?
