Воспользовавшись тем, что они на мгновение помешали друг другу, рванул вперед и в прыжке ткнул клинком, достав самым кончиком крайнего противника. Крутнулся, резанул его по коленям, толкнул вперед и почувствовал, как рвется колет у меня под мышкой. Третий разбойник успел сделать выпад наугад и попал…
— М-мать… — я двинул его гардой эспады в морду и надел на дагу.
Плотный крепыш, с лысой как яйцо головой, заперхал и пуская кровавые слюни ничком рухнул на землю.
Я быстро отскочил назад на несколько шагов и помотал головой, стараясь прогнать кровавый туман.
Из кустов вышел низенький и хрупкий парень. Я переступил ногами становясь в стойку, но франк, а скорее испанец, судя по его смуглой, почти черной коже, отрицательно качнул головой, вежливо и почтительно поклонился, положил свой меч на траву и быстро развернувшись скрылся в лесу.
— Я найду вас, мастер… — донесся до меня его удаляющийся голос. — Обязательно найду… Когда буду готов…
— Найдешь… — я уловил звуки боя, и едва не падая от слабости, побрел туда.
На полянке, сплетясь в один клубок и рыча как звери, катались два человека. Судя по гельским матюгам, один из них был Тук. Неподалеку от них, предводитель франков стоя на коленях, сжимал ладонями свое лицо и тихо выл. Картинку завершали несколько трупов разной степени комплектации, распростершихся в лужах крови.
Я быстро подскочил к бородачу, саданул по затылку навершием эспады, а потом поймал за волосы противника Логана и ткнул дагой ему под подбородок.
И неожиданно сел. Ноги наотрез отказались держать. Состояние было такое, как будто я из горла высадил бутылку самогона. Голова отчаянно кружилась, подташнивало… И дико хотелось спать…
— Матерь божья… — мешая матерные слова со словами молитв, Логан попытался встать, не смог, и привалился ко мне боком. Выглядел он страшно, лицо все было залито кровью, от колета остались одни клочки. А под ним…
— Братец… — я толкнул его локтем. — Какого хрена ты кольчугу на охоту напялил?..
— Дык… — шотландец смущенно хохотнул, закашлялся, а потом прохрипел: — Дык… это Амалька все… Мы условились поиграть с ней в жестокого завоевателя и храбрую бретонку…
— А кольчужка на хера?
— Дык, чтобы как взаправду было…
— Считай, что она тебе жизнь спасла…
— Ага… ох… помоги… — Логан опираясь на меня встал, пошатнулся, утвердился на ногах, а потом…
А потом стал приплясывать. Со стороны это смотрелось, как будто хромой на обе ноги медведь, пляшет джигу.
— Ну… — скотт протянул мне руку.
— А давай… — встал, обхватил его за плечо и, матерясь от боли, стал рядом.
Тук, надувая щеки, загудел, словно шотландская волынка и стал выкрикивать слова какой-то шотландской песни. Стараясь не сбиваться, я старательно повторял слова, выделывал замысловатые коленца ногами и был совершенно счастлив…
Суматоха в герцогстве Бретань, конечно возникла преграндиознейшая. Но обо всем по порядку…
Надо сказать — выжили мы совершенно чудесным образом. После того, как вдосталь поглумились над франками, стал вопрос: а что, собственно, делать дальше? Ответ напрашивался сам по себе. Валить конечно. Как можно быстрее и как можно дальше…
Но не успели. Прилетела целая кодла людей графини и совсем уж вознамерилась завершить дело начатое франками. Мы в очередной раз собрались геройски помереть, но тут…
Тут примчались уже вооруженные жандармы, во главе с бастардом графом де Вертю, сыном бретонского дюка Франциска от дамы де Виллекьё, официальной его любовницы и по совместительству, первой статс-дамы дюшесы — его же жены.
Так вот, после прибытия жандармов статус-кво быстро восстановился. Как я узнал позже, дама Логана, баронесса Амалия де Бютт-Фресно, сразу после нападения рванула со всех ног за помощью. Куда? Конечно в замок графини. И конечно же, никакой помощи она бы там не нашла, совсем наоборот, с большой долей вероятности отправилась бы на тот свет, но по счастливой случайности, туда же, прибыл с визитом, по каким-то своим делам, побочный, но признанный сынок дюка. Словом, повезло нам.
Я то грешным делом подумывал, что к покушению приложила свою очаровательную ручку сама дюшеса. Ведь она лично рекомендовала мне посетить владения графини. Но к счастью, герцогиня оказалась не причем… Но об этом позже… Ай, млять…
— Да что ж ты творишь, мать твою?!. - я здоровой рукой влепил затрещину лекарю. — Пшел вон, собака…
Сухой как вобла мужичок в черном, испуганно рванул к двери, запнулся об табурет и покатился кубарем по полу.
Федора прыснула смехом:
— Вот-вот, дядь Вань, гони картавого, я сама тебя перевяжу. Сейчас теплой водички братики принесут, и все в лучшем виде сделаем…
Ошарашенный лекарь обещая накатать на меня жалобу сунулся к двери, но она неожиданно отрылась и в очередной раз снесла его с ног. На пороге возник Луиджи и торжественно доложил:
— Ваше сиятельство, к вам изволят пожаловать граф де Вертю, барон д'Авогур…
— Проси.
