— Сир… — в комнате опять появился Луиджи. — Тут просится дю Леон…
— Зови…
Франка я решил сегодня отправить домой. Ему уже купили коня, снабдили некоторой суммой денег на дорогу, но Гастон наотрез отказался уезжать, не поговорив со мной. Ладно, пообщаемся. Не жалко…
— Жан… — франк выглядел довольно смущенным. — Я…
— Гастон, не надо благодарностей. Я всегда отдаю долги.
— И я… — твердо заявил французский дворянин. — Поэтому должен рассказать вам всю правду…
— О чем вы?
— Я знал, что Монфокон точно остался в живых. Но укрыл от вас это. Мало того, мне известна его судьба…
— Говорите.
Сбиваясь и волнуясь, дю Леон поведал мне, что Монфокон остался жив, Паук на него разгневался и приказал арестовать, но этот уродец успел сбежать. Имения Монфокона конфисковали, розыск его продолжают. В общем, рассказал то, что я уже знал. За исключением…
— Сейчас он выдает себя за странствующего проповедника… — мрачно продолжил дю Леон. — И его несколько раз видели в Мехелене… Я присутствовал, когда его величеству догладывали об этом. И еще… государь разгневался на него, как раз за смерть вашей мачехи. Он не отдавал приказа причинять ей вред. Вашего отца тоже не приказывали убивать. Монфокон совершил самоуправство, и рано или поздно, будет наказан за это…
— Я благодарю вас… — пальцы сами по себе сжались в кулаки. — А теперь идите, а то я передумаю… И передайте своему государю, что рано или поздно — он ответит за свои злодеяния по отношению к моей семье.
Дю Леон хотел мне что-то сказать, но промолчал и опустив голову, вышел из комнаты. Через мгновение послышался цокот подков отъезжающего коня…
— Мехелен говоришь… Ну что же…
— Что, дядь Вань? — отозвалась Федора.
— Ничего. Живо тяни сюда все свои платья и побрякушки. Выберем наряд покрасивше. Ко двору тебя будем представлять сегодня.
— Ой… — девчонка прижала кулачки ко рту. — Прям к княжьему двору? Боязно чтой-то…
— Замуж за родовитого хочешь?
— Ну-у… Это смотря за кого…
— Значит хочешь. Тогда надо Федюнька, надо. И оболтусов моих позови. Кстати, почему ты ничего не купила на рынке?
— А неча разбазариваться… — строго заметила Феодора. — Полушка к полушке[89], уже деньга[90] выйдет. У меня и так все есть…
— Г-м… — я нешуточно озадачился. Очень уж поведение юной уроженки средневековой Рязани было непривычным. Но ладно, пока принимается. — Ну что, приступим? Покажи вот это…
Земфира была большой модницей, так что Дорке по наследству досталось очень много нарядов. И через час Федора преобразилась до неузнаваемости.
Длинное и черное как смоль, бархатное платье-роб, с лифом покрытым золотой вышивкой в восточном стиле, вдобавок отороченное по подолу и распашным рукавам беличьим мехом. В цвет платью, тисненого шелка тюрбан, сколотый громадной золотой брошью, усеянной крупными лалами с шикарным страусиным пером, которое, в свое время, Земфира выманила у меня…
Мне даже захотелось протереть глаза, в неверии, что предо мной стоит Федорка. Ее простоватая славянская красота, как ограненный алмаз заиграла новыми экзотическими оттенками…
— Ну как… — девушка смущенно прикрыла губы унизанными перстнями пальцами.
Первым среагировали близнецы. Луиджи и Пьетро, разом грохнулись на колени, и, прижимая правые руки к сердцу, выпалили:
— Dea! Bella dea[91]!!!
— Пойдет… — я поскупился на эмоции, удостоившись неодобрительного взгляда близнецов.
— Рази это красота… — скривилась Федора, уставившись в зеркало. — Вот если бы белил чуток нашлось, да свеколки, я бы вам показала…
— И думать забудь. А теперь марш за куафером. Надо что-то с косой ее делать… — и перевел для Дорки. — Такие косы здесь не носят.
— Коску мою не дам!!! — Федора отпрянула и схватив обеими руками свою толстенную косу, прижала ее к груди. — Не дам и все…
— Да не резать, дурында… — попробовал я ее урезонить. — Уложить в прическу…
Но отклика не нашел, плюнул, обязал близнецов проработать с Доркой некоторые моменты этикета и убрался к своим людишкам в общую трапезную, пропустить пару кружек ледяного сидра, под вяленые морские миноги. Так и просидел там до вечера, после чего нафуфырился сам и отправился ко двору.
М-да… похоже о нас будет разговоров на целый год… Если не больше. Не, правда шикарно получилось…
Федора отправилась в шикарном портшезе, который несли мои негрилы. Для пущего эффекта, я заставил их разоблачиться до набедренных повязок из золотой парчи и обмазать телеса маслом. Досужие прохожие с нервишками покрепче, разинув рот застывали столбом, остальные прыскали по закоулкам от греха подальше. Ну а за Федорой трусил уже я с пажами на коняшках. Тоже расфуфыренные как фазаны. Ну а что, понты наше все. Реклама. Я не успокоюсь, пока Дорку не пристрою какому-нить престарелому богатому графу в жены. А уже после того как старичок отдаст концы, Дорка для души себе найдет усладу. Да, для этого времени, самая подходящая карьера для девицы. И на приданное ей не поскуплюсь. Своя же, не чужая…
Домой-то ее никак не доставишь, тем более, Феодору там давно уже похоронили и при появлении, недолго думая, от хлопот подальше засунут в монастырь. А оно ей надо. В общем, решено.
