Шли дни, но королеве не становилось лучше. Скоро Омброс был вынужден признаться, что ошибся, не распознав её недуг. Им оказалась не просто скорбь молодой жены по убитому мужу. Здесь было нечто весьма худшее. Проявление перерождающей хвори, что обнаружилась только теперь. Вот что объявил Омброс. Но выслушавшим его оставалось лишь гадать, о чём же он умолчал. Что безумие королевы явилось не последствием, а причиной убийства её мужа. Что она сама сжимала в руках кинжал, оборвавший жизнь её супруга. Если это окажется правдой, то недуг — её кара самой себе. За месяц королева сошла в могилу, вслед за супругом.
Но не все довольствовались такой правдой. Омброс никогда не был популярен у народа, уже потому, что столь давно избегал всеобщего внимания. Люди без труда могли поверить, что он убил своего брата от зависти, освобождая трон для себя. Но и самые громогласные обличители Омброса пасовали в своих обвинениях перед тем, как он обходился с маленьким сыном своего брата. Омброс никак не пытался свергать племянника. Если уж пришлось взять бразды правления, заявил Омброс, то лишь как регенту юного короля, которому он уступит власть, когда тот войдёт в возраст. Проходили месяцы и годы, Омброс утвердился в роли безупречного хранителя как короля, так и королевства. И тем и другим он управлял так действенно и уверенно, что это признавали даже его враги.
Но, разумеется, к этому времени врагов у него осталось весьма немного. Ибо годы регентства Омброса по-настоящему омрачала лишь одна тень — частые случаи смертей среди приверженцев юного короля. В самих по себе смертях ничего особенно подозрительного не замечалось. Люди умирают — и это естественно. Естественно и то, что на их смертях могут выгадать другие люди. Но, когда умирает так много людей, притом тесно знакомых, а выгадывает на этом один человек, то оставшимся в живых нелегко поверить, что в подобных обстоятельствах не кроется никакого злодейства.
При таком множестве умертвий, уцелевших охватила тревога за их собственные жизни и они решили, что настало время сменить государственную службу на более здоровую атмосферу захолустных имений. А потом начал умирать и сам дворец, когда один покой за другим оставлялся тьме и запустению. И когда настал и прошёл год вступления короля в возраст, а тот так и не получил полновластия, никто не воспротивился этому. Не осталось никого, кто мог бы противиться.
Вот эта история, Мадор, насколько мне удалось её восстановить. Если я не сумела довести её до наших дней, то лишь потому, что очевидцы либо умерли, либо покинули двор ещё до того, как мой отец вступил в возраст. Но и там, где история наиболее полна, она приносит больше вопросов, чем ответов на них. Как один-единственный человек сумел подчинить своей воле целое королевство? Как удалось ему привести всех своих недругов к смерти или бегству? В чём тайна власти Омброса?
Впрочем, пусть история и не ответила на все мои вопросы, то хотя бы помогла мне осознать истинную цель поисков. Впредь не только любопытство подвигало меня на расследование. Я полагала, что, отыскав тайну власти Омброса, узнаю и как её сокрушить. Сокрушить, и вернуть мне с отцом то положение, что принадлежит нам по праву.
Но, зайдя настолько далеко, я обнаружила, что дальше не продвигаюсь. Лишь один человек на целом свете мог бы поделиться со мной желанными сведениями и именно этот человек меньше всего был расположен так поступать. Моё расследование остановила непреодолимая преграда Омбросовой двери и пройдут месяцы, пока я догадаюсь, как её миновать.
Заточение, которое я делила с отцом, проходило не под замками и решётками. Покинуть дворец мы не могли, но в пределах его стен вполне пользовались свободой. Когда наши покои слишком уж нам приедались, мы искали утешения в местах, менее посещаемых. Таких, за долгие годы правления Омброса появилось множество. Я исследовала покои ушедших поколений и воображала, как они могли выглядеть в более радостные времена. Но больше всего мне нравилось гулять по парадному залу. Я бродила между мраморных колонн, представляя их стволами колоссальных деревьев в какой-то мрачной и безмолвной чаще.
В этих исследованиях мне никогда никто не попадался. Поэтому, когда во время одного из них я услыхала, как меня окликают по имени, это оказалось невероятным сюрпризом. И ещё больше я изумилась, когда обернулась и увидела, что ко мне приближается Намброс, мой кузен. Встреча с ним меня не обрадовала. На миг даже появился соблазн от него сбежать. Но, разумеется, так поступить было нельзя. Намброс уже понял, что я его заметила, поэтому мне не осталось другого выбора, как ожидать, пока он подойдёт. И через минуту он уже стоял передо мной.