– Мне папа тоже рассказывал, как в каком-то городе на Юге негры решили устроить марш за избирательные права. Так местная дорожная служба перекрыла дороги, ведущие из района, где жили темнокожие. По сравнению с этим отключить кому-то телефон – раз плюнуть.
– Ну, если бы у меня отключили телефон, я бы судился, – заявил Кертис. Его папа занимался исками по моральному ущербу.
– Судился? – передразнил Невилл. – Да кто бы тебе дал? Ну ты тупой.
– Судиться можно всегда!
– В Миссисипи – нет. Там закон для кого угодно, только не для цветных… Судиться! Скажет тоже… – Невилл поморщился. – Повесят тебя на телефонном столбе, и дело с концом.
– А ты как будто и радуешься!
– Не радуюсь, а думаю головой. Попробуй тоже, вдруг понравится.
В отдалении замаячил яркий желтый навес, к которому они направлялись: там находился магазин комиксов «Белый город». Невилл, все бормоча «судиться!», прибавил шагу и догнал еще двух ребят, совершавших то же паломничество после школы.
Хорас остался с Кертисом.
– Ты не обижайся, Невилл не со зла. Мне папа постоянно такие истории рассказывает. С трудом верится, да? Ведь это же дико… Ты, например, знаешь мистера Джо Бартоломью?
– Пирата Джо? Конечно, кто его не знает?
– Вот. Слышал небось, что он потерял глаз в детстве, в аварии. Мама у него тогда тоже умерла. И папа мне сказал, что она могла выжить, вот только больницы в их городе в Алабаме не принимали цветных. Пришлось вызывать «Скорую» из другого города, аж в семидесяти милях. Естественно, они опоздали.
– Что, правда? Нет, ну я, конечно, слышал про сегрегацию и все такое… Но если человек умирает?
– Я то же самое спросил у папы. Неужели они хотя бы не попытались позвонить в белую больницу, вдруг получится? Мама Пирата Джо работала учительницей, может… Папа сказал, что в стране Джима Кроу все устроено иначе.
– Жуть. – Кертис потеребил пальто на боку, где у него был шрам после вырезания аппендицита. – А ты сам бывал… ну, там?
– На Юге? Нет, ни разу.
– Даже странно. У тебя же папа вроде как турагент.
– Он предлагает безопасные путешествия, – напомнил Хорас. – Я как-то хотел поехать. Пару лет назад папе нужно было в Атланту по делам, и я напросился с ним… Мама не пустила.
– Она, наверное, боялась, что вы тоже можете попасть в аварию. Или у тебя случится приступ.
– Наверное. Но однажды я все равно съезжу туда. Я собираюсь переехать в Нью-Йорк и начать издавать комиксы, однако прежде хочу увидеть Юг своими глазами. И тебя могу взять с собой.
– Посмотреть в лицо Джиму Кроу? Нет уж, спасибо. Я, наверное, лучше дома. Так спокойнее.
– Эй! Эй, ребятки! – раздался хриплый оклик.
Кто-то негромко звал их из заколоченного магазина, мимо которого они шли. На крыльце стоял белый человек и ухмылялся. На нем был помятый костюм, лицо покрывала щетина – он напоминал разорившегося коммерсанта.
– Ребятки, не хотите заработать? Кто-нибудь, подойдите ко мне. Получите доллар.
– Доллар? За что? – спросил Кертис.
– Я хочу потереть кому-нибудь голову.
– Ч-что?! – икнул Хорас.
– Просто подойди и дай потереть тебе голову. – Мужчина поднял неплотно сжатый кулак и встряхнул. Внутри застучали игральные кости. – На удачу.
Невилл, который, как оказалось, их все-таки не бросил, прибежал назад.
– Думайте головой, – прошипел он, оттаскивая друзей за собой. – Не останавливайтесь.
– Что, правда не пойдешь? – спросил Невилл.
– Не могу, – ответил Хорас. – Папе обещал.
За прилавком стоял мистер Д’Анджело. Неделю назад, когда Хорас пришел сюда с Реджем Оксбау, хозяин был на больничном. Сменщик не спускал глаз с мальчиков, а когда те подошли к кассе пробить покупки, заставил их вывернуть карманы, чтобы проверить, не стащили ли они чего.
За ужином Хорас пересказал эту историю. В тот вечер в гости зашел дядя Монтроуз.
– И вы все равно купили комиксы у этого хама? После такого обращения? – рассвирепел он.
– Ну… да, – ответил Хорас и попытался объяснить, что покупали как бы не у него, он ведь не хозяин.
Монтроузу было не до таких тонкостей. Он метнул в брата обвиняющий взгляд: мол, ты как пацана воспитываешь?
Папа пообещал поговорить с мистером Д’Анджело о поведении подчиненного, однако до тех пор запретил сыну заходить в магазин. В общем, Хорас легко отделался: дядя Монтроуз на месте Джорджа даже разбираться бы не стал.
– А что бы ты взял, если бы мог зайти? – спросил Кертис.
– Не знаю. Может, свежего «Супербоя»?
– Я тоже о нем думал, – кивнул Кертис. – Еще что-нибудь?
– Да нет, просто хотелось посмотреть, что завезли на неделе.
– Тогда подойди к окну. Если что-то хорошее попадется, я покажу.
Невилл с Кертисом вошли внутрь, а Хорас прильнул к стеклу и переступал с ноги на ногу, чтобы согреться. Вдруг сзади кто-то подошел. Испугавшись, что это тот человек с кубиками, Хорас закрыл голову руками и обернулся. Перед ним стояли двое белых мужчин, прилично одетые и гладко выбритые. Тот, что слева, откинул полу пальто. На жилете у него был полицейский значок.
– Хорас Берри? – спросил он. – Я детектив Ноубл, а это – мой напарник, детектив Берк. Мы хотим задать тебе несколько вопросов.
