Он опустил фонарь: всего в паре шагов темный каменный пол заканчивался. Джордж снова посветил на сундук и присмотрелся повнимательнее. Никакого пьедестала под ним не было; сундук просто висел посреди пустоты.
Рядом парил еще какой-то силуэт. Джордж перевел фонарь на него и прошептал:
– Господи Иисусе…
При жизни человек был белым, после смерти его ссохшаяся кожа приобрела сероватый оттенок. Костюм висел мешком, ладони, торчащие из рукавов, скрючились, пальцы потемнели, ногти были переломаны. В раскрытом рту между обнаженных зубов виднелся бледный кончик языка.
Рука Джорджа дрожала, и в неровном свете фонаря казалось, что язык двигается, как будто бывший мастер чикагской ложи хочет что-то сказать. Или прокричать.
– Это сфера, – заключил Абдалла, проведя фонариком по гладким округлым стенам. – Причем большая, ярдов пятьдесят.
Сундук парил аккурат посередине, точно напротив тоннеля. Мертвый мастер ложи плавал в верхнем полушарии, в районе «конских» широт[30]. Он медленно совершал оборот за оборотом, как обломок корабля, захваченный слабым течением. В отличие от трупа, сундук висел неподвижно.
– Как же они там держатся? – удивился Монтроуз.
Джордж подошел к краю пропасти и осторожно вытянул руку.
– Возьмите меня за ремень.
– Чего? – не понял Монтроуз.
– Ты и Аттикус, давайте, берите меня за ремень.
Брат с племянником встали за Джорджем, одной рукой взялись за ремень, второй – за брюки.
– Отлично, теперь держите крепче. – И Джордж шагнул вперед.
Он лишь слегка перенес массу тела внутрь сферы, как вдруг сила тяжести пропала. Ноги оторвались от пола, и по инерции он принял горизонтальное положение, беспомощно размахивая руками. Монтроуз и Аттикус с трудом старались его удержать.
– Господи… – пропищал Мортимер.
– Дядя Джордж, ты как? – спросил Аттикус.
– Жить буду, – ответил Джордж с нервным смехом. – Желудок бунтует, но в целом ощущение довольно забавное. Главное – не отпускайте меня, хорошо?
Вдруг из ниоткуда прямо в бок Джорджу ударил порыв ветра, подхватил, как воздушный шар на параде по случаю Дня благодарения, и с силой потянул вправо, вместе с теми, кто его держал. Монтроуз стоял на подветренной стороне, и его подтолкнуло к краю. Стоило ему перевалиться через невидимую границу – раз, и он тоже взмыл в воздух. Теперь их удерживал только Аттикус.
Пират Джо кинулся к нему и схватил Монтроуза за одну ногу, а Абдалла за другую. Налетел очередной порыв ветра, однако втроем Аттикусу, Пирату Джо и Абдалле все-таки удалось вытянуть Монтроуза с Джорджем из сферы. Как только они оказались в тоннеле, в свои права вновь вступила сила тяжести, и пятерка повалилась друг на друга. Мортимер все это время стоял поодаль и причитал: «Господи, господи!»
Джордж сполз с Аттикуса и сидел, восстанавливая дыхание. Затем поднялся и помог встать остальным. Подобрав оброненный фонарик, он опять посветил на мертвеца, который по-прежнему лениво плавал в северных широтах.
– Теперь понятно, как он туда попал, – произнес Джордж. – Слишком далеко высунулся, а придержать было некому. Вот его и затянуло.
– Допустим, – сказал Аттикус, отряхиваясь. – А умер он от чего, по-твоему? От жажды?
– Ну да. Или замерз, – предположил Джордж. – А может, влетел в стенку и разбил голову.
– Заметьте, сейчас его никуда не уносит, – сказал Монтроуз. – Что, если ветер дует только тут, на входе?
– Возможно. – Джордж понял, к чему клонит брат. – Мортимер, у тебя есть веревка?
– Конечно, сколько хочешь.
– Отлично. Обвяжите меня и оставьте моток на страховку.
– Нет, ты не пойдешь, – возразил Монтроуз.
– Пойду, – настаивал Джордж.
– Нет. Ты слишком крупный. Я, в общем-то, тоже. Нам нужен кто-то небольшой, кто не потянет всех за собой в пустоту, если мы ошиблись с ветром. – Он оглядел спутников и задержался глазами на коротышке Дюпре. – Скажем, кто-то, кого можно швырнуть.
– На счет «три», – сказал Джордж.
Они с Монтроузом отошли на несколько шагов от обрыва, держа Мортимера за руки и за ноги, как таран. Сзади с веревками стояли Пират Джо и Абдалла. Одну веревку обмотали в виде упряжи вокруг туловища Мортимера, вторую – страховочную – затянули на правой лодыжке. Аттикус стоял сбоку от отца и светил им самым ярким фонарем.
– Ох-ох-ох… – пробормотал Мортимер и щелкнул шахтерским фонариком, который носил на лбу. – Так. Я готов, я готов. – Он зажмурился. – Батюшки…
– Не дрейфь, Дюпре, – успокоил Монтроуз. – После такого тебя точно примут в какие-нибудь «иллюминаты».
– Поехали, – скомандовал Джордж. – И раз… И два… И три!
Мортимер полетел головой вперед в пустоту. Переход в невесомость произошел мгновенно, но мозг упорно не хотел этого осознавать: ему казалось, что человек, которого сбросили в бездну, должен упасть, причем больно. Дюпре открыл глаза.
– А-а-а-а-а!..
Его вопль потонул в свежем порыве ветра, который, однако, стоматолога не задел – слишком далеко тот вылетел. Слегка отклонившись вверх, Мортимер поплыл прямо к сундуку, расправив руки точно крылья. Абдалла и Пират Джо разматывали веревки, стараясь их не запутать.
– Так, так… – приговаривал Джордж. – Все, хорош, притормозите.
