– Прошу прощения, братья, но уговор есть уговор, – сказал Абдалла.
Вся экспедиция заняла чуть более часа. Последним из тоннеля вышел Джордж, оглянулся, и у него на глазах отверстие неслышно затянулось.
Абдалла перешел в выставочный зал и тихо позвал:
– Брэдли!
Он нес «Книгу имен» перед собой, как нечто грязное. От натуги руки начали трястись.
– Брэдли? Ты где?
Тишина. Они двинулись к выходу, и вдруг в темноте чиркнула спичка. Тут же справа щелкнули взведенные курки, и из-за витрины выступили детективы Берк и Ноубл с револьверами наготове.
– Вот, видите? – сказал Калеб Брейтуайт. – Говорил же, что у них получится.
– Ага, – отозвался капитан Ланкастер. – А я говорил, что они попробуют нас провести. – Он закурил сигару и выбросил спичку. – Ладно, давайте кончать… Вы незаконно проникли на территорию, находящуюся в муниципальной собственности. Я вполне имею право, – обратился он к Джорджу с сообщниками, – закрыть всех за проникновение со взломом. Или могу приказать своим людям пристрелить вас на месте, заодно сэкономлю на бумаге. Теперь ты, – он ткнул пальцем в Абдаллу. – Персиваль Эвери Джонс, Уобэш-авеню юг, дом пятьдесят семь тринадцать, квартира два-цэ. Подумай о жене Рашиде и сыне Омаре. Что будет с ними, если ты не вернешься домой? А кузен Брэдли? Здесь он больше не работает, а если ты заставишь меня силой отбирать эту хренову книгу, я добьюсь, чтобы его устроили заправлять койки в джолиетской тюрьме.
Абдалла прижал «Книгу имен» к груди; руки по-прежнему дрожали, только теперь по другой причине.
– Рашида и Омар, – напомнил Ланкастер.
Абдалла уронил голову и полным отчаяния голосом произнес:
– Прости меня, Джордж…
Он шагнул было навстречу полицейскому, однако Джордж его придержал.
– У нас был уговор, – сказал он Брейтуайту.
– Был, – добродушно подтвердил Брейтуайт. – И я с радостью выполню свою часть. – Он подтолкнул вперед сумку, которая лежала у его ног. – При условии, конечно, что это настоящая «Книга имен». Каббала меня как-то мало интересует, – добавил он с усмешкой.
Джордж отчаянно искал способ выкрутиться… Увы, иного выхода не было: оставалось пережить ночь и надеяться, что в будущем выпадет шанс все исправить.
Он отпустил Абдаллу и махнул, мол, иди. Брейтуайт забрал книгу и пролистал ее.
– Ну что? – спросил Ланкастер.
– Все в порядке, – кивнул Брейтуайт.
– Тогда расходимся.
Капитан молча взглянул на детективов, те убрали пистолеты.
– Музей закрыт, – объявил Ланкастер. – Найдите запасный выход и валите отсюда к чертям собачьим.
Сунув сигару в рот, он развернулся и ушел; детективы за ним.
– Это все вам, – сказал Калеб Брейтуайт, обращаясь к Джорджу, и еще раз подтолкнул ногой сумку. – Книга и кое-что сверх. Компенсация за причиненное неудобство… Ладно, до следующего раза!
С этими словами он удалился.
– «До следующего раза», – передразнил Монтроуз.
Джордж наклонился и заглянул в сумку. «Дне´вник» лежал сверху, обернутый в чистую белую тряпку. Убедившись, что гроссбух в целости и сохранности, Джордж полез внутрь посмотреть на «компенсацию». От удивления у него отвисла челюсть.
Монтроуз заглянул ему через плечо.
– Вот же ублюдок, – выругался он.
– Что там такое? – спросил Аттикус.
– Деньги, – ответил Джордж. Не веря своим глазам, он глядел на перехваченные резинками пачки стодолларовых банкнот. – Похоже, он решил погасить долг Бернсов.
– Ты имеешь в виду долг прабабушке Аде? Базовую часть, небось, восемь восемьсот?
– Нет, я имею в виду весь долг, включая проценты за девяносто лет.
Джордж запустил руку в сумку, перебирая пачки. Одновременно с этим гроссбух, который он держал в другой руке, словно становился легче, да и он сам ощущал легкость, как будто снова попал в невесомость.
– Здесь триста тысяч. Триста тысяч долларов.
– Гребаный. Сукин. Сын, – припечатал Монтроуз.
«Так вот в чем проблема: вы забыли включить телепортатор в розетку!»
Взошел Юпитер. Ипполита присела облегчиться посреди заснеженного пастбища и, чтобы отвлечься от мороза, выискивала яркую точку между созвездиями Рака и Девы. Марс тоже взошел, но он был в Водолее, в западном полушарии неба, у нее за спиной, за лесистым холмом. И к счастью: не хотелось бы, чтобы марсиане разглядывали ее в таком положении.
