«Православная Византия вскоре оказалась под властью турок, и Русь, отрезанная от католической Европы, уткнулась в железный занавес. В учебниках истории приводится эпизод из жития Александра Невского, где новгородский князь с гордостью отвергает предложение папы (Римского. — В. Б.) принять королевскую корону европейского государя из рук римского первосвященника.
На самом деле эта гордость обернулась нам боком. Александр Невский, столь гордый с римскими послами, был чрезвычайно смирен и кроток перед татаро-монгольским ханом. Он покорно ездил в Орду получать ярлык на княжение и, увы (!!!) пролезал-таки на карачках к ханскому трону, как того требовал обычай Орды. Кроме того, он был вынужден беспощадно усмирять в своих владениях любые выступления против татар и собирал дань для хана, усмиряя соотечественников огнем и мечом.
Странный парадокс истории. Принять корону от папы, как все европейские государи, Александр Невский считал для себя позором, а подползать под ярмо и принимать ярлык на княжение от свирепого ордынца позором не выглядело».[133]
Я восхищен абсолютно верной мыслью Константина Кедрова. И когда мы читаем «песнопения» Н. М. Карамзина, С. М. Соловьева или В. О. Ключевского о Великом князе — «Государе», о «величии Государя Московского», мы ни на минуту не должны забывать о ползании в ярме, о целовании ног хана, о лобызании «Болвана» этим «государем».
Вернемся снова к Александру, так называемому Невскому. Надеюсь, читатель понял, какой величайший палач своих соплеменников, в результате лжи, измышлений и замалчивания державной церковной элитой России, стал величайшим героем русского народа…
Наконец наступил 1262 год.
«…Великий Князь (Невский. — В. Б.) решился ехать в Орду с оправданием и с дарами… Александр нашел хана Берку в… Сарае… хан… продержал Невского в Орде всю зиму и лето. Осенью Александр, уже слабый здоровьем, возвратился в Нижний Новгород и, приехав оттуда в Городец, занемог тяжкою болезнию, которая пресекла его жизнь 14 ноября (1263 года. — В. Б.)».[134]
В связи с таинственно хитрым описанием смерти князя Александра, я хочу рассказать читателю интересную деталь, проясняющую смерть князя.
Как нам известно, хан Батый умер в 1256 году. После его смерти ханом Золотой Орды стал сын Батыя — Сартак. Вот как об этом написал историк Л. Н. Гумилев:
«Бату умер в 1256 г., и великий хан Мункэ утвердил его наследником Сартака, который немедленно поссорился со своим дядей Берке, заявив ему: „Ты мусульманин, я же держусь веры христианской; видеть лицо мусульманское (для меня) несчастье“.
Царевич не ошибался: через несколько дней после своего опрометчивого заявления он был отравлен. Ханский престол перешел к его малолетнему сыну, Улакчи, за которого правила его бабушка, Баракчин-хатун, вдова Бату. Однако Улакчи скончался столь же быстро, как и его отец, а Баракчин, пытавшаяся в 1257 г. уехать в Иран, была схвачена и казнена. Ханом стал мусульманин Берке».[135]
