— Одурманиваем! Сильнодействующими препаратами. Не поверишь — сейчас у эльфиек все не просто замечательно, у них, сука, все охрененно! Играет романтическая музыка, вокруг все в нежно-розовых тонах и оттенках, рядом порхают белокурые ангелы, а красивые сексуальные боги одаривают их, эльфиек, неземной любовью, занимаясь благодатным совокуплением. Благодатное совокупление, сука! Тоже мой термин! А назавтра эльфийки будут своим «сестрам» рассказывать, насколько хорошо им было в компании богов. И их подружки-поблядушки захотят того же. И-и-и, бинго!
— Неужели в наше время кто-то платит за секс? Имею в виду, вот за такой вот секс? Можно ведь не париться и любую проститутку…
— Еще как платят! — перебивая, воскликнул Августин. — Экзотика! Особенно обожают эльфиек любители всяких Малоземий, Темнолесий, Среднеморий и прочей подобной херни. Ролевики, короче говоря. Жаль, что обеспеченных людей среди них не так много…
— И что, никто не говорит, что эльфийки — ненастоящие?
— Раньше, конечно, говорили. Было недоверие! Мы, мол, людей наипать хотим и девкам уши приклеили… Но со временем мы наработали и базу клиентов, и определенную репутацию.
— Ясно-понятно, — пробормотал Грубанов и недоверчиво нахмурился: — Получается, вы умудрились провернуть вот это все… за восемнадцать лет? За такой короткий срок поменяли вероисповедание целого маленького народа? И все безропотно принимают ваши правила игры? Особенно эльфы! Полагаю, им не сильно хочется сношать мужиков!
— Почему же не хочется, если сами боги преподносят им такой щедрый, сука, дар?
— Какой дар?
— Свежие девственные задницы! — рассмеялся седой.
— Свежие девственные… А поподробнее можно? Откуда вы берете… этот «дар»?
— Тут все просто — если какой-то клиент больше не горит желанием тратить денежки на эльфийских баб и хочет «слиться», а мы видим, что он обладает чем-то таким, что у него можно отжать, но добровольно он не отдаст… То мы «дарим» такому клиенту бесплатный секс-тур. А затем оставляем его на острове. Или у темных, или сразу на кофейном. И всем хорошо — и эльфам, получившим в подарок свежее мясо, и нам, поскольку под анальными пытками такие клиенты охотно подписывают любые бумаги.
Николай вновь недоверчиво нахмурился:
— Не верю! Вашу лавочку давно бы прикрыли! Если часть клиентов — влиятельные люди, то у них есть связи в органах и…
— А нет никакого «и»! — снова перебил Августин. — Разве я говорил, что мы кого-то отсюда
— Но это же неправильно! — возмутился Грубанов. — Нельзя так обманывать!
— Я тебя умоляю, — ухмыльнулся седой. — Это не обман, а
Николай поспешно замолчал. Командир же, вспомнив ранее услышанный вопрос, спохватился:
— А по поводу «провернули за восемнадцать лет»… Видишь ли, Коля, в этом мире время течет немного не так, как у нас. Тут, можно сказать, аномальная зона! Если оперировать голыми цифрами, то получается, что мы прилетаем сюда четыре раза в день, примерно в одно и то же время. Но, что удивительно, между нашими прилетами здесь, на острове, минует целая, сука, неделя. Я недавно подсчитывал — за восемнадцать лет, что прошли у нас, на острове пролетели пятьсот с чем-то! А эльфийки не бессмертные, пусть и долгоживущие. Иногда умирают. Поэтому годы шли, поколения эльфиек сменялись, рождались те, кто никогда и не жил «не при богах». Для них все наши законы привычны с детства. Как дважды, сука, два. Вот так и получилось, что сейчас мы — беспрекословные боги.
Николай, обдумывая услышанное, почесал затылок:
— Жесть какая…
— Жесть не жесть, а денег это занятие нормально приносит, даже слишком. Знал бы ты, Коля, сколько в мире извращуг, не зря же нас четыре команды! По очереди сюда летаем, чтобы времени не терять. И это еще у нас тема с трансами не выгорела, которым, по писанию, темные бляди поклоняются…Так что — ничего личного, просто бизнес.
— А где сейчас эта… секретная хреновина? — переводя тему, вдруг спросил Грубанов. — Хоть посмотреть на нее!
Августин подбородком указал в сторону кабины:
— А вон, видишь, на панели синенький огонек горит? Вот это она и есть. Хреновина. Единственная и, сука, неповторимая! Хотя нет, не единственная, вы ведь тоже что-то подобное изобрели, пусть и на двадцать лет позже.
Тем временем громкие эльфийские стоны оборвались, и из-за ширмы высунулась взлохмаченная юношеская голова.
— Все, арабы удовлетворены, — оскалилась голова и исчезла.
— Михась, сажай вертолет! — прохрипел Августин.
Пилот показал за спину большой палец, и стальная машина плавно пошла к земле.
— Что дальше? — поинтересовался Грубанов.
— Высадим эльфиек и полетим домой. Все вместе.
