…Грубанов, словно на природном троне, восседал на вершине пригорка и ковырял землю отобранным у Августина ножом. Место отдыха было выбрано не случайно. С пригорка — мужчина специально уточнил этот момент у Румпельбекинса — отлично просматривалось место открытия портала с Эльфрании. Николай терпеливо ждал, когда за ним явятся эльфийки, и был немного удивлен, что этого до сих пор не произошло. Неужели, размышлял он, ночная пропажа избранного не взбаламутила оба племени на поиски? Должна была! А по факту — никого. Даже обидно.
Хотя, подумал он, это и не удивительно, наверняка эльфийки сначала прочесывают
Едва он довел рассуждения до логического конца, как воздух на «портальной» площадке внезапно шелохнулся. А затем, скручивая выжженную траву, по земле кругами, словно от брошенного в воду камня, начали расходиться обжигающие порывы ветра.
Пространство в центре площадки разорвалось от всполохов маленьких молний, которые, переливаясь всеми цветами радуги, стали стремительно увеличивались в размерах и сплетаться воедино, превращаясь в пеструю трещащую сферу.
Вспышка!
Николай прикрылся рукой — настолько ярким и ослепляющим был «взрыв». А когда убрал ладонь, то увидел, как из возникшего портала одна за другой появляются взволнованные эльфийки.
— О, это за мной, — улыбнулся он и помахал рукой: — Эй, дамочки! Я здесь!
— Избранный! Избранный нашелся! — загудели остроухие.
Спрятав лезвие в ножны, отобранные у подельника Августина, Грубанов подвесил их на трусы и поспешил вниз по склону.
Из портала вынырнула Хьюсти. Не скрывая радости, бросилась к мужчине.
«Красиво бежит, — любуясь, как в такт бегу прыгают ее сисечки, подумал тот. — Но без лифчика было бы красивее».
Пепельноволосая с разбегу упала в его объятия.
— Ты жив, господин! Как же я рада! — всем телом прижимаясь к «избранной» груди, защебетала она. — Где ты пропадал⁈ Мы искали тебя почти сутки!
— Боги… Боги забирали меня с собой, — осторожно сообщил он.
Хьюсти заинтересованно отпрянула:
— Боги? Зачем?
— Они поведали мне о своих планах. Сейчас расскажу.
Дождавшись остальных эльфиек, Николай затянул длинную заготовленную речь — и про богов, которые больше не прилетят на остров, и про указания, касающиеся эльфов-самцов, и про бывших секс-рабов с дарованной им свободой, и про все остальное. Он старался говорить как можно убедительнее, приводил доводы и доказательства, но оказалось, что остроухие, словно дети, на слово верят в любую чушь, сказанную избранным.
Да, да, да — во все выдуманные распоряжения богов эльфийки поверили так же просто, как и эльфы чуть ранее. Никто даже не усомнился в словах Николая! Сначала это показалось ему удивительным, но чуть позже он понял — удивляться нечему! За годы слепого поклонения и почитания боги стали для эльфиек той непреложной истиной, теми существами, о решениях которых нельзя даже думать с сомнениями, не то что высказывать их вслух. Все это напоминало мужчине жесткую «земную» диктатуру, когда «всенародно любимый вождь», равный неприкасаемому божеству, десятилетиями мог безнаказанно творить любую дичь.
Вскоре Грубанов закончил речь и облегченно вытер вспотевший лоб — вопросов или возражений так и не последовало.
— Раз боги сказали, значит так тому и быть, — лишь произнесла Хьюсти. Остальные согласно закивали.
Вскоре поисковая процессия засобиралась на «материк», к ним примкнули и секс-пленники. Но, как и ожидалось, не все гомо-рабы разделили идею о свободе. Семеро из них решили остаться на кофейном острове, чтобы и дальше подвергаться насилию и унижению со стороны хозяев. Николаю, который хоть и не слыл ханжой, святошей или моралистом, такой выбор все равно был непонятен и даже омерзителен.
«Мужик должен спать с бабой, а женщина это или, к примеру, эльфийка — неважно, — подкладывая соломку, размышлял он. — Все остальное — неправильно. В средние века за такое наверняка члены рубили!»
Но переубедить гомо-пленников Николай оказался не в состоянии. Да и не горел особым желанием.
Ближе к вечеру того же дня Грубанова посетила матерь Льюти.
— Значит, говоришь, боги к нам больше не явятся? — без стука войдя в хоромы и едва переступив порог, спросила она. — Или сестра Хьюсти все перепутала?
Избранный незаметно скривился — эльфийка отвлекла его от хреномагической тренировки. Между прочим, от единственного, помимо секса, развлечения!
Постоянно и понемногу тренируясь, Николай достиг в магии определенных успехов. Например, наловчился изредка пускать хреносферы и без стояка. Сейчас же он пытался научиться управлять размером, начальной скоростью и плотностью шаров. Получалось пока не очень… А тут еще и матерь Льюти отвлекает!
— Совершенно верно, боги к нам больше не явятся, — пряча в трусы «волшебную палочку», подтвердил мужчина. — Сказали, что раз избранный найден, то и смысла прилетать — нет. Они, если можно так выразиться, оставили вас под моим покровительством.
