Наебуллин, увлеченный фантазиями о Нобелевке, услышал приближающегося Николая в самый последний момент. За секунду до того, как избранный, навалившись всем телом, повалил его навзничь.
— Коля, ты что творишь? Прекрати немедленно!
Но Коля, усевшись на профессора, его не слышал.
— Никто! Никогда! Не должен! Узнать! Об этом! Месте! — сопровождая каждое слово хлестким ударом, продолжал рычать избранный.
Голова Наебулина моталась из стороны в сторону.
— Коля… Пожалуйста… Во имя… науки… пре… крати…
Но сейчас наука интересовала Николая не больше, чем амбассадора пива — детское шампанское.
— Я не позволю вам все испортить!
Удар.
— Здесь я — хозяин всего!
Еще удар.
— А в нашем мире я был никем!
Следующий удар.
— И я не собираюсь туда возвращаться!
Грубанов вновь занес руку.
— Сдаюсь, — разбитыми губами прохрипел профессор. — Я… я все… я все понял… никакой Нобелевки… Только не бей…
— Точно? Не врете? А то…
— Да, точно… клянусь.
Николай, тяжело дыша, встал. Пелена злости начала спадать, и ему стало стыдно за свое поведение.
«Черт! Что ты творишь? — мысленно раскаялся он. — Бить старика! Это каким же надо быть дерьмом? Ты ведь не такой! Избранность развратила тебя…»
Наебуллин сел. Ладонью вытерев сочащуюся из носа кровь, с опаской потер распухшую бровь:
— Коля, я ведь не знал, что у тебя все так серьезно. Почему ты не рассказал мне о своих переживаниях? Уверен, мы смогли бы найти вариант, который устроил бы всех.
Николай покачал головой:
— Сомневаюсь. Потому что вариант только один — вы не вмешиваетесь ни в мои дела, ни в дела острова.
— Да понял я, понял… — вздохнул профессор. — Дай руку, помоги встать.
Грубанов протянул Наебуллину ладонь и рывком поднял того на ноги:
— Надеюсь, мы обо всем договорились.
Но хитрый старик был другого мнения! Подсев под Николая, он извернулся и быстрым движением выдернул нож, что болтался в ножнах на поясе избранного.
Короткий замах.
Удар!
Грубанов с трудом отскочил назад, и сверкнувшее на солнце лезвие лишь распороло кожу на животе.
— Сука, профессор! Какого хрена⁈
— Никто не отберет у меня Нобелевку, — наступая, процедил тот. — Я шел к ней всю свою долбаную жизнь. Для чего? Чтобы на старости лет какой-то кунивьед-обычный лишил меня славы? Ну уж нет.
Выпад!
Но Николай был готов к этому неловкому удару! Отступив, он перехватил руку профессора и — в попытке отобрать оружие — вновь навалился на того всей массой тела.
Наебуллин не выдержал тяжести соперника и, поскользнувшись, снова грохнулся на спину. Грубанов, затянутый следом, рухнул сверху да так и остался лежать, не давая противнику даже возможности пошевелиться.
А тот, уставившись в одну точку, выпучил глаза и захрипел.
— Профессор, вы чего?
Наебуллин не отреагировал. Издав последний слабый хрип, старик смолк, а его пустой взгляд застыл на переносице избранного. Изо рта полилась тонкая струйка крови.
— Профессор! Вы… чего? — испуганно повторил Грубанов и привстал.
Ручка ножа, по-прежнему зажатая в ладони Наебуллина, торчала из солнечного сплетения деда.
— Твою мать!
Николай вскочил. Не сводя глаз с покойника, обхватил руками голову.
— Сука, сука, сука, что же делать? Я ведь не хотел убивать… — пробормотал он и огляделся в поисках любопытных глаз. Вроде — никого. Но, зная охотничьи навыки эльфиек, в этом нельзя было быть уверенным до конца. — Старый пердун, даже после смерти жизнь мне портит. Но видят боги, я не специально… А, ну да!
Он с опаской подошел к мертвецу. Присев, с отвращением извлек из тела нож и, вытерев кровь об одежду убитого, убрал его в ножны. Затем, подхватив безжизненного профессора подмышки, стащил его с тропинки в лес. Скинув тело в канавку, задумался — как избавиться от трупа?
Закопать? Вряд ли получится голыми руками вырыть достаточно глубокую могилу. Да и с помощью ножа — тоже вряд ли.
Скормить вагиномонстру? Неплохой вариант, но Грубанов очень сомневался, что сумеет быстро отыскать его пещеру. Да еще и с дохлым профессором на плечах!
«С другой стороны, а зачем избавляться от тела? Это ведь просто несчастный случай, — здраво рассудил он. — Нет! Даже не несчастный случай, а нападение на господина! Который просто защищался… Да и что мне будет? Я же избранный! Поэтому пойду и расскажу все матери Льюти!»
И тут его осенило.
Болото! Он вспомнил, что в полусотне шагов позади видел небольшое болотце, скрытое за кустиками. Вот оно — готовое решение!
…Когда зеленая жижа засосала тело профессора, избранный облегченно вздохнул — теперь никто и никогда не узнает, куда запропастился деятельный старикашка!
— Пожалуй, от тебя я тоже избавляюсь, — пробормотал он и без сожаления отправил нежно-голубой куб в трясину. — Покойтесь с миром. Оба!
Чтобы не привлекать излишнего внимания к своей избранной персоне, Николай решил идти к поселению светлых в обход. По задумке, он должен был выбраться из леса на берег, по теплому песочку обогнуть остров и зайти в деревушку с противоположной стороны. Но — не получилось.
Изрядно проплутав, уставший Грубанов вышел к подножию холма, поросшего ровной изумрудной травой.
