Как-то раз во дворе у Тенгиза собралась молодежь. Зашел разговор о преимуществах той или иной винтовки. Чтобы решить спор, постановили устроить состязание в стрельбе. Укрепили мишень. Ни одна из винтовок не обнаружила исключительного совершенства. Тогда Тенгиз подошел к спорящим и приказал им воткнуть в деревянную доску, служившую мишенью, булавку со стекляшкой на конце. Стекляшка эта блестела на солнце, что мешало прицелиться. Снова начали стрелять – в стекляшку. Но молодежь осрамилась.
Тенгиз молчаливо наблюдал ход состязания и потом вынес из дому свое кремневое ружье. Он стал на несколько шагов дальше других стрелков, долго целился и выстрелил. Блестящая точка, сверкавшая на доске, исчезла. Но из глаз Тенгиза полились слезы, глаза не выдерживали уже такого сильного напряжения. С тех пор Тенгиз не притрагивался к ружью.
…Во время падежа скота старейший из жителей Хулама – Баразбий посоветовал весь скот выгнать на пастбище и ждать естественного окончания эпидемии. Когда об этом сказали Тенгизу, он возмутился:
– Что за глупости говорит этот мальчишка! – сказал он. – Пусть каждый выделит скот из общего стада и ждет милости или гнева Аллаха!
Конечно, Тенгизов совет, хотя и более мудрый, чем совет хуламского старца, не был на высоте современных методов борьбы с эпизоотиями. Но весь интерес этого случая в другом. А именно в том, что хуламскому «мальчишке» было девяносто восемь лет… Очевидно, Тенгиз помнил его еще в ту пору, когда он не смел поднять на него глаза.
Этого «мальчишку» я видел несколькими днями позже и тогда же познакомился с его десятилетним сыном, как две капли воды походившим на отца.
Кем был Тенгиз? По рождению он был таубием. По религии – мусульманином. По роду занятий – горцем. Что такое быть по роду занятий горцем? О, это очень сложная вещь… Горец должен уметь все делать, и при этом делать хорошо. Горец должен уметь ставить дома. В горах нет разделения труда, и потому каждый должен уметь до некоторой степени обращаться с камнем и глиной (дома ставят из камня, глины и дерева). Говорю «до некоторой степени», так как, конечно, друзья и соседи помогут молодому хозяину построить незамысловатое горское гнездо. Но странно было бы наблюдать, что в то время как соседи и друзья будут трудиться над твоей постройкой, ты будешь «считать галок»…
Потом, горец должен уметь обрабатывать поле. Правда, поля в горах небольшие. Всем известен рассказ о том, как однажды пошел горец обрабатывать свое поле, утомился, расстелил бурку и заснул. А когда проснулся – никак не мог найти своего поля. Пропало поле! Долго искал бедный труженик и не в шутку думал, что шайтан (дьявол) украл у него поле во время сна. Опечаленный, он собрал пожитки и направился домой. И вот, когда он сворачивал бурку, наконец-то нашел поле. Оно находилось под буркой… Так что горец не имеет полей в десятки и сотни десятин. Слава Богу, если в среднем на душу приходится от половины до одной десятины возделанной земли. Опять-таки надо сказать, иной горец, хотя бы тот же самый Тенгиз, собственноручно может и не трудиться над обработкой поля. Но плохое будет у него хозяйство, если он сам, самолично, не умеет отличить хорошую обработку от плохой и небрежной. Тут никакие управляющие не помогут!
Но мало быть добрым хозяином-землепашцем. Тот не горец, кто не знает толка в скотоводстве и коневодстве. Поле служит горцу для удовлетворения его насущной нужды в хлебе. А скот – это его богатство, его достояние. Поэтому можно сказать, что каждый житель гор является до некоторой степени пастухом и табунщиком… Жизнь горца от первых детских лет связана с жизнью стада. Еще мальчиком он учится говорить со скотом, перегонять его в соответствии со временем дня или временем года на то или иное пастбище. Потом, юношей, он уже разбирается в правилах племенной жизни коз и овец, коней, коров, мулов, ослов. Он знает признаки болезни и способы их излечения. Попутно он знакомится с обработкой кожи, рога и шерсти.
Но и это еще не все. Порядочный горец изготовляет домашнюю утварь собственными руками. Правда, эта утварь не отличается сложностью, она проста, как прост его стол. Но все-таки тесто, мясо, сыр, молоко, каймак, айран, кумыс, пшено, мед… – все это требует изготовления особой посуды, и горец знает, как и из какого дерева ее следует делать. К сказанному надо еще прибавить напитки.
