Здесь, в толще скалы, ни за что не догадаешься, что снаружи ночь. Аликс знала ритм жизни замка и понимала, что прежде чем освобождать пленника, нужно дождаться большой трапезы. Когда обеденный зал опустел, а посуда была вымыта, слуги первой смены разошлись по своим комнатам отдохнуть. До прихода второй смены как раз оставалось достаточно времени, чтобы проползти по тайному ходу в подземелье, к Крапке. Останется только дождаться смены караула и действовать быстро.
Оставшееся время Аликс решила использовать для беседы с Ароном, а Тавиан направился в архив. Именно туда после смерти Эннобара доставили все его бумаги.
В покоях Арона свитки громоздились не только на столе, но и на полу, и на красивых кованых креслах. Коврами Арон не обзавёлся, и пол в комнатах был из того же тёмно-серого камня, что и в остальных помещениях Скального замка. В воздухе витал аромат сушёных трав.
Когда Аликс вошла и поклонилась, мастер Гильдии Огня сидел за своей бас-зерудой с закрытыми глазами: он любил так проводить время, напевая какую-то мелодию. Комнату наполнили низкие вибрирующие звуки. Инструмент размером с человека был вырезан из ночного дерева, а его плавные формы восхищали взгляд. У стены стоял меч Арона – дорогое оружие, инкрустированное карадием. Аликс ощутила ауру меча ещё при входе в комнату: как и большинство рождённых в Гильдии Огня, она унаследовала дар чувствовать металлы.
Конечно, Арон уже давно заметил, что у него гостья, но не спешил открывать глаза и заканчивать мелодию. Допев, он встал, накинул на инструмент чёрную шёлковую ткань и направился к низкому дивану рядом со входом в комнату.
– Извини за беспокойство, тану, – сказала Аликс, присаживаясь без спроса. Она знала Арона достаточно давно, чтобы позволять себе такие вольности. – Я надеялась узнать от тебя какие-нибудь подробности об Эннобаре.
Арон помрачнел.
– Ты сама его прекрасно знала. Даже нож на пояс повесить не удосужился, разГильдяй. Рождённый в Гильдии Огня никогда бы не позволил аисту себя прикончить. Вряд ли у этих пернатых хватило бы на такое сил.
Грубые слова и резкий тон не обманули Аликс. Чем сильнее огорчался Арон, тем суровее звучали его речи.
– Вы с ним неплохо ладили, правда? – снова спросила Аликс.
– Он был необыкновенным человеком: любил музыку и всегда с удовольствием слушал мою зеруду. Иногда мы разговаривали об истории Дареша, о том, что происходит в провинциях, куда мы идём. Он интересовался этим с детства, с тех дней, когда был мальчишкой и учился разводить дхатл в Белом лесу.
Ни о чём подобном Аликс даже не подозревала. Как удачно, что ей пришло в голову поговорить с Ароном.
– И какого мнения придерживался Эннобар? Какова дальнейшая судьба Дареша?
– Могу сказать, что выбранное направление не всегда казалось ему верным. – На лбу Арона собрались морщины. – Я понятия не имею, откуда взялись эти настроения против полулюдей. Не может быть, чтобы это было связано только с убийством. А Совет уже подумывает о том, чтобы снова лишить их гражданских прав.
– Куда уж лучше.
– А слухи ходят повсюду, нам постоянно приходится вмешиваться в ситуацию. Говорят, полулюди задумали заговор, хотят кровавых убийств людей, которых мы якобы скрыли, чтобы защитить хорьков…
– Безумные фантазии, – сказала Аликс и вздохнула. – Как ты думаешь, Эннобар сделал или собирался сделать что-то такое, из-за чего полулюди на него ополчились бы?
– Не знаю, тани. – Арон сложил руки на груди. – Помню только, что вид у него был подавленный. Что-то его беспокоило.
– И он никогда не рассказывал, что его тревожило?
– Нет. Причин могло быть много. В последние дни он подолгу беседовал с регентшей. Да, он бывал очень настойчив.
– Хм, это что же…
– В то же время, вполне возможно, политика тут ни при чём. Пару раз он сетовал на одиночество, говорил, что пришло время поискать себе пару в Белом лесу. Завести детей.
– Похоже на кризис среднего возраста. – Аликс пыталась понять то, что только что услышала. Однако мысль, что Эннобар в кого-то влюбился, не укладывалась у неё в голове.
А вот разговоры с регентшей странными не показались. Напротив, ведь он был её самым важным посредником, скажем прямо, её голосом. Аликс очень надеялась, что разрешение на аудиенцию она получит как можно скорее.
– А какого Эннобар был мнения о новичках в Совете? К примеру, что он говорил об Уджуне, из Гильдии Воды?
– Мне показалось, что он и восхищался ею, и опасался её.
Аликс подняла брови. Тавиан высказался об этой женщине примерно так же.
Однако Арону, похоже, не хотелось говорить об Уджуне.
– Знаешь, что меня больше всего поражало в Эннобаре? Он был одним из тех немногих, кого власть развратить не может. Занимая один из самых важных постов в Скальном замке, он был готов в любой момент покинуть его, если бы это пошло на благо Дарешу. Трудно поверить в случившееся, не правда ли?
– К сожалению, именно этим он и отличается от большинства людей, – сказала Аликс и вздохнула. – Большинство хочет власти, как можно больше и быстрее. Почему? Для меня загадка. Власть приносит вместе с собой много работы, хлопот и бессонных ночей.
