- Да, - кивнула Гермиона, - отношение все равно покровительственное. И эти намеки, что советы опытных людей лишними не бывают… Гарри всю жизнь без их советов обходился, думаю, и впредь обойдется. А если что-то такое и понадобится, то у нас есть опытные юристы.
- Согласен, - Марчелло позвал домовиков и приказал подать пирожные, - ну надо же! Назвать Гарри обслугой! Или они считают, что он обычный портной? Кому скажи! Сам принц Боргезе относится как к ровне, как и другие аристократы, а какая-то дама, которую мы все впервые в жизни увидели, выдает такое. Неужели в Англии нет никого такого как Гарри? В жизни не поверю.
- У магглов есть, - ответила Гермиона, - а вот у магов нет. Пара ателье, одно для всех, а второе более дорогое. Но и там, и там предлагают мантии. Есть еще магазин в деревне рядом с Хогвартсом. Никакого разнообразия. Сам видел, как они одеты. И как смотрели на Маддалену и Агнешку. Да и на меня тоже.
- Тебе пойдет платье как у синьоры Аньезе, - сказал Марчелло, - уверен, что скоро все наденут что-то похожее. Это китайское?
- Да. Очень красиво. Пожалуй, стоит заказать.
Марчелло на мгновение нахмурился.
- Мне показалось, что на тебя эти англичане посматривали с некоторым подозрением. Все-таки считают какой-то там шпионкой? И ты заметила, как они напряглись, когда Аньезе вспомнила про ритуалы черной магии для зачатия? Как думаешь, они могли что-то такое провести? Ведь раз Гарри внук этого Чарльза Поттера, то сын у него все-таки родился.
- Сын родился, - медленно проговорила Гермиона, - подожди, мне нужно вспомнить… Да, Гарри говорил… И я еще слышала… Точно! У Поттеров очень поздний ребенок, поэтому они избаловали его до безобразия. Сами они внезапно умерли якобы от драконьей оспы, а родители Гарри умерли совсем молодыми. Их убил Волдеморт из-за пророчества. Я тебе рассказывала об этом.
Марчелло кивнул.
- И у Блэков старший сын ровесник отца Гарри, - продолжала Гермиона. - Он попал в тюрьму, потом упал в Арку Смерти. Младший сын погиб совсем молодым. Как там сказала Агнешка? Именно после этого в разговоре появилась напряженная пауза.
- Что она ни разу не слышала, чтобы после этих ритуалов получилось что-нибудь приличное, - сказал Марчелло. - Подожди-ка… Ты хочешь сказать, что в бывшей твоей реальности эти люди провели те ритуалы, поэтому все и пошло наперекосяк? Вот это да!
Они удивленно взглянули друг на друга.
- Ничего про эти ритуалы не знаю, тут нужно Агнешку спрашивать, - сказала Гермиона, - но получается именно так.
Марчелло покачал головой.
- Мне это не нравится, - сказал он.
Гермиона медленно кивнула. Такое не могло понравиться никому.
- Блэки – очень старая семья, - сказала она, - я помню, как бывала в их доме, нас туда Сириус – крестный Гарри – приглашал. Всяких темных артефактов там хватало. Причем в свободном доступе. Шкатулка эта усыпляющая, б-р-р-р… Представляешь, на буфете стоял большой запаянный сосуд с человеческой кровью.
Марчелло удивленно поднял брови.
- Серьезно? Они точно ненормальные.
- Вальбурга Блэк испортила родовой гобелен. Выжигала тех членов семьи, кто ей не нравился. Один был сквибом, второй хорошо относился к магглам и оставил наследство Сириусу. Еще свою племянницу выжгла за то, что та вышла замуж за магглорожденного. И старшего сына за непокорность. Знаешь, она родила двух сыновей, у нее было три племянницы, но они часто женились на родственниках. Ее муж – ее троюродный брат. Это ведь опасно, могут родиться больные дети. Может, она проводила какой-то ритуал, чтобы этого избежать? Даже думать об этом не хочу, еще ночью приснится.
- Родовой гобелен? – удивился Марчелло. – Это артефакт, который показывает всех членов семьи? Такая вещь не у всех есть, только у по-настоящему старых семей, где было много поколений сильных волшебников. Слушай, я уже ничего не понимаю. Как можно портить такую важную вещь? Это же память и гордость.
- Может быть, перед смертью с ума сошла? – предположила Гермиона. – Я ее портрет помню. Он так орал. Представляешь, малейший шум в прихожей, тут же распахиваются занавески, скрывающие портрет, и начинается крик: «Предатели крови! Грязнокровки! Вон из моего дома!». Снять портрет было никак нельзя, прикрепили заклинанием вечного приклеивания. Задернуть занавески получалось только у Сириуса.
- Такая вся из себя важная дама и так орала? – спросил Марчелло. – Точно сошла с ума. И портрет писали уже с сумасшедшей. Мне не по себе. Сперва этот аврор, Гарри своих родичей психами называет, теперь эта синьора. Просто нашествие ненормальных. На всякий случай усилю защиту.
- Да, - согласилась Гермиона, - ты совершенно прав, это нужно сделать. Я тут подумала, что Поттеры вполне могут знать родственников той женщины, за которую меня приняли, поэтому и поглядывали.
- Очень может быть, - кивнул Марчелло, - пора ложиться спать. Завтра помолвка у Гарри и Орнеллы, не хотелось бы принимать бодрящее зелье.
- Тут впору зелье сна без сновидений принять, - вздохнула Гермиона, - от таких мыслей точно не заснешь.
