Капитан внимательно всматривался в очертания берега. Перед ним простиралась низменная местность с песчаными дюнами и отмелями. Места опасные и капитан постоянно находился около рулевого, всегда готовый подать нужную команду.
– Что за мыс слева по курсу, капитан? – спросил Диего, показав направление.
– Мыс Умбрия, сеньор. Пройдём его и справа по борту можно в подзорную трубу увидеть разрушающийся и затопляемый город Палос.
– А чем он знаменит? – спросила Ильда, обернувшись.
– Это из того порта Колумб вышел в своё первое плавание и открыл Новый Свет, сеньора. Когда-то был очень оживлённым портом. Сейчас захирел. Вот сравняемся с устьем Рио-Тинто и можно посмотреть. А скоро будет монастырь Рабида. Тоже знаменит тем, что его настоятель всячески поддерживал Колумба и продвигал его замысел перед их высочествами.
Через час вошли в реку Одьель, миновали песчаный островок и впереди, мили за две, можно было увидеть мачты судов и строения Уэльвы. Этот порт продолжал жить бурной жизнью, уступая, конечно, Севилье, но все же был одним из оживлённых на юге Испании.
Довольно быстро нашли место у причала и пришвартовались. Никакого особого груза на судне не было, и таможенники быстро сошли на берег.
– Итак, капитан, – молвила Ильда решительно. – Будем искать покупателя на наше судно, и искать другое, побольше. От вас многое будет зависеть.
– Буду стараться. Испанский я знаю достаточно. И даже знакомый должен где-то здесь околачиваться. Вдруг поможет с бумагами.
Однако прошло два месяца, а подходящего судна так и не нашлось. Ильде удалось продать «Эсперансу», а поиски нового продолжались.
Лишь ещё через две недели удалось найти приемлемый вариант. После упорных и длительных торгов судно перешло в собственность Ильды. Диего отказался от предложения записать его на себя.
– Не смеши меня, Ильдита! – усмехался он. – Деньги твои и судно твоё. А я лишь твой супруг.
– Всеми средствами мы владеем совместно, дорогой мой строптивец! Так я решила и так будет! И перестань капризничать, словно ребёнок!
Он скорчил гримасу, передразнивая супругу, но промолчал. Спорить с ней было бесполезно, когда она уже решила всё сама.
– Капитан, вы уже знакомы с судном и теперь стоит подумать о команде. Прошу набрать необходимое число и подготовиться к переходу в Фаро. Там я подготовлюсь к плаванию на север. Надо завершить дела в Сетубале и Лиссабоне.
Поманила Диего и сказала ему: – Тебе есть задание, милый. Пока я буду завершать свои дела на севере, ты останешься в нашем милом сердцу городке Синиш и построишь там часовню в честь нашей там встречи. Деньги я уже приготовила и это дело надо закончить недели за две. Больше мне не понадобится времени. Будешь ждать меня там, если я задержусь. И не возражай! Я так решила и ты должен меня слушать, мой верный рыцарь и защитник.
Диего злился, спорил, даже ругался, но Ильда стояла на своем, и слушать мужа не хотела. Ему пришлось согласиться.
В Фаро они намеревались простоять не больше двух недель. Закупали провиант, который здесь был дешевле, проводили дополнительный набор матросов и укрепляли некоторые детали корабля, готовя его к дальнему океанскому плаванию через Атлантику.
– Ильда, в столице тебе необходимо будет найти суда, с которыми мы смогли бы пересечь океан. Одним идти очень опасно. Пираты ещё бесчинствуют в тех водах. До Кубы такое не удастся найти, но хотя бы до Барбадоса. Дальше вместе поищем сопровождение.
– Это будет сложно, Диегито. Но я буду искать. И капитан мне тут должен оказать большую услугу. Ему легче в этом договориться.
В Фаро все жители с интересом, любопытством наблюдали приготовления к походу такого большого судна. Такие редко заходят в порт. Торговцы с радостью взялись снабдить всем необходимым судно и работа кипела.
– В Сетубале загрузимся мускателем. В Вест-Индии его мы продадим с хорошей прибылью, – говорила Ильда, а Диего удивлялся её коммерческим наклонностям и умением здраво предвидеть события.
– Ты там разузнай, какой товар наиболее ценится в тех землях, – советовал Диего. – Загружаться надо только ценным грузом. С вином ты хорошо придумала.
Неожиданно Диего заметил, что Мелиса все настойчивее проявляет к нему повышенный интерес. И вскоре между ними состоялся разговор, который не понравился Диего, возбудил некоторое любопытство и юные мечты.
– Ты думаешь, о чем говоришь, что затеяла, Мелисита? – Диего даже оглянулся в поисках посторонних ушей.
– Ты же не будешь утверждать, что все эти годы у тебя не было близости с женщинами. Или?..
– Нет, не буду! Но после знакомства с Ильдой у меня ни одной женщины не было. И я не хочу для себя лишних неприятностей. Ты не знаешь Ильду! Она легко узнает, что между нами произошло, не дай Бог это случится!
– Это легко устроить, милый мой Диегито! Я ведь так и не забыла тебя…
– Тебя можно понять, но я сильно изменился. К тому же я сильно влюблён в свою жену, и изменять ей не намерен!
– Разве я так много прошу, любимый? Позволь хоть отвести душу! Мужа я не смогла полюбить, а это так тоскливо, так горестно…
– Прекрати говорить глупости, Мелиса! – строго запротестовал Диего. – И не рассчитывай, что ты сможешь меня уговорить.
Он ушёл, весьма раздосадованный. Но вечером голова вдруг восстановила весь разговор с Мелисой, а воображение всколыхнуло его юные вздохи и жажду обладания этой девушкой. Сейчас она ничуть не стала лучше, но в сознании Диего ему показалось, что вернулись юные грёзы, влюблённость и волна желания нахлынула на него. Он глянул на Ильду. Скептически усмехнулся, подумав: «Боже! Разве можно их сравнить? Мелиса просто дурнушка в сравнении с Ильдой. И все же интересно сравнить её в… постели. Однако скрыть это будет весьма трудно, почти невозможно. А вдруг?»
Он легко коснулся губами её щеки, получил в ответ едва заметную улыбку. Это вернуло его к реальности и здравому смыслу.
И все же настойчивость Мелисы возымела успех. Диего опять и с всё большим сознанием неотвратимого, склонялся к принятию её предложения.
– Мелисита, это может сильно нам повредить, – пробовал он отвоевать хоть что-то для себя.
– Я все продумала, любимый. Я так давно тебя хотела, что теперь, когда у меня не осталось ничего, что меня сдерживает, я готова и желаю отдаться тебе! Ведь ты уезжаешь скоро, а я так и останусь даже без мечты, без того, что может скрасить мою никчёмную и серую жизнь. Уступи, я уверена, что ты будешь доволен и оценишь мою любовь.
Через два дня они оказались в постели её подруги. Никто об этом не мог знать, даже подруга. Они вроде бы случайно там встретились.
Дома служанка ушла к родственникам и вернётся лишь к вечеру. Как и муж дон Паскуал.
Мелиса спешила испить чащу сладостного нектара. Одежда уже валялась на полу, и она страстно приникла к Диего в жёстком поцелуе, который ей так и не пришлось испытать по-настоящему в юности.
– Боже! Как я счастлива! – шептали её губы, лаская его тело и увлекая к кровати. – Я так долго мечтала об этом мгновении, любимый мой Диегито! Возьми меня всю, я буду только вечно тебя благодарить за это! Ну же, дорогой!..
Они слились в едином страстном порыве. Далёкая юность всколыхнула в них романтические струны, и они отдались друг другу без оглядки на возможные последствия, но всё же Диего легко контролировал себя. В голове нет-нет да мелькнёт страх перед разоблачением. И это охлаждало его пыл.
Он отказался от продолжения и заявил Мелисе:
– Так больше не может продолжаться, Мелиса. Это очень большой грех и я не хочу погрузиться в него вторично! Прости, но я пойду!
– Разве ты не получил самого большого наслаждения, любимый? Я была без ума от твоих ласк… Скажи, что любишь меня по-прежнему!
– Сожалею, Мелиса, но обрадовать тебя не могу. Не могу лгать, особенно в такие минуты. Я люблю Ильду, и ты с нею не идёшь ни в какое сравнение. Ты обыкновенная простушка, хотя и откровенно нежная и старательная. Прости!..
Она помрачнела, а Диего торопливо одевался, стараясь не глядеть на свою бывшую любовь. Мелиса была мрачна и тоже не глядела на Диего.
– Мелиса, я прошу, требую, что бы ты ничего никому не говорила. А с Ильдой я сам поговорю. Она должна меня понять.
– Ты ей признаешься?! – ужаснулась Мелиса, и слезы показались на её ресницах, застилая обзор. – Неужели нельзя скрыть?
– Она все равно узнала бы и без меня. Поэтому я сам должен всё ей рассказать и попросить прощения. И я это сделаю. Скрывать не стану. А ты молчи. Тебе здесь жить, и будь осторожна.
– Ты странный человек, Диего. Но неужели твоя жена настолько хороша?
– Она бесподобна, Мелиса! У меня достаточно было женщин, но ни одна даже приблизиться к ней не могла. И я надеюсь, что она простит меня.
– Почему ты так думаешь?
– Чувствую! И ещё есть одно, но тебе лучше не знать. Это наше дело. Во всяком случае, трудно поверить, что такая молодая женщина смогла бы удержать свору соискателей её тела на расстоянии. В это просто трудно поверить.
– Боже! Ты так спокойно об этом говоришь! И не пытаешься разузнать?
– Даже не хочу, Мелиса. К чему мне это? Мы любим и нам очень хорошо вместе. А у супругов всегда могут случаться вот такие незначительные измены, как у нас с тобой.
– Для меня это не незначительное, Диего! Для меня очень даже значительно то, что только что произошло. И я буду помнить об этом всю жизнь. Иди!
Он не попрощался. Ему было муторно, но не от измены, а от скорого разговора с Ильдой.
Его мрачное настроение Ильда тотчас заметила, пристально на него взглянула и, помолчав, спросила:
– Сам поведаешь, что случилось, дорогой?
– Потому и настроения нет, Ильдита. Должен признаться, что я совершил непростительный и подлый поступок. И мне трудно начать о нем говорить.
– Мелиса? – почти спокойно спросила она.
Он не удивился. Лишь согласно наклонил голову.
– Так случилось, Ильда. Я очень виноват, но не смог устоять против её домогательств. И эта юношеская любовь вдруг вспомнилась… Я очень виноват!..
Она долго молчала. Лицо её закаменело и ничего не выражало. Глаза уставились в одну точку. Диего знал, что это всегда бывает перед бурей в её груди, и ждал этого с замиранием сердца.
– А знаешь, Диего? Я ждала этого. Даже удивляюсь, что произошло так достаточно поздно. Видимо, она посчитала, что времени у неё осталось слишком мало, и она заторопилась. Или я ошибаюсь?
– Скорее нет, Ильда, – покорно ответил он, потупив голову.
– Я могу понять тебя, и ты возвысился в моих глазах, не став ничего скрывать и выдумывать. Ты молодец и я со временем тебя прощу. Но сейчас прошу ко мне не прикасаться. Ты можешь меня понять?
– Я тебя прекрасно понимаю, Ильдита! – с жаром воскликнул Диего и благодарно смотрел в её почти черные глаза, погрустневшие и без блеска. – Ты необыкновенная женщина! Я боготворю тебя, Ильдита! – Ему хотелось броситься к ней, но не посмел, помня её предупреждение.
И до самого выхода в море они не общались. Лишь перебрасывались незначительными замечаниями или короткими словами. Оба страдали по-своему. Диего опасался, что Ильда начнёт мстить Мелисе. Но та, словно угадав его мысли, что вполне было возможно, сама сказала уже на борту:
– Не надо думать, Диего, что я бездушная тварь. Я даже не подумала о мести. Пусть живёт воспоминаниями о тебе, и той минуты счастья, которое посетило её. Видимо, она долго ждала этого момента. Пусть это скрасит ей её тоскливое существование. Мир!? – повернула она своё лицо к нему, и они обнялись, не обращая внимания на матросов, жадно глазевших на эту счастливую пару.
Судно стало на якоря в бухте городка Синиш. Ильда была взволнована, и в глазах, устремленных на Диего, можно заметить беспокойство и неуверенность.
– Диего, я тебе оставлю лишь одного твоего негра Джамбо. Остальных беру с собой. Жди меня недели через две. Но могу и задержаться.
– Тебе не грозит там опасность? – спросил Диего озабоченно, и Ильда поняла, что он имеет в виду.
– Ты ведь много со мной работал на борту, Диего. Я уже прилично стреляю из пистолета, владею немного шпагой и кинжалом. Не зря ведь я часто наряжаюсь в мужской наряд. К тому же со мной будут два матроса, Хуан и Висенте. Сам учил их охранять меня. У меня в кармане и ещё есть кое-что…
– Постарайся не сильно волновать меня, любимая! Мне будет тоскливо одному. Две или три недели – очень много для меня. Да и часовню за такое время не построить.
– Главное, начать и оставить деньги на окончание её, – заметила Ильда. – До скорого свидания, дорогой мой! Мы уже немного привыкли к расставаниям. На этот раз оно не будет столь длительным.
Диего не отрываясь, смотрел из шлюпки на удалявшееся судно. Скоро она замахала вёслами в обратном направлении, и Диего стоял до тех пор, пока на мачтах не развернули реи. Паруса наполнились ветром, судно неторопливо пошло к океану, выходя из бухты.
– Джамбо, пошли искать пристанище на ночь, – Диего взвалил тяжёлый мешок на плечи, Джамбо другой, и оба пошли по знакомой улочке к постоялому двору.
– Сеньор, мы опять в Америку пойдём? – спросил негр озабоченно.
– Пойдём. Дождёмся сеньору и пойдём. А что ты хотел?
– Если честно, сеньор, то мне страшновато туда возвращаться. Рабу там уж очень плохо. Все его стараются терзать и унизить.
– Тебе это не грозит, Джамбо. Ты будешь у нас работать маленьким начальником. Пока будем идти туда, ты будешь учиться грамоте. Если научишься читать и писать за это время, то место я тебе обязательно предоставлю.
– А чем вы станете заниматься, сеньор?
– Там видно будет. Мы с сеньорой посоветуемся и решим. Она хочет остаться в городе, а мне больше нравится в деревне. На земле работать.
– А кто меня будет учить грамоте, сеньор?
– Немного я, немного сеньора и, конечно, Ана. Она уже хорошо читает. Учит сестру, и ты к ним присоединишься. Посмотрим, что за голова у тебя, – и Диего потрепал мальчика по курчавой голове.
С утра Диего отправился к местному падре за советом по поводу строительства часовни. Заниматься этим желания не было, беспокойство постоянно терзало его, и он постоянно думал об Ильде.
Однако вскоре, уже через день, местный епископ удовлетворил просьбу Диего, выделил крохотный участок земли и дал добро на начало стройки.
– Святой отец, а не могли бы вы сами организовать строительство. Деньги на это я вам выделю. А то я ничего в этом не смыслю.
Епископ с готовностью согласился, но намекнул на вознаграждение. Диего не стал упираться и выложил полторы тысячи крузадо.
– Сын мой, вы уверены, что этого хватит?
– Из средств и рассчитывайте строительство, преподобный отец, – ответил Диего, понимая, что тот просто выторговывает для себя сотню монет.
Оказавшись без дела, Диего задумался и стал размышлять, намереваясь самостоятельно отправиться в Сетубал и там встретить Ильду, сделав ей сюрприз.
– Сеньор, сеньора строго вам приказала оставаться здесь и ждать её, – напомнил Джамбо, но Диего не стал его слушать.
– Делать нам тут нечего, а без дела и запить легко, мой друг. Поедем.
– Как бы худа не было, сеньор. Боязно мне ослушаться хозяйку.
– А я что, не хозяин? – возмутился Диего. – Завтра посмотрю, как можно доехать до Сетубала, и поедем.
Прошла почти неделя, как Ильда жила в Лиссабоне. Дела продвигались неторопливо, и она боялась, что к сроку не успеет вернуться. В Сетубале ей удалось продать виноградник, загрузить судно бочками с мускателем и договориться на будущее относительно закупок. Дом Бастиана тоже продала и переехала в Лиссабон.
– Чует моё сердце, что тут у меня начнутся неприятности, – говорила она Ане, уже лёжа в кровати и размышляя.
– Разве дела так плохи, сеньора?
– Что-то мешает мне быстро разделаться с ними. Этот дом никак не могу сторговать. Уже все ценности погрузили на судно, а дом продать никак не получается, и мне сдаётся, что тут кто-то замешан. Может, из старых недоброжелателей? Как считаешь?
– Я ведь ничего о том не знаю, сеньора. Только могу предполагать. Вы лучше в этом разбираетесь, сеньора.
– Лучше, – согласилась Ильда, и добавила: – Зато такое чувство, что мне что-то угрожает. И ты права, полагая, что это старые недоброжелатели. И потому я даю тебе с сестрой задание проверить одну версию.
– А справлюсь, сеньора? – неуверенно спросила Ана.
– Постарайся. Тут нет ничего трудного. Пойдёшь в дома, которые я укажу в записке. Там узнаешь про хозяев, и попробуешь разузнать, кто из взрослых может мне вредить. Попросишься в служанки. Откажут, так ты со слугами постарайся поговорить. Для этого я даю тебе пятьдесят рейсов. На подкуп.
Вечером девушки вернулись усталые и не очень довольные.
– Ну? Что вынюхали, девочки?
– Мало, сеньора, – ответила недовольно Ана. – В одном доме, да и в другом оба хозяина уже умерли. Один совсем недавно. Всего два месяца назад. Другой раньше, но не узнали.
– Это понятно. Дальше что узнали?
– В первом доме узнали, что молодой хозяин очень зол на вас, сеньора. И это всё, сеньора. – Ана понурила голову. – Во втором доме ничего не узнали.
– Во второй дом надо отправиться ещё и завтра, а с первым всё стало ясно. – Ильда с беспокойством задумалась и отпустила девушек.
Раздумья привели её к мысли, что именно первый дом ей угрожает, и с этим надо срочно принимать меры. Какие – она ещё не знала. И сил её оказалось маловато.
– Ана, имей в виду, что именно из первого дома идёт для меня угроза. Если что случится, то будешь знать, где искать меня.
Лицо Аны побледнело от страха, но она промолчала. Вопросы лучше не задавать. Это она точно уяснила.
Ильда старалась не выходить из дома-замка, боясь оказаться в сетях врагов. И удивилась, когда охранник доложил, что её хочет видеть сеньор, весьма богатый, судя по одежде.
– Проводи его сюда, – сказала Ильда и подумала, что это покупатель хочет посмотреть, что покупать.
Солидный сеньор в добротном платье представился, поклонившись:
– Дон Фаусто де Торрейра, сеньора де Фигейреду. Слышал, что вы готовы продать этот дом. Хотел бы поговорить с вами на этот счёт. И осмотреть, если он мне покажется достойным внимания.
– Садитесь, дон Фаусто. Я со вниманием выслушаю вас.
– Слушать пока нечего, сеньора. Я хотел бы осмотреть дом. Потом можно и поговорить, сеньора.
– Тогда без лишних слов прошу следовать за мной, дон Фаусто.
Около часа они медленно ходили по дому, и дон Фаусто внимательно и придирчиво вникал во все детали дома, не желая продешевить. В кабинете он сказал, пригубив вино:
– Очень интересный дом, сеньора де Фигейреду. – Сеньор смотрел на Ильду с заметным интересом. – Это ваш супруг умер недавно и оставил вам большое наследство? Слышал разговоры, простите.
– Да, сеньор. А сейчас я хочу переселиться в Бразилию и избавляюсь от недвижимости. Что вы решили, дон Фаусто?
– Позвольте мне завтра вновь посетить дом. Тогда я вам и дам окончательный ответ, сеньора. Это вас не затруднит?
– Нисколько, – ответила Ильда и добавила: – В какое время вас ждать? Мне не хотелось бы ожидать слишком неопределённо.
– Давайте договоримся ближе к ужину. Часов в пять вечера. Это вас устроит, сеньора де Фигейреду?
Дон Фаусто любезно раскланялся, сделал комплимент хозяйке и ушёл. А Ильда задумалась и вдруг ощутила волну опасности, реявшую от этого сеньора. С волнением тотчас вызвала охранника и быстро сказала:
– Хуан, быстро догнать сеньора и проследить его. Куда пошёл, где живёт, с кем встречается. Возьми Ану. У неё нюх хороший на такие дела. Поспеши!
Когда Хуан вернулся, Ильда с беспокойством пригласила его и Ану.
– Что выяснили? – требовательно спросила она.
– Узнали, где живёт, сеньора, – начала Ана. – Подождали немного и увидели, как он вышел, и вскоре проследили до первого дома, куда вы меня направляли, сеньора. Пробыл там с час и вернулся домой.
– Больше ни с кем не общался, сеньора, – добавил Хуан.
– Молодцы! – воскликнула Ильда, вскочила с кресла и заходила по кабинету. – Вы заработали по золотому. Держите и работайте так же добросовестно.
Когда они ушли, Ильда долго раздумывала. «Этот сеньор должен был много и основательно знать, – подумала она с беспокойством. – Что я могу ему предложить, когда он явится сюда завтра?»
После долгих колебаний, Ильда опять призвала Хуана к себе, осмотрела его внимательно и сказала устало:
– Завтра этот сеньор сюда опять придёт. Ты должен будешь сторожить его и по моему знаку схватить. Это произойдёт довольно быстро – следи за мною. Будь вооружён и наготове. Пусть придёт Ана ко мне.
– Вы хотели меня видеть, сеньора, – появилась Ана и вопросительно смотрела на хозяйку.
– Завтра вы все должны быть наготове и вооружены до зубов. В очаге накалите пруты. Ими вам лучше будет отбиваться, коль появится такая необходимость. Проверь все двери и запоры. И обязательно окна проверить. Все ли решётки на месте, укреплены и как надёжно. Пусть Педро поможет тебе.
Страх обрушился на Ильду внезапно и мощно. Подумалось, что именно тогда, когда они с Диего уже готовы убраться из Португалии, на неё могут навалиться несчастья. А Диего нет рядом!
Ложась спать, она проверила пистолет, положила рядом кинжал, а шпагу спрятала под простыню так, чтобы легко было достать.
Долго не могла заснуть, а потом постучали в дверь и она вздрогнула. Но в проёме стояла Ана. Она спросила:
– Можно я доложу, пока вы не заснули, сеньора?
– Говори. Что у тебя?
– Одна решётка может быть легко отодвинута, сеньора. Кто-то её подпилил. Что прикажете, сеньора?
Ильда поняла, что нападение возможно и ночью. Недаром Фаусто так долго и скрупулёзно все осматривал. Все становилось на свои места – её хотят или похитить, или просто потребовать этот дом, подписав бумагу о дарении. Могут быть и другие варианты, как посчитала Ильда.
Однако ночь прошла спокойно, хотя охрана не спала, сторожа непрошеных гостей. И ближе к пяти часам вечера, все тоже были на ногах и наготове.
У окна, где решётка оказалась подпиленной, сторожили Педро со шпагой и Сарита, находящаяся в соседней комнате, где в очаге калился длинный прут. Оба подрагивали от страха и волнения, но Педро храбрился, держа шпагу наготове.
Дон Фаусто пришёл с пожилым мужчиной, что нёс саквояж. Тут же пояснил:
– Это нотариус, донна Ильда. Я надеюсь сегодня оформить сделку и пусть нотариус тут же всё сделает. Это вас устроит?
– Вполне, дон Фаусто. Деньги можете показать?
Фаусто заколебался, показывать стеснялся, но Ильда настаивала. Тогда тот достал мешочки из кошелей, висящих на поясе, и развернул их. Золото сверкнуло в свете трёх свечей. Света в кабинете было мало из-за зашторенных окон.
– Приступайте, сеньор, – кивнула она нотариусу. Покосилась на штору, за которой стоял Висенте, ожидая знака или сигнала Ильды.
Пока нотариус доставал чернильницу, точил и осматривал перья, вдали послышался шум и сердце Ильды похолодело. А Фаусто выхватил кинжал и бросился к Ильде, направляя клинок ей в шею. Проговорил дрожащим голосом:
– Сеньора, не сопротивляйтесь! Прошу вас! Я вынужден так поступить!
С бледным лицом, Ильда медленно поднялась, сторожа бросок Фаусто. Рука её под столом сжимала эфес шпаги. Она проговорила, волнуясь:
– Что это значит, дон Фаусто? Вы грабитель?
– Повторяю, сеньора! Я вынужден!.. Не надо волноваться. Вы подпишите дарственную и мы удалимся. Обещаю вам, что никто не тронет вас. Но что это за шум, сеньора? – Фаусто сам дрожал от страха и напряжения. Он потерял выдержку и Ильда сумела выбросить шпагу навстречу.
– Бросай кинжал, подонок! Висенте, скрутить его!
Матрос выскочил от окна, ударил шпагой по руке Фаусто и тот с воплем выронил кинжал. Но в это время в комнату ворвались два бандита с кинжалами и бросились на Висенте с Ильдой. Она успела проткнуть Фаусто и отбить руку бандита. Висенте сражался со вторым. Против шпаги бандит оказался бессильным и отступил к двери. Та была открыта и в ней показалась окровавленная физиономия Сариты. Темно-красный прут с шипением вошел в бок бандита и ужасный вопль боли и ужаса потряс дом. Другой бандит оглянулся и получил от Ильды укол в бедро, пронзивший его почти насквозь. Шпага выпала из рук Ильды и та в ужасе отступила назад и упала, споткнувшись о ножку кресла.
Нотариус сидел под столом и тихо выл, защищая голову листом бумаги. Чернила капали на него из пролитой чернильницы. Фаусто нигде не было видно.
Хуан с окровавленной грудью вошёл в кабинет, бледный и злой. Взглянул на два лежащих тела.
– Где тот сволочной Фаусто? Мы его упустили! Проклятье! Ускользнул! Сеньора, вы целы?
– Цела, а вот у тебя что на груди? Ранен?
– Наверное, сеньора. Саднит, но терпимо. Сарита, что с тобой? – он обернулся и с удивлением наблюдал, как девушка стоит на коленях и её выворачивает от рвоты. Кровь сочилась из разбитой головы, но она этого не чувствовала.
– Попей воды! – крикнула истерично Ильда и поднесла дрожащей рукой кружку к губам Сариты. Где Ана! Я её не вижу!
Шатаясь, вошла Ана и тут же поспешила к сестре.
– Где ты шляешься? – накинулась Ильда на служанку. – Сестру чуть не убили, а тебя нигде нет!
– Сеньора, я… не могу… Ана говорила через силу и вид её вызывал настоящий ужас.
– Да что с тобой?! Говори и не распускай слюни! Сейчас всем плохо!
– Сеньора, я… проткнула ему глаз!
– Кому проткнула? – спросила Сара и посмотрела на сестру.
– Он бросился меня насиловать, сеньора! А я ему… в глаз пальцем! – и показала окровавленный палец, который боялась даже вытереть.
– Ну и отлично! Так ему и надо! Он успел?
– Нет, сеньора! Но я так испугалась! Пальцем!..
– Чего ты его держишь? Иди сполосни и успокойся! Где он, твой ухажёр? – уже переходя на более раскованный тон, спросила Ильда.
– Я не знаю, сеньора! Он с воем откатился, а я вскочила и побежала сюда!
– Висенте, сходи посмотри. Вдруг где затаился её ухажёр! – слегка скривила губы в усмешке Ильда. – Хуан, ты с Висенте мне будете нужны вскоре. Пусть все немного успокоятся. Принеси вина и напои всех! Не помешает. Где наша баба, что здесь прислуживает кухаркой? Найти и привести сюда! Ана, хватит причитать! Пора делом заняться. Ничего страшного не случилось. Выбросите этих раненых подальше. Лучше через окно вниз!
Висенте принёс малый бочонок вина и разлил по кружкам и фужерам. Ильда всех заставила выпить для бодрости.
Немного успокоились, но напряжение ещё не прошло.
– Ана, бери сестру, собери все мои и свои вещи. Мы скоро уезжаем на судно. Висенте, ты с Хуаном должны спалить те два дома, куда вы ходили. Если получится, то я даю вам по сотне монет. Потом возьмите лодку – и на судно. Карету и коляску с лошадьми можете продать. Деньги потом мне покажете. Где же та баба? Ага, вот она. Где шлялась, старая?
– Сеньора, я так испугалась, что забилась под стол в кухне! Простите!
– Только не выть, собачья дочь! Мы скоро спалим этот дом, а ты выбери для себя или для продажи всё, что пожелаешь и выноси подальше, а то сгорит. Потом иди на все четыре стороны. Ты мне больше не нужна. Не вой, сказала!
Ильда нащупала ногой под столом нотариуса. Приказала вылезать, тот от ужаса готов был обделаться и весь дрожал, сотрясаясь и икая.
– Какого чёрта ты тут сидишь, старая борода? Где деньги?
Он хотел что-то сказать, но язык его не слушался. Он поднял с пола два кожаных кошеля и положил на стол. Лицо его было в чернилах, как и часть одежды. Вид был жалким.
Ильда встряхнула кошели, взвесила на руках, проговорила без волнения:
– Полторы тысячи будет? – смотрела вопросительно на нотариуса. Тот лишь смог утвердительно кивнуть головой. – И то деньги! Раненых обыскали? – спросила Ильда, взглянув на матросов.
– Вот, сеньора, – протянул Хуан ей горсть золота. – Двадцать монет.
– Боже! Я так дёшево стою? Это настоящее оскорбление! Идите и отомстите за меня, а деньги ваши. И всё, что выручите от продажи. Можете выбрать ещё что-нибудь ценное. Жду вас на борту не позже полуночи. Мы уходим на рассвете. Так что не опоздайте. Кстати, лошади тоже очень дорогие, не продешевите.
Она помолчала, оглядывая перепуганных людей. Матросы ушли, а она вдруг с яростью закричала, вскочив:
– Чего стоите?! Вон из кабинета! Лодыри! Готовьте карету к отъезду на судно. В сумерках выезжаем! Остался час времени! Вон!
Первым выскочил нотариус, за ним сёстры и баба-кухарка.
В кабинете повисла гнетущая тишина. Ильда устало опустилась в кресло. Слезы полились по лицу, рыдания сотрясали её крупное тело. Она никак не могла остановиться и не сдерживала себя.
Через четверть часа она успокоилась, выпила ещё вина и задумалась. В доме издали слышались какие-то звуки, но она их не слышала. Мысли были далеко.
– Боже! Как мне было страшно! Как я смогла так продержаться? Диего говорил, что такая смертельная драка всегда страшна. Я не верила. Теперь знаю! – Она говорила тихо, но слова отзывались внутри успокоительным бальзамом. Становилось легче, спокойнее и увереннее.
Встала, чувствуя смертельную усталость и вялость после столь бурных минут схватки. Увидела на ковре следы крови и содрогнулась. Стало опять страшно, но длилось это недолго. Выглянула в окно. Там сёстры с помощью кухарки запрягали лошадей в карету. Им нехотя помогали матросы. Коляска уже ждала их, нагруженная какими-то узлами. Ильда усмехнулась. Но не зло. Просто так, без мысли или повода.
Оглядела кабинет, прикидывая, как лучше подпалить дом. Стала сооружать из лёгких вещей кучу, понимая, что это за неё никто не сможет сделать. Все заняты другими делами, а людей совсем мало. Вспомнила Диего и пожалела, что его нет рядом. Так захотелось прижаться к нему всем жаждущим телом, ощутить его тепло и любовь.
Скривила губы, вспомнив его признание в измене. Подумала беззлобно: «Всё ж Диего честный и надёжный человек. Но меня подозревает. Не буду ему ничего говорить. Пусть не переживает. Сердце моё ему никогда не изменяло. Как и его? Будет ли так всегда?»
Ильда прошла в другую комнату и там устроила кучу, побросав туда огарки свечей и ворох постельного белья. Появилась Сара и с удивлением уставилась на хозяйку. Ильда спросила буднично, спокойно:
– Тебе чего? Все уложили?
– Ещё нет, сеньора. Может, мы что забыли? Не будете смотреть?
– Нет, Сара. Лучше помоги мне. Я одна не справлюсь со всем. А надо поспешить. Оружие собрали?
– А нужно, сеньора?
– Обязательно! Как без него после того, что произошло? Собирай! Всё!
Карета выехала в густых сумерках. Ильда оглянулась и с трудом заметила в окнах чуть видный свет разгоравшегося пожара. Тронула Сару в спину, молвив:
– Погоняй, а то могут застать вблизи!
Пара лошадей скорой рысью побежали к городу. До порта было не менее получаса такой езды.
Минут через десять быстрого бега лошадей перевели на шаг, и теперь карета неторопливо катила, грохоча колёсами по неровной мостовой. Мимо проплывали уже дома богатых и знатных людей.
– Через центр ехать не надо, Сара. Сворачивай влево. Так быстрее.
Лошади остановились в пяти шагах от плескавшейся воды. Огни корабельных фонарей уже светились в бухте. Два судна стояли у стенки, грузчики бегали по качающимся доскам трапа, грузя товар.
– Нам необходимо нанять большую лодку. Сара, твоя сестра ещё не пришла в себя, займись. Вот тебе деньги. Особо не транжирь. Выставлять богатство не стоит. Ты меня поняла?
– Да, сеньора, – коротко ответила девушка и тотчас пошла по пристани.
– Сеньора, – тихо и с боязливыми тонами в голосе спросила Ана, – как вы ничего не боитесь? Я до сих пор дрожу и всего боюсь.
– Я тоже боюсь, Ана. Вот сейчас так страшно, что появится кто-то и нападёт на нас, отнимет всё и ещё изобьёт. А мы и сопротивляться не сможем.
– Я же видела, сеньора, как вы вели себя в кабинете!
– Это мой долг, Ана. Я в ответе за всё и всех, и должна быть твёрдой и решительной. А на самом деле мне было смертельно страшно и я едва сдерживалась, чтобы не зареветь. И, знаешь, я нарочно вас всех прогнала, чтобы поплакать, и это мне дало облегчение.
– Никогда бы не подумала, сеньора! – воскликнула Ана и боязливо оглянулась. Она переживала за сестру и заметила: – Сара совсем не такая, сеньора. Она и на улице дралась, даже с мальчишками. Смелая и резкая. А я настоящая трусиха. Потому меня дома все и били, и заставляли больше всех работать.
– Может быть, – протянула Ильда и поправила пистолет и шпагу. – Приготовь-ка свой пистолет, Ана. Кто-то подходит, а света слишком мало.
– Это Сара, сеньора! – радостно воскликнула Ана.
– Сеньора, вот лодочник. Он согласен перевезти нас на судно, – Сара говорила смело, решительно, в голосе слышалась гордость.
– Ты сможешь организовать погрузку нашего багажа? – спросила Ильда и протянула моряку золотой.
– Вы очень добры, сеньора! – отозвался тот. – За такие деньги я вам море выпью! Можно начинать?
– Погоди! Лодка далеко?
– Сын подгонит через минуту, сеньора. Он видит ваш фонарь.
– Ана, Сара, вы берите вот эти сумки и держите их при себе, – тихо сказала Ильда. Сама тоже прихватила тяжёлую сумку. Там были драгоценности и деньги. – До самого судна смотрите за ними и не выпускайте из рук.