Прошло с неделю, и под вечер в калитку дома постучал усталый всадник, держа заморённую лошадь в поводу.
– Мне срочно сеньора д’Арбаледо, – сказал тот конюху, что вопросительно смотрел на запылённого гонца.
Конюх мотнул головой, приглашая входить.
– Я доложу, – бросил конюх и исчез за дверью. Появился скоро и сказал: – Хозяин ждёт, проходите. Я провожу.
Диего сразу понял, от кого гонец. Отослал конюха и тут же спросил:
– Говори быстро, что привёз!
– Сказать мне нечего, сеньор. Вот письмо, в нем всё написано. Я всё равно не умею читать. Тот сеньор сказал, что вы мне заплатите, сеньор.
Диего молча принял замусоленный пакет, порылся в мешочке и протянул пять песо золотом. Спросил вроде бы безразлично:
– Хватит? Или тебе мой человек тоже заплатил?
– Только рейс на дорогу, сеньор. Но вы всё оплатили сполна, как мне и было обещано, сеньор. Я могу идти? Устал ужасно, я и конь едва держимся на ногах.
Диего махнул рукой, отпуская гонца. Позвал Ильду и, дождавшись её, сказал:
– Пришло послание с востока, Ильда. Прочтём вместе.
Ильда села в кресло, ожидая слушать, но Диего сам про себя прочитал и передал Ильде.
– Прочти сама, а я подумаю и впитаю. Ты была права. Он там, на востоке. В письме говорится о месте проживания Херардо, о его предварительных и ещё не точных планах. Советуют быстрее приехать.
– Тут ничего не говорится о его планах, но можно догадаться, что Херардо собирается поскорее покинуть остров. Тебе стоит поторопиться, Диего.
– Выйду в море рано утром. Матрос уже готов, а я постараюсь к следующему утру быть на месте. Ты тоже собирайся и не тяни с этим.
Часа в четыре утра Диего был уже в порту и поднял матроса, торопя с выходом в море. И через два часа яхта уже скользила по морю на восток, используя слабый боковой ветер.
– Нам надо быстро попасть в Лукильо. – Диего вопросительно глядел на пожилого матроса в возрасте лет пятидесяти. – Ты бывал там?
– Приходилось, сеньор. Это совсем близко. К вечеру обязательно будем на месте. Пройдём мыс Сан-Диего и увидим городок. Он крохотный – всего две небольшие церкви, если не построили за последние годы третью. Там все друг друга знают, сеньор.
– Я был только в Фархадо, – заметил Диего.
– Фархадо намного больше, сеньор. И что вас туда гонит? Это скорее деревня, чем городок. И сотни домов не насчитать.
Эти сведения обеспокоили Диего. В таком месте трудно скрыться от испуганного Херардо. И Диего пожалел, что не захватил с собой своих реквизитов.
И ещё подумал, что хорошо, что придём в деревню вечером. Лучше в темноте, когда жители уже сидят по домам и готовятся ко сну.
– Скажи, а из той деревни часто можно уйти на судне в сторону Багам или ближних островов? – Диего не отрывал глаз от моря и далёкого берега, тянувшегося по правому борту.
Вспомнил старый катамаран, на котором они с сеньором Флоресом шли в Макао. И пожалел, что не догадался построить похожий катамаран для быстрого перехода в любое место на побережье.
Всё же мыс Сан-Диего прошли уже в сумерках, а до Лукильо оставалось ещё почти час хода. Тем более что за мысом ветер стал крепчать и на три-четыре румба повернул ближе к попутному.
– Можно высадиться подальше от людного места? – спросил Диего матроса.
– Как скажете, сеньор, – ответил матрос. – Тут всюду мало людей.
В ночной темноте, слегка освещённой последними полосами светлого горизонта, яхта пришвартовалась к причалу. Никого поблизости не было заметно. Деревня словно вымерла. Несколько больших лодок покачивались в бухте, дёргаясь на якорных тросах.
– Ты можешь уйти куда-нибудь дней на пять? – спросил Диего матроса.
– Как скажете, сеньор. Тут в трёх часах дальше есть маленькая деревушка. Можно там побыть.
– Есть тебе одно задание, – продолжил Диего. – Каждый вечер в это время ты должен будешь приходить сюда, и ждать меня. Если я не приду, подождёшь с час и уходи к себе. Ты все уразумел?
– Что ж тут не понять, сеньор. Всё сделаю, не сомневайтесь.
– Я пошёл искать пристанище, а ты можешь уходить. Здесь тебе нельзя оставаться, – Диего понимал, что его яхту Херардо мог узнать и принять меры.
Диего проследил, как яхта отвалила и стала удаляться на восток. Вскоре она пропала в темноте ночи, а Диего пошёл по подъёму к хижинам деревни. Тяжёлый мешок взвалил на спину, и, оглядываясь по сторонам, вошёл в район первых хижин. Присел на плоский камень и стал раздумывать. Надо было немедленно изменить внешность. И ничего не придумал, как подложить под спину скомканную рубашку, сгорбиться. Потом с трудом срезал ножом усы и бородку, превратившись в неряшливого искателя пристанища и дармового хлеба. Шляпу надвинул на лоб и попробовал прихрамывать. Это далось легко. В таком виде он толкнулся в четыре хижины и с большим трудом уговорил очередного хозяина пустить его переночевать.
– Я заплачу! – уверял Диего и, порывшись для вида, показал рейс. – Мне надо на остров Кулебра. А судна пока нет. Говорят, надо ждать оказии.
– Это так, сеньор, – ответил рыбак, как понял Диего. – Туда редко кто ходит. Можно, конечно, нанять кого, но это дорого.
– А сколько, если можно узнать?
– Не меньше десяти рейсов и то без харчей, сеньор.
– Многовато, – согласился Диего и вручил рейс за ночлег, уговорив позволить за эти деньги пожить хотя бы три ночи. – По этому поводу можно и бутылочку распить. Не возражаешь?
– О чем речь, сеньор! – обрадовался рыбак и позвал жену. – Подай нам холодной рыбы и зелени побольше. Гость у нас. Поживёт малость. Деньги дал! – и с довольным видом показал монетку.
– Что за жизнь у вас тут? Глушь, смотрю я, – говорил Диего, закусывая рыбой. – Ничего, наверное, не происходит? И новых людей нет тоже. Скучно!
– Мы работаем, сеньор, так скучать нет времени и сил. Вот вы дали рейс, то на празднике можно немного повеселиться. Сбывать рыбу трудно, так что денег мы почти не видим.
– Кто тут сеньор, не знаешь?
– Как не знать, сеньор? Мы тут все друг друга знаем. Есть два сеньора. У дона Амросио целых шесть лодок, и на него работает десяток рыбаков. Ещё алькальд17 имеется, тоже сеньор. Но поменьше. Вредный человек, но терпим. Куда денешься от этого?
– Как его имя? Надо нанесли ему визит завтра.
– Сеньор Селада. А имя у него Росо. За глаза мы его зовем Роса, – улыбнулся рыбак, слегка захмелев. – У него дом немного выше. И три лодки тоже. А недавно тут появился один красавчик. Молодой, красивый, так сразу смутил наших девок.
– Раз молодой и красивый, то для девок это самый лакомый кусочек, – хохотнул Диего и спросил безразлично: – Тоже куда собирается податься?
– Кто его знает, сеньор. Говорят, что из Фархадо прибыл. В коляске, и деньги у него водятся. Пьёт знатно. Тоже судно ждёт. А куда, не могу сказать.
– Вино у тебя есть ещё? – спросил Диего, посмотрев на пустую бутылку.
– В доме нет, сеньор. Мы редко покупаем вино. Бражку сами иногда делаем.
– Возьми рейс и принеси ещё бутылку. Если не откажешься…
– У нас не принято отказывать гостям, сеньор, – осклабился рыбак редкими зубами. – Я мигом. Тут недалеко.
Диего задумался, вяло дожёвывая сухую рыбу. Сведения были точными, но надо ещё многое узнать. Это он отложил до опьянения рыбака. Тот пришёл через четверть часа. Диего уже спал, положив голову на руки и опершись грудью о столешницу. Слышал, как рыбак с сожалением вздохнул, но будить не стал, а с помощью жены стал перетаскивать его на постеленную на полу циновку.
– Стоп, стоп! – пробормотал Диего, просыпаясь. – А бутылка? Принёс?
– Принёс, сеньор! Как не принести? Но вы уже спите…
– Ничего не сплю! Наливай!
Жена рыбака осуждающе глядела на Диего, сверкала ненавистью на мужа, но спорить не стала и ушла спать.
Они выпили, Диего только глоток и поморщился брезгливо.
– Убери эту гадость! Разве можно такое пить! Лучше сам пей!
Рыбак с удовольствием выпил, налил ещё, а Диего спросил вдруг:
– А кто этот сеньор, ты не знаешь?
– Говорят, что из столицы прикатил. До Фархадо не доехал, думал, что отсюда легче попасть на судно и отпустил свою коляску. Вещей у него было много. Сильвио говорил, что тяжёлые – страсть! Не то камни, не то золото. Херардо его имя. Фамилии не знаю, сеньор. Можно, я ваше вино допью?
– Ради Бога, приятель! Я такое не смогу переварить. А у кого он живёт, как его?..
– Дон Херардо, сеньор. А живёт у алькальда, у дона Росо. Я говорил уже…
Диего вскоре простился с захмелевшим рыбаком и устроился тут же на полу на циновке.
Рыбак ушёл к жене, но Диего уже спал, подложив под себя ценности и оружие, хотя вряд ли кто его мог бы здесь потревожить.
Рыбак очень рано ушёл из дома, а Диего продолжал спать, часто просыпаясь. Проснулся он окончательно с восходом солнца. Хозяйка молча поставила перед ним миску с похлёбкой и тот же кусок рыбы, но свежей, пахнущий немного вкуснее. Рядом примостились четверо детей. Самому старшему было лет десять или чуть больше. У него были живые глаза, и он понравился Диего. Спросил его:
– Отцу помогаешь? Или ещё мал?
– Помогаю, сеньор. Да сегодня ветер свежий. Отец не позволил с ним пойти.
– Молодец! Остальные ещё малы для работы?
– Только Марио ничего не делает, сеньор. Он у нас слабак и мал ещё.
– А это твои сестры? – кивнул Диего на девочек лет шести и девяти.
– Ага, они. Тоже матери помогают.
Диего посмотрел на детей, и стало жаль их, таких грязных и оборванных. – Хозяюшка, тебе можно предложить небольшую плату за гостеприимство? – повернулся он к женщине лет под сорок.
– Вы же уже заплатили, сеньор. Что я скажу мужу?
– Мне жаль таких хороших детей, хозяйка. Купишь им хоть немного одежды.
Она не ответила, не решаясь согласиться.
– Тогда я каждому твоему ребёнку дам по полрейса, а там сами распорядитесь ими. – И Диего положил перед каждым ребёнком по монетке.
Те нерешительно смотрели то на мать, то на Диего, не осмеливаясь взять их.
– Берите, берите! Пусть это будет вам на праздник или одежду, как мать посчитает лучше. Вы мне сильно понравились, особенно старший мальчик.
Наконец они сгребли медяшки и передали матери. Та благодарила со смущением и неловкостью. А Диего подумал, что это большие деньги для таких людей. Им две недели надо успешно ловить и продавать рыбу, чтобы заработать столько.
Он даже подумал, что это может дорого ему стоить. Но вид таких бедных детей всколыхнул воспоминания о собственных. Те уже должны пробираться вверх по речке, а потом по тропе, что очень опасно, и страх застрял в его груди. Потом он ещё подумал, что в случае предполагаемой опасности, Ильда обязательно бы это заметила и не поехала с ними.
Его мысли прервал приход соседки хозяйки, и та быстренько спрятала монеты в карман фартука.
Диего не прислушивался к болтовне соседок, но вдруг насторожился. Соседка хозяйки вдруг сказала с интересом:
– Ты знаешь, что тот бродяга, которого похоронили три дня назад, оказался знаком с постояльцем дона Росо. И говорят, что он не сам утонул, а его утопили! Вот ужас-то! Значит, это он кому-то помешал. Кому?
Диего вспотел от неожиданности и волнения. Он сразу понял, что это такое.
«Значит, Херардо выследил или понял этого человека, – подумал он. – Как так могло случиться? Или этот болван решил сам что-то получить с него? Теперь этого нельзя узнать. Мёртвые всегда молчат».
– Что за история у вас тут случилась, сеньоры? – повернул он голову к говорившим женщинам. – Не думал, что в таком маленьком селении могут происходить такие страшные дела. Ну-ка?
Женщины засмущались, но соседка оказалась смелее хозяйки. – Представляете, сеньор, этот человек появился тут и вёл себя как-то странно, подозрительно. Всех высматривал, расспрашивал о чужих. Ему, конечно, поведали про постояльца дона Росо. Потом их два раза видели разговаривающими, а затем он исчез. А три дня назад его вытащили рыбаки у берега.
– А почему вы говорили, что его убили, а не он сам утонул?
– Это альгвасил так говорил, сеньор. У того человека на виске был здоровый синяк, и он решил, что его убили, а потом стащили в море. А один мальчишка видел кого-то издали. Говорил, что человек тащил мешок и на лодке ушёл в море, а вернулся вскоре без мешка. Это он альгвасилу на допросе рассказал.
– И кого тот альгвасил стал подозревать? – любопытствовал Диего.
– Никого, сеньор. Но потом стал присматриваться к постояльцу дона Росо.
– Что же дальше произошло?
– Никто не знает, сеньор. Но постоялец сегодня исчез, и никто не видел его с вечера. И лодка дядюшки Педро исчезла. Точно – он убил и убежал. А у него были очень тяжёлые вещи с собой. Это все заметили, когда их переносили к дону Росо. А теперь этих вещей почти не осталось.
Женщины ещё перебирали мелкие подробности случившегося, но Диего больше не слушал их. Стало ясно, что Херардо ушёл в неизвестном направлении и искать его бесполезно. Подумал даже, что по приходу матроса с яхтой, можно даже ночью уходить в город. Здесь больше делать ему нечего.
Он бесцельно бродил по деревушке, искупался в море, купил у одного рыбака деревянную игрушку за две бланки и подарил младшему сыну рыбака. Тот с восторгом принял её и тут же убежал хвастаться на соседние дворы.
– Хозяин, – обратился Диего к рыбаку под вечер. – Я сегодня могу уйти в море. Если придёт яхта. Спасибо за одолжение. Мне у вас очень понравилось.
– А как же деньги, сеньор? – с тайной надеждой спросил рыбак.
– Пустое, приятель! Не думай о них. Лучше скажи, куда мог направиться постоялец дона Росы? Тот чужой… что сбежал?
– Кто ж его знает, сеньор. Раз морем ушёл, так, значит, рассчитывал подальше уйти. Мог и на остров какой направиться. Но лодка только с вёслами. А должно быть отменный моряк, раз осмелился на такое. К тому же ветер ночью был свежий.
– Он всегда боялся моря, приятель. Только вблизи берега мог идти.
– Значит, до селения Каова, сеньор. Это не больше трёх часов хода. Ближе ничего нет, сеньор.
– Это дальше на восток? – кивнул Диего в том направлении.
– Туда, – согласился рыбак.
– Возьми два песо серебром и помалкивай про меня. А я вечером могу уйти, как обещал.
– Вы очень добры, сеньор! Спасибо! Да пусть Господь будет к вам благоволить на всю оставшуюся вашу жизнь! Спасибо, сеньор.
Диего с вещами сидел на полусгнившем обрубке дерева у самой воды. Вечерело, и он с удовольствием наблюдал, как его яхта неторопливо подходила к берегу, с трудом преодолевая встречный ветер, хотя и не очень свежий.
Он встал, вошёл в воду по пояс, требуя, чтобы матрос не приставал к дряхлому причалу. Сбросил мешок, вскарабкался сам и проговорил устало:
– Ничего у меня не вышло. Пошли домой. К ночи нужно быть на месте.
– Будем, сеньор. Хороший ветер за мысом будет нам кстати. Тут всегда так.
Ветер на самом деле оказался хорошим, и яхта побежала резвее. И к вечеру оказалась в порту Сан-Хуана. Прощаясь, Диего спросил для успокоения:
– Ты когда сюда шёл, не встретил весельной лодки? Она должна идти к тому селению? Где ты ночевал.
– Нет, сеньор, не встретил. Но поговорил с одним рыбаком милях в трёх от того селения. Он сказал, что ночью обломки шлюпки выбросило на берег. Обломки ещё, говорил, плавают вблизи берега. Но я не стал смотреть.
– Шлюпка или местная лодка рыбаков? – насторожился Диего.
– Вроде бы местная, сеньор, – говорил матрос, удивлённый интересом сеньора к этому незначительному случаю. – Тот рыбак сказал, что лодка, не уточнял.
– А там берег глубокий? Каменистый?
– Не могу сказать, сеньор. Никогда там не высаживался. А что?
– Ладно, ты сможешь завтра утром перевезти меня на другой берег залива? И вернуть яхту на место.
– Чего ж не сделать, сеньор! Вы всегда прилично платите. Так когда вас ждать, сеньор?
– На рассвете. О воде и пище позаботься. Тогда до завтра…
Диего ни с кем не попрощался и тайно исчез из города, спеша присоединиться к Ильде с детьми. Он взял с собой конюха, оставив в доме одну служанку-повариху из новых рабынь, спешил, волнуясь и беспокоясь о судьбе семьи.
В асиенде на удивление ничего страшного не произошло. Сара оказалась рачительной и строгой хозяйкой, и сумела многое организовать, построить и обработать. Полностью себя обеспечивали и даже в сарае хранили достаточно продукции, которую девать было некуда.
– Я ждала вашего распоряжения, сеньор, – надула губы Сара, услышав выговор Диего. – Сама я никак не могла ничего с этим сделать. Куда отправить?
– Ладно уж, – согласился Диего, удивляясь столь хорошему состоянию дел. – Должен признать, Сарита, что у тебя здесь все так здорово устроено, что я боюсь тебя отпускать в город.
– Мне уже здесь надоело, сеньор! Хочу вернуться в город. Мне пора подумать о женихе. Этак я останусь старой девой!
– Успокойся! Тебе такое не грозит. Вот я покончу со своими срочными делами и найду тебе подходящего жениха. Согласишься?
– Не знаю, сеньор. Смотря, какой он будет.
– А любовь, как ты к этому относишься?
– Я уже сеньоре говорила, что это такое дело, что и со временем может возникнуть. А в семье всё должно держаться на уважении, сеньор!
– Ух ты, как заговорила! Что ж, так легче устроить твою судьбу.
– Почему, сеньор? – удивилась Сара.
– Уважение легче, думаю, найти, чем любовь. Тем более, что часто любовь не учитывается родителями. Слишком часто. И ты это знаешь.
– Мои родители так далеко, что это их можно не учитывать. К тому же им это безразлично теперь. А сестра мне не откажет.
– Тогда через неделю собирайся – и поедешь со мной. Там, дома, всё и обсудим. И поговорим о многом, что тебя должно устроить.
– А вы мне оплатите здешний труд, сеньор?
Диего усмехнулся и ответил шутливо:
– Конечно! Как же иначе? Сколько ты рассчитываешь получить с меня?
Девушка подумала, кокетливо покачивая головой.
– Сто песо золотом, сеньор!
– Ого! – воскликнул Диего, изображая возмущение. – Не слишком ли ты заносишься, Сарита?
– Нисколько, мой сеньор! Вы обещали вскоре приехать и забрать меня в город, а что получилось? Целых два месяца просрочили. Я столько страха натерпелась тут, что до конца жизни не забуду! А вы говорите – много!
– Зато обещаю тебе хорошего жениха. С деньгами и положением.
– И где же вы такого найдёте, сеньор? Такие на дороге не валяются! Особенно для таких девушек, как я, служанок.
– А что ты? Работящая, симпатичная, почти красавица, что ещё нужно?
– Без приданого кто меня возьмёт, сеньор?
– Я же взял без приданого сеньору Ильду. Живём счастливо. Разве с тобой такого не может статься? Я помогу.
– Опять обещаете – и не выполните, сеньор, – криво усмехнулась Сара.
– Я все выполнил, Сара! С опозданием, но выполнил. Вот вернёмся на берег залива и мы с тобой попробуем тебе приданое добыть. Поможешь мне без разглашения тайны?
– Какой тайны, сеньор? – расширила глаза Сара. – Вы меня пугаете, сеньор.
– Пока я ничего не могу тебе сказать. Потом, на месте сама все узнаешь.
Девушка с недоумением смотрела на хозяина, в её глазах светилось недоверие и боязнь насмешки.
Ильда с интересом и сожалением выслушала рассказ Диего о неудачной поездке на восток острова.
– Проверить никак нельзя было его смерть? – спросила она с недоверием.
– Вполне возможно, что его могло вынести на берег море, если рыбы не сожрали. Иначе никак не узнать. Плавать он не умел, моря боялся, а ветер был довольно свежий, и волна ходила приличная. Он не мог спастись.
– Все равно пошли своего человека туда ещё раз, и пусть всё разузнает.
– Согласен. Но не уверен в успехе. Жаль тридцати тысяч. Я собрался сейчас достать те наши спрятанные на дне речки. Они слишком долго там лежат.
– Это давно надо было сделать. Да дела навалились срочные и опасные.
– Я договорился с моим матросом. Он будет ждать меня в устье реки Сан-Фернандо. Сразу за болотами, это вблизи посёлка. Мы доставим оттуда груз на яхту и спокойно перевезём домой.
– Отъезд не затягивай. Я беспокоюсь за тебя… и за золото, – Ильда с тревогой в глазах смотрела на мужа. – Хорошо вооружитесь. Кого возьмёшь с собой?
– Только Сару и Тонио. Этого хватит. Они тут натерпелись, с оружием достаточно знакомы и смогут мне помочь в случае чего. Да и идти на лодке потом будет совсем близко, к тому же по течению. Тут главное – лодку достать, а это не так легко в тех местах. Да и пробираться будет сложно.
– Мне тут говорил один охотник, что там, недалеко, есть деревушка Байомон. От неё совсем близко до твоей речки. Всего несколько миль через холмы, – и Ильда вопросительно глянула на мужа.
– Выходит, эту деревушку совсем недавно построили? – удивился Диего.
– Когда я проходила, она только имела всего чуть больше десятка домиков. Ты прошёл в темноте то место и не обратил внимания. Теперь ты смог бы там все хорошо разузнать и договориться о лодке. Вдруг можно её и там достать и мулами перевезти всё на Сан-Фернандо. Это избавит тебя от дополнительных трудностей, – Ильда победно улыбалась.
– Ты опять права, Ильдита! – воскликнул Диего немного обиженно. – Я так и сделаю, моя супруга.
– Сколько мулов возьмёшь? – спросила Ильда день спустя.
– Трёх достаточно. Даже двух и одного осла. Этого будет достаточно. По дороге попробую договориться о поставке продовольствия. Возможно, такое сотрудничество будет нам выгодно. Захватим несколько образцов – пусть смотрят. Асиенда тоже не должна быть убыточной. А пока она нам ни бланки не дала. А это просто глупо и разорительно.
Он выехал рано, простившись с семьёй.
– Недели через две-три жди сюда, – пообещал он уверенно. – Смотри, чтобы у тебя тут не получилось хуже, чем у Сары! – улыбался Диего, целовал Ильду, близнят и кивал остальным провожающим.
Впереди ехал Антонио, следом Сара, замыкал шествие Диего. У всех были за поясами и в кобурах пистолеты, шпаги и кинжалы, мачете покоились у седел. Всё готово к применению, а мальчишка Тонио был горд возглавить крошечный караван и зорко оглядывал местность и тропу.
Лодка была готова. У примитивного причала жил старик, которого Сара приютила месяц назад, найдя в дальней поездке. Тут он разводил кур, была овца и небольшой кабанчик. Всех их кормил тем, что мог добыть поблизости. Крошечный огород ещё почти ничего не давал, и Диего оставил ему маиса и батата с маниоком. Старик был доволен, от вина отказался, а взамен попросил привезти икону Христа. Именно Христа, что удивило Диего.
– Остальные, сеньор, меня мало интересуют, – странно ответил старик на вопрос Диего.
– У тебя нет никакого оружия, старик. Оставить что-нибудь?
– Мне оно не надобно, сеньор. Я словом божьим защищать себя стану. И крестом святым. Это поможет мне с помощью божией, сеньор.
Диего потом, сидя на румпеле, вспоминал странного старика и странное беспокойство Ильды, когда они уезжали. Ничего не сказала, но что-то промелькнуло в глазах Ильды, и сейчас это тоже взволновало Диего. Даже оглянулся назад, словно кто-то мог их выслеживать. Ничего, конечно, не было, и он постепенно успокоился.
В той деревушке он действительно смог проверить слова Ильды. Она всё говорила верно, и Диего легко договорился о проводнике и лодке.
– Если сеньор не возражает, мы смогли бы уже завтра перетащить для вас лодку. Идите смотреть – подойдёт ли.
Диего отправил Антонио, а сам с Сарой занялся поисками желающих покупать его продовольствие. Такие нашлись, но объёмы поставок были мизерными. И всё же начало он решил закрепить, пока не появились конкуренты.
– Сара, сколько у тебя там в сарае лежит маиса?
– Арроб сто, сеньор. Кто его взвешивал там?
– Когда я вернусь сюда, то тотчас отправлю всё сюда на продажу. Всё будет хоть что-то полезное.
– Сеньор, вы меня даже заинтриговали! – воскликнула девушка, и Диего показалось, что Сара хочет поменять своё прежнее решение уехать в город. Но она ничего об этом не сказала.
Переход на речку Сан-Фернандо оказался совсем не таким трудным. Это заняло всего два часа, и вот все трое на речке неторопливо спускаются к морю.
– Мои работнички! – воскликнул Диего, когда они расположились на ночлег на песчаной косе, где разложили костёр и поставили две палатки. – Скоро, возможно, завтра, от вас будет многое зависеть. У меня имеется дело, очень важное. Особенно для Сары, – и он многозначительно посмотрел на девушку.
– Вы о той тайне, сеньор?
– Именно, Сарита. И вы должны мне обещать, что всё, что вы увидите, останется с вами до конца. Или пока я не разрешу вам поведать близким. Уяснили?
– Конечно, сеньор! – первым откликнулся Тонио. – Можно было и не предупреждать, дон Диего. А вы, сеньорита? – повернул юноша голову к девушке.
– Тут и спрашивать нечего. Я всегда готова сохранить что угодно ради дона Диего! – Сара смутилась, но никто не обратил на это внимания.
– Я так и надеялся, ребята. И предупреждаю, оружие всегда иметь наготове. Всякое может произойти и мы должны быть готовы к любому появлению чужих…
Молодые люди переглянулись, а Диего заметил мелькнувшее беспокойство. Они спустились к заболоченному редкому лесу, почти залитому водой, которая сплошь покрывалась болотной травой, осокой и тростником.
– Попрошу не разговаривать, – проговорил Диего и по тихой воде подгребал к узкой речке, впадавшей слева. – Сюда, – приказал он Тонио, и сам сильно навалился на весло, спеша побыстрее скрыться в туннеле из нависших ветвей.
Диего внимательно осматривал берег слева, куда он прижимался слегка. Вскоре речка расширилась, открылось много свободной воды и завиднелось большое дерево с левой стороны – то самое, приметное.
– Стоп! Пришли! Тонио, осмотри берега. Сара, подай вон тот крюк с шестом. Тоже посматривай по сторонам!
Диего привязал к короткому шесту крюк и стал тралить дно, поднимая тучи ила. Клубы его замутили воду. Сара и Тонио с любопытством наблюдали за работой Диего, посматривая по сторонам уже не так внимательно.
– Дьявол! – Диего заметно нервничал. – Ничего не могу нащупать!
– А что вы ищете, сеньор? – тихо спросил Антонио. – Может, помочь?
– Иди к чёрту! – ответил Диего зловещим шёпотом. – Не мешай! Подгреби малость, на сажень!
Но прошло с полчаса, прежде чем Диего, уже трясущимися от волнения руками, смог зацепить верёвку. Оказалось, что ящики на половину ушли в ил, и их трудно было нащупать. Верёвка была уже подгнившая, и Диего очень осторожно стал вытаскивать один из ящиков. Другой, подняв клубы мути, тоже показался на виду.
– Тонио, спрыгивай в воду и помогай! – опять тихо, но решительно молвил Диего. – Смотри, без рывков. Может верёвка лопнуть. Ящики тяжёлые.
Больше часа общими усилиями все ящики достали со дна и уложили на дно лодки. Уже вечерело, но Диего счёл необходимым тотчас трогаться в путь.
– Ящики прикрыть циновками и всем, что можно найти. Нарезать тростник и им тоже прикрыть всё. Погребли! Сара, смотри по берегам! Оружие готово к бою?
Сара и Тонио молча кивнули. Слова Диего пугали, но сам хозяин выглядел уверенно и спокойно. Он видел, как и Саре и Тонио хотелось задать ему вопрос о содержимом ящиков, но они молчали, а Диего не считал возможным сейчас им это открывать. Хотя догадаться они могли и сами.
Часа через два показались огоньки посёлка на косе. А через четверть часа неожиданно из темноты вынырнула лодка с шестью гребцами и одним на корме. Правили точно на их лодку.
– Ребята, оружие готово? – прошептал Диего и сам вытащил пистолет и нащупал шпагу. – Возможно, это грабители. Греби, Тонио к правому берегу ближе!
Лодка быстро приближалась, и уже не было сомнения, что это по их грешные души. И тут же голос, прозвучавший в ночи очень громко и требовательно:
– Бросай весла, сеньоры! Мы должны посмотреть, что у вас в лодке!
– С какой стати? – спросил Диего, с трудом сдерживая дрожь волнения. – Кто вы такие, чтобы этого требовать от свободных людей, сеньоров?!
– Ребята, хватай их – и в воду? – раздалось в ответ, и лодка стремительно приблизилась саженей на пять. – Не робей! Они наши!
– Стреляем, ребята, – проговорил Диего и добавил: – Не торопиться, целься, а то зря пули потратим!
Сам Диего легко прицелился и выстрелил в человека на корме. Расстояние не превышало трёх саженей, и промахнуться даже в темноте оказалось для него невозможным. Тонио и Сара тоже выстрелили за ним. И трое бандитов с воплями и проклятьями повалились на дно лодки, а один, что на корме, почти без звука плюхнулся в воду.
– Добивайте проклятых! – крикнул Диего и опять выстрелил из другого пистолета. Лодка была в двух шагах. Тонто тоже выстрелил, а у Сары пистолет дал осечку. – Шпагами их, бандитов! – заорал Диего и первым обнажил клинок. С бандитской лодки тотчас запросили пощады и подняли руки.
Диего протянул руку, схватил борт лодки и навалился на него. Она накренилась, зачерпнула воду, а почти все бандиты вывалились из неё в воду, вопя и проклиная кого-то из своих.
– Всех утопить, Тонио! – Диего судорожно искал глазами бултыхающихся бандитов, выбирая себе жертву. – Никого нельзя оставить в живых! Руби всех!
Сара в ужасе пыталась что-то кричать, но её никто не слушал. А Диего и Тонио кололи шпагами раненых, подгребали веслом, не давая уйти живым.
– Кажется, все пошли на дно, сеньор? – запинаясь, с трудом молвил Тонио, переводя дыхание.
– Сара, хватит выть! Бери весло и греби! – Диего подтолкнул к ней весло. – Нам надо пройти деревню и выйти к морю! Там, в деревне, уже слышали выстрелы и вопли. Вдруг кто-то вздумает посмотреть на нас! Вперёд!
Все трое принялись яростно грести, а Диего ещё зацепил крюком лодку бандитов и взял её на буксир.
– Прижимаемся к правому берегу! – прошипел Диего. – В тени нас могут и не заметить. Потише гребите, без плеска!
Лодка медленно продвигалась вперёд по тихой воде. В деревне можно было заметить небольшое движение. Но никто в лодке не вызвался выйти на реку и посмотреть, что происходило там.
Наконец прошло с полчаса или больше, впереди показался огонёк фонаря.
– То наверняка моя яхта, ребята, – проговорил Диего с надеждой. – Спешить не стоит, вдруг я ошибаюсь. Пистолеты зарядить! Сара, брось ныть! Всё закончилось, для тебя и для них. Мы к такому повороту были готовы и это нам помогло. Или они нас – или мы их! Мотайте на ус на будущее, ребята.
Ещё десять минут – и впереди у берега можно было различить силуэт яхты. Фонарь на носу освещал тёмную фигуру матроса. Тот стоял и смотрел на реку. Диего узнал его и с радостью крикнул:
– Эгей! Это мы, моряк! Принимай гостей! Нас трое! Готовься отдать швартовы! И поспеши! Здесь опасно стало!
Пока лодка подходила к яхте, матрос уже разворачивал её вёслами, ставя носом по курсу. Слабый ветер способствовал этому.
– Старина, принимай груз! – негромко сказал Диего, подавал матросу верёвку.
– Что за груз, сеньор? Тяжёлый, а объем мал!
– Обычный груз! Золото! Поспеши, не ленись. Тонио, быстро на палубу и помогай старику! Сара, иди успокойся и приготовь нам вина, и сама немного выпей для бодрости. Всё должно быть в каюте на корме.
После полуночи яхта пришвартовалась к причалу. Это было вдали от оживлённого места порта и людей тут не оказалось.
– Тонио, иди найди телегу или тарантас. Обещай любые деньги. Вот тебе пара песо серебром. Этого хватит любому извозчику. Можно и ручную тележку, если ничего не найдётся. И поторопись! Мы не должны здесь задерживаться.
– Сеньор, выгружаем груз? – спросил матрос осторожно.
– Не сейчас. Будет транспорт, тогда и начнём. Пока перекусим. Есть охота и пить смертельно! Столько пережили за короткое время. Сара, иди поищи!
Появилась большая бутылка вина, бананы и варёный картофель, уже холодный. Примерно около часа ждали Тонио. Он пригнал дряхлую тележку с таким же старым шелудивым мулом. Быстро погрузили груз и с тарахтением тронулись к дому. Диего сказал матросу:
– Определись с яхтой и со сторожем. Завтра приходи за деньгами. Ты хорошо всё устроил и заслужил награды. Жена не сильно будет ругать?
– При виде монет она вся обрадуется моему отсутствию, сеньор! – усмехнулся тот и пренебрежительно пожал плечом. – Завтра я буду, сеньор.
Ещё час Диего с Тонио укладывали ящики в подвал, закрывали двери и только затем легли спать.
Встали ближе к полудню, хотя Диего уже несколько раз просыпался, слышал, как стряпуха гремела на кухне, но вставать не хотелось. Наконец в комнате появился матрос – пришлось вставать.
– Простите, сеньор, но вы предложили приходить к обеду. А он уже должен закончиться. А вы ещё спите…
– Уже не сплю. Проходи и садись, пока я умоюсь со сна. А то не проснусь по-настоящему. Как дела?
– Хорошо, сеньор. Жду дальнейших распоряжений.
– Пока ничего не будет. Лишь относительно яхты будешь говорить, что брал её для своих нужд по моему разрешению. Усёк? А я ничего вообще не знаю.
Матрос кивнул, а Диего умывался во дворе, фыркал и блаженно отдувался.
– Пошли на кухню завтракать, матрос. Молодёжь ещё спит, а мы старики, можем вставать и пораньше.
– Какой вы старик, дон Диего? Ещё совсем молодой человек. Вам, наверное, и тридцати лет нет.
– Я уж и сам не помню, сколько мне, но что-то в этом роде. Ты ешь, не скромничай. У меня стряпуха хорошая, вряд ли твоя супруга так готовит.
После завтрака Диего повёл матраса в кабинет.
– Посидим немного и отдохнём после такого завтрака. Можешь курить. Я тоже немного потяну. Ладно, сколько я тебе должен по договору?
– Два с половиной песо золотом, сеньор, – не очень довольно ответил старый морской волк.
Диего молча достал ящичек с деньгами, открыл и взял несколько монет.
– Вот тебе пять монет и будь готов всегда выйти по заданию.
– Большое спасибо, сеньор. А что с яхтой делать?
– Она всегда должна быть готова к плаванию. За это будешь получать в месяц золотой и дополнительно за задания и выход в море или реку. Согласен?
– Кто ж откажется от таких денег за лёгкую работу, сеньор? Не хотел бы я поменять себе хозяина.
– Тогда привет жене и детям. Что будет надо – приходи и говори. Я могу вскоре опять пойти на другой берег залива. И обязательно недели через две.