Спину кольнуло холодом, он резко пригнулся. Очередная стрела задела предплечье, обожгла болью, но лишь поцарапала. Вывод был совсем не утешительным — их цель убийство. Удивило другое — собственное восприятие опасности. Раньше он сталкивался с подобным только в ближнем бою — заранее чувствовал любое действие противника и реагировал быстрее, чем это действие было совершено. Вистольцы утверждали, что здесь замешана врождённая магия, поэтому и называли его колдуном. Но… магия и воинское искусство несовместимы. Или ты держишь в руках посох и с детства развиваешь в себе магический дар, конечно, если он в тебе есть. Или берёшься за меч и тогда магия остаётся не инициированной. Он выбрал второе.
Тук, тук, тук. Он едва успел дёрнуть поводья, свернул за огромный ствол дерева. Конь захрипел, глухо заржал. Бедное животное то и дело по воле всадника меняло направление скачки. На крупе алели несколько царапин, но серьёзных ранений до сих пор не было.
Преследователи не отставали, но и расстояние между ними и жертвой пока не сокращалось. Показалось, что даже наоборот, охотники сдерживаются и гонят добычу в определённом направлении.
Холод неожиданно дохнул в лицо, он едва не закричал. Перед взглядом мелькнули красные листья и угольно-чёрные стволы деревьев.
В детстве этот лес воспринимался всего лишь как страшная сказка, рассказанная на ночь старым учителем. Да и как могло быть по-другому? Когда лежишь под тёплым одеялком в такой привычной, уютной комнате и знаешь, что находишься в безопасности. Становится совсем не важным, что проклятый лес существует на самом деле. Он слишком далеко, чтобы беспокоиться о живых мертвецах, об оборотнях, бродящих среди чудовищных деревьев с красными листьями. Граница нерушима, чудовища не могут её пересечь. И всё равно в сознании бьётся навязчивая мысль, что эта сказка не является вымыслом. Особенно, когда учитель заостряет внимание на том, что у неё нет и не может быть счастливого конца.
Возможно, учитель слишком сгущал краски, чтобы придать рассказу о лесе мёртвых действительно сказочное звучание, а может быть наоборот — преуменьшал правду, чтобы не пугать слишком сильно своего подопечного. Единственное, что оставалось неизменным — эту сказку он слышал каждый вечер, её повторяли изо дня в день — как заклинание, но он не спрашивал — зачем? Были вопросы, на которые Гитон отказывался отвечать. Оставалось воспринимать всё как должное. Он просто всматривался в льдисто-холодные, почти бесцветные глаза старого учителя, в которых словно пряталась бездна веков, и молча слушал.
— В этом лесу нет жизни, но так было не всегда. Когда-то давно на его месте существовало огромное королевство, прекрасные города, роскошные сады и богатые урожаем поля… Вот только его жители решили, что их жизнь должна быть не такой как у всех. Они все являлись очень сильными магами, с развитыми от рождения способностями. Они считали себя особенными, считали, что заслуживают большего, они хотели повелевать стихиями не подвластными людям и переступили Черту… Совершили ошибку — воспроизвели очень древний ритуал, принадлежавший далеко нелюдям. Лес помнит всё, волна вышедшей из-под контроля магической энергии оставила королевство под его корнями, дома сровнялись с землёй, дворцы превратились в руины, сады одичали, а на полях встали деревья.
С тех пор прошли века, но жители того древнего королевства не лежат в могилах среди руин своих домов, им нет дела до того, что их время давно истекло. Их жизни остались за Гранью, которую люди не вправе были пересекать и теперь они часть Рееты, часть леса проклятых!.. — голос старца льётся плавно и напевно, он всегда так говорит, когда начинает рассказывать, его легко слушать.
Этот голос убаюкивает, навевает сон. Но если сейчас уснуть, не дослушать до конца уже выученную наизусть историю, то во сне ты обязательно будешь бежать через лес, и кривые ветви с острыми сучьями будут бить по лицу и цепляться за одежду, а влажные листья с чавканьем шлёпать по телу. Но этот бег не продлится долго, вот за спиной, а потом и со всех сторон отчётливо зазвучат шелестящие шаги, а потом тебя собьют ударом с ног, прижмут к твёрдой земле неподъёмной тяжестью и вопьются в тело клыками…
…Сон. Зачем Гитон рассказывает про Реету перед сном, всегда перед сном?.. Мальчишкой он так и не добился ответа на этот вопрос, а потом возможность спрашивать исчезла.
