Ввысь тянется чья-то рука, в скрюченных пальцах продолжает тлеть уголёк магии. Он затухает, но в него вложено столько воли его владельца, что магический луч всё же срывается с ладони и летит к белому кристаллу, минуя разрушительную воронку. Кристалл слишком силён, он поглощает и этот луч, но прежде от него отщепляется едва заметная искра и впивается в пространство, разрываемое огнём… Дрогнувший воздух искажает чёрный овал портала. На губах человека, с трудом удерживающегося на ногах у подножия зелёной башни, заиграла торжествующая улыбка. На его плечо легла чья-то рука, за спиной медленно встала худая фигура мальчишки. Колдун был слишком сосредоточен, чтобы обратить на это внимание, он прокричал несколько заклинаний и вдруг замер. Портал разрастался, но в нём не было ожидаемых Дверей перехода, в нём клубилась тьма. Чёрное пламя!
Они молча смотрели друг другу в глаза. Этжаст зло усмехался, уже ничем не напоминая того мальчишку, личину которого носил.
— Ты ошибаешься, сын Лианы, если думаешь, что твоя сила хоть что-то значит, — его слова почти беззвучным эхом ударили по сознанию Ярси. Король оборотней поморщился. — Это лишь иллюзия! Когда-то твоя мать посмела противиться моей воле, и я почти до краёв испил её силу. Она стала слаба, её наследие — это лишь жалкие крохи. Ты ничто не сможешь мне противопоставить.
— Её наследие — это любовь, которая не исчезла даже после её смерти. Её наследие — это желание быть человеком, желание бороться, желание сохранить этот мир для людей. А сила не имеет значения, — Ярси беспечно улыбнулся, с непонятной обречённостью ощутив, как раскаляется воздух.
Этжаст глухо рассмеялся.
— Люди? Ты, правда, думаешь о людях, король Рееты? Ты слышишь их?
Отодвинувшийся было мир вдруг вновь стал реальностью, коснулся слуха оборотня, погрузил в гул испуганных, не верящих голосов. Голосов полных злобы и ненависти…
Ярси постарался отстраниться и ни о чём не думать. Не время. Не место.
— Монстр, заботящийся о людях? Это смешно, Ярослав!
— Да, — Ярси мягко улыбнулся, всматриваясь в переливчатые глаза древнего колдуна. — Можешь смеяться. Такой вот из меня монстр, Этжаст. Так зачем ты здесь?
Этжаст криво усмехнулся.
— Хотел посмотреть, чего ты стоишь. Мне не нужна твоя кровь, Ярослав, не переживай.
Ярси фыркнул, в этом он не сомневался.
— Мне нужна дорога к тому, что принадлежит моему народу, — продолжил колдун. — Тот кристалл на башне всего лишь иллюзия, да и сама башня тоже. Ничего не осталось. Ты должен позволить нам забрать камни, что её слагали. Они пропитаны древней силой наших предков, они стали их могилой, а у потомков даже нет возможности их чтить. Они память, которая должна принадлежать жителям Битры.
Король оборотней насмешливо улыбнулся, представив, как бы удивился Этжаст увидев, что так называемая иллюзия башни почти на половину изменила свою структуру и цвет.
— Я не настолько наивен, колдун. И у потомков Рееты не получится чтить могилы предков. У их предков нет могил! Они не упокоенными ходят по земле проклятого леса. И если в Прэте что-то и есть, то это принадлежит только им, а не вам.
— Что ж, ты пожалеешь о своём решении, король Рееты. За твоей спиной не нежить, за твоей спиной живые люди, Ярослав. Добро пожаловать в мой мир!
Он быстро взмахнул руками, заставляя пыль вновь взметнуться в воздух. На мгновение клубящаяся стена застыла серой массой над дорогой, а потом начала расползаться в стороны. Там, где она касалась земли, оставалась чёрная, словно выжженная полоса.
