– Тогда и моя принадлежит тебе, – пожала она плечами. Гару умиротворенно вздохнул – почему нельзя все время чесать собаку за ушами? – и ответил взаимной любезностью: нежно-нежно лизнул Лену кончиком языка. Шут нашел в себе силы улыбнуться лукавой шутовской улыбкой и сказал тоном, который никак с этой улыбкой не вязался:
– Я готов, мой король.
Может быть, подумала Лена, выполнив какие-то поручения короля, он перестанет мучиться из-за того, что грызет его уже пять лет. Он не то чтоб считал себя предателем, но понимал, что, находясь рядом с Леной, нарушает клятву. Конечно, он не изменял Родагу и на измену способен не был, но и отсутствие службы готов считать едва ли не изменой. Что за дела у короля к шуту? Какие дела?
Спросить шута – и он расскажет. Он может скрывать от кого угодно, кроме Лены. Только он
Так. Проблемы с эльфами. Спровоцированные тем самым неведомым врагом. Эльфы прошли через деревню и отравили колодец. Эльфы побывали на ферме – ферма сгорела вместе с обитателями. Это то, что Лене удалось выцарапать из Кариса. Понятно, что глупость феноменальная: эльфы кто угодно, только не идиоты, если б они отравили колодец, яд бы начал действовать через несколько недель после их ухода, да и ферму сжигать бы они точно не стали после того, как их кто-то на этой ферме видел. Объясни это толпе! Вроде бы люди и понимают, что так быть не должно, нелогично и просто глупо, но один случай, два, три – а если десятки? и поползут слухи. Столько лет жили с эльфами сравнительно мирно, а тут королю взбрело в голову послушать сумасшедшую Странницу и впустить еще столько же эльфов, сколько их жило во всей Сайбии, своих мало было, а те эльфы, говорят, с людьми жестоко воевали, народу порешили немерено, а когда их там за это уничтожать начали, так просто сбежали, то ли голову Страннице задурив, то ли она вовсе не Странница – чего ж сидит на одном месте, а не странствует, как ей и положено по рангу. Да если б просто эльфов, они что – сидят себе у себя на землях (хотя наши земли-то, исконно человеческие, нефиг было столько территории чужакам отдавать), иногда поторговать выходят, а так равнодушные ко всему, ни на выпивку их толком не раскачать, ни на веселье, ни на войну даже… А тут – Владыка! Это пострашнее драконов будет! Что драконы – ну пожгут деревню, а Владыка для эльфов больше, чем бог, больше, чем король, больше, чем отец родной, велит уничтожить Сайбу – уничтожат, и пусть их самих там всех поубивают, все равно приказ выполнят. А тут еще слухи ходят, что Владыка этот – страшный и могучий маг, способный в пыль разнести всю Гильдию магов здешних… Что, кстати говоря, недалеко от истины…
Родаг присел рядом с ней и спросил:
– А если я его поглажу, он меня съест?
И шут ответил словами анекдота:
– Что ты, мой король, только понадкусывает.
Порой совпадали не только пословицы, но и анекдоты. Король осторожно протянул руку, а Гару деликатно задрал верхнюю губу с той стороны, где Лена, по его мнению, видеть не могла. Он вообще классно умел скалиться частично, чтоб по попе не нахлопали. Родаг засмеялся.
– Отличная у тебя собака, Светлая. Эльфийская порода. Она и охранник, и охотник. Крупная и выносливая. Сильная и верткая. На щенка можно рассчитывать?
– Он щениться не умеет. Он кобель, – сообщил шут. – Вот невесту ему подыскать, наверное, можно.
– Он и без тебя десяток невест найдет, – фыркнула Лена. Гару постучал хвостом по земле, подняв столб пыли, и чихнул. Праздник продолжался. – Родаг, он нужен тебе в Сайбе?
– Не только, – после некоторой заминки сказал король. – Ты хочешь быть с ним? Твои комнаты в твоем распоряжении в любое время. А я так просто рад буду, если ты погостишь в Сайбе. С любой свитой. Я смотрю, двое эльфов просто не выпускают тебя из виду. Да и черные не отходят. Тебе угрожает опасность, Светлая?
– Владыка считает, что да, – ответил шут. – Так что здесь она в большей безопасности.
– Не думай даже, что отправишься в Сайбу один, – сладко улыбнулась Лена. – Я хочу, чтобы ты по возможности был под присмотром.
– Тогда бери с собой Гарвина, – категорично заявил шут, – несмотря ни на что. Можно и Милита, но Гарвина – обязательно.
– Разумеется, – подтвердил Родаг. – Кого угодно. Хоть половину Тауларма.
– Тесновато в комнатах будет, – озаботился шут, – если половину-то.